Найти себя. Трилогия (СИ) - Эс Евгений - Страница 113

– Извинения вам?! Может быть, скажете за что? Я был бы не прочь узнать причину, по которой вы бросили мне вызов. В свою очередь я обещаю, что если вы поясните причину дуэли и принесете мне извинения, то пощажу вас. Даже руки отрубать не буду. Бренчать на гитаре вы не умеете, но зато сможете и дальше ковыряться в носу.

– Готовьтесь к смерти, господин Сангин! – вспылив, высокопарно объявил барон.

– Что опять? – голосом волка из мультфильма «Жил был пес» прохрипел Виктор и несмотря драматичность момента едва не рассмеялся, – Господин Луграс, если бы вы знали, сколько раз я готовился к смерти, то вы бы не стали угрожать мне этой банальной фразой. Однако вы так и не ответили на мой вопрос о причине дуэли. Или причины нет, и вам хочется убить меня просто так?

– Вы уже приняли вызов, – холодно произнес Луграс, – Выбор оружия за вами.

Он отрывистым нервным жестом указал на длинный ящик из красного дерева, уже открытый секундантами, где в узких отдельных секциях расположились две пары дуэльных мечей. Короткие и длинные клинки сверкали в лучах ласкового утреннего солнца смертельной полированной сталью.

– Я ничего не выбираю, – злорадно усмехнувшись, ответил Виктор и начал деловито закатывать рукава рубашки по локоть, – Мы будем драться без выбора оружия.

– Как это без выбора? – растерялся Луграс, – Как же можно драться без оружия?

– Как хотите – руками, ногами, можете зубами мне горло перегрызть. Мне плевать, как вы будете это делать.

– Но правилами это не дозволяется.

– Правилами это не исключается. Я отлично знаю дуэльный кодекс. Правилами не дозволяется выбирать иное оружие кроме меча, короткого, длинного или магического. Разве я выбрал другое оружие? Нет. Поэтому прошу вас, давайте приступать к дуэли.

– Но это все равно не по правилам! – подал возмущенный голос секундант Луграса.

– Заткнитесь, господин секундант, – процедил капитан Тиблар, повернувшись к приятелю барона, – Иначе следующий поединок состоится между вами и мной по любым вашим правилам. А сейчас не мешайте соперникам выяснять свои отношения самостоятельно.

– Я не намерен как деревенщина драться с вами на кулаках, – брезгливо заявил Луграс и повернулся, пытаясь уйти.

– Нет, постойте, господин барон! – Сомов в два шага догнал его, ухватил за плечо и рывком развернул к себе, – Постойте. Мы приехали драться, и мы будем драться хотите вы теперь этого или нет. И это вам для начала!

Виктор с размаху отвесил звонкую оплеуху барону. Луграс отшатнулся и схватился за пламенеющую щеку и звенящее ухо. Он явно растерялся и не понимал, что нужно делать в такой неординарной ситуации. Сомов видя, что барон никак не реагирует, размахнулся и залепил ему пощечину с другой стороны. И тогда Луграс вне себя от ярости бросился на соперника. Виктор чуть отпрянул назад, принимая профессиональную стойку, и встретил противника двумя жесточайшими ударами снизу и слева в челюсть и последним прямым сокрушительным ударом в лицо. Барон Луграс упал, и некоторое время лежал без всяких признаков жизни. Через полминуты он медленно приподнялся, неуверенно мотая головой и не вполне соображая, что произошло и где он находится. Губы у него были разбиты и сочились кровью.

– Вставайте, барон, – нетерпеливо сказал Сомов, стоя над ним и угрожающе поглаживая кулак, – Вставайте и не заставляйте меня ждать. Вы, кажется, настаивали, чтобы бой у нас продолжался до смерти. Вставайте. Сейчас я вас убью.

Луграс что‑то забулькал разбитым ртом, наклонился набок и принялся сплевывать сгустки крови вместе с зубами.

– Не понимаю, что вы там бормочете, у вас что‑то с дикцией, барон. Кажется, вы приносите мне извинения? Какая неожиданность! Кивните головой, если я правильно вас понял. Выразительнее кивайте, выразительнее, а то если вас не пойму я или наши секунданты мне придется вас все‑таки убить. Жаль, что вы передумали драться до смерти. Ну да ладно, я принимаю ваши извинения. Господин лекарь, пожалуйста, подойдите сюда, кажется, барону требуется ваша помощь.

Виктор подошел к секунданту Луграса и, недобро прищурившись, начал не спеша надевать верхнюю одежду и боевые амулеты.

– Я ослышался, господин секундант, или вы на самом деле изволили высказаться в том смысле, что были нарушены правила дуэли?

– Н‑никак н‑нет, господин барон, – слегка заикаясь, произнес секундант, – Дуэль п‑прошла в соответствии с установленными п‑правилами. Вызов бросил барон Луграс, а значит, выбор оружия был за вами. Это несколько неожиданно, что вы не стали делать выбор, господин барон, но вы имели на это полное п‑право.

– Вот и славно. Не забудьте повторить эти же слова и другим, когда вас об этом спросят.

Обратный путь ехали молча, и каждый пытался осмыслить, что же такое произошло на этой необычной дуэли. Сомову стало любопытно, о чем думают его попутчики.

– Я так понял, что вы, капитан Тиблар, не одобряете моего поступка, несмотря на то, что меня поддержали.

– Как вам сказать, господин Сангин. Вы воспользовались хитрой казуистикой и в изворотливости ума вам не откажешь. Однако, несмотря на то, что букву закона вы вроде бы не нарушили, но вот сам дух и честь…

– Вы играете понятиями, капитан, не желая называть вещи своими именами, – невольно раздражаясь, оборвал его Виктор, – Дуэль это узаконенный способ убийства. А в убийстве не может быть ни чести, ни возвышенного духа. Луграс бросил мне вызов не для того чтобы сражаться, а для того чтобы убить. Много ли чести в том, чтобы убить заведомо более слабого соперника? Я вам отвечу – чести в этом вообще нет. Как нет чести и в том, чтобы согласиться быть убитым. Глупость есть, а чести нет. Может быть вы меня не поймете, но я прошел очень долгий и тяжелый путь не для того чтобы быть зарезанным по прихоти какого‑то самовлюбленного ряженого мерзавца из захолустного средневековья. Луграс хотел меня убить, я же всего лишь немного его проучил. Достаточно гуманный и благородный поступок с моей стороны. Вы не находите? Хотя не скрою, если бы он встал на ноги, я бы его все‑таки убил. Кстати, господин лекарь, насколько сильно я повредил барона?

– Легкое сотрясение мозга, сломана челюсть и выбиты шесть передних зубов. У вас просто чудовищной силы удар, господин Сангин! Если бы я не видел этого собственными глазами, то ни за что бы не поверил, что такие повреждения можно нанести обычной рукой. Впрочем, с бароном Луграсом ничего непоправимого не произошло, разве что выращивание новых зубов займет длительное время, может быть пару‑тройку месяцев. Кстати, я полностью разделяю вашу точку зрения, барон, что дуэли это ужасно жестокий и бесчеловечный обычай, берущий начало с древних варварских времен и которому в наше просвещенное время давно пора положить конец.

– Займусь этим сразу после отмены рабства, – все еще немного сердито пообещал Сомов, слова которого собеседники восприняли как не очень удачную шутку.

Ленора и Тессар встречали Виктора у самых ворот. С баронессой Сомов разговаривать не стал принципиально, а с магистром они поднялись в его кабинет, где Виктор и поведал о подробностях дуэли. Сиан от души повеселился, слушая рассказ Сомова, и был в восторге от находчивости своего ученика, но кое‑что ему не понравилось.

– Ты все сделал правильно, Вик. Все, кроме одного. Барона Луграса нужно было все‑таки убить.

– Милость к врагу не есть добродетель, – усмехнулся Виктор, – Где‑то я это уже слышал.

Они еще немного поспорили, а потом сыграли в шахматы, за которыми Тессар предался воспоминаниям о своих многочисленных дуэлях. Потом разговор заскакал с темы на тему, а когда зашла речь о магии, Виктор решил поделиться с магистром идеей о своем чудо‑амулете. Он давно уже понял, что самостоятельно завершить этот проект у него не получится. Сиану идея понравилась, но не более того, а об огромном потенциале будущего устройства Сомов благоразумно умолчал. Без всякой инициативы со стороны Виктора Тессар сам предложил не ставить в известность герцога Гросса о новом проекте.