Сержант. Сила крупного калибра - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 6

– И слышит?

– Нет, только видит. А для передвижения используется вот это простое изделие.

– Простое? А как им управлять?

Борис умолчал о моторе, рулях, системе дистанционного управления и многих других устройствах, которые стоят на дронах, но которые он на змее не видел.

Узам посмотрел на Бориса, как на маленького или тупого.

– Силой мысли. Волхвам подвластно всё.

– Если ты не волхв, зачем тебе глаз?

Борис поднял в руке стекляшку, сделал вид, что уронил. Узам даже испугался.

– Будь осторожен, чужеземец! Тебе повезло, ты её добыл, но как пользоваться, не знаешь. Да и ни к чему она тебе. У тебя же нет здесь врагов?

– Нет.

– Продай.

– Что дашь?

– Пять баранов.

Зачем Борису пять баранов? Их пасти надо, охранять от волков, воров, природных катастроф.

– Мне бараны не нужны.

– Отдам тебе в жёны свою младшую дочь.

Ого! Дочь за стекляшку? Видимо, этот «глаз» того стоит. А раз так, стоит подумать. Вдруг самому пригодится? Узам принял раздумья Бориса за сомнения.

– Не сомневайся. Дочь умна, красива и умеет вести хозяйство, хотя ей всего пятнадцать лун.

Не хватало только педофилом стать.

– Покажи, что может глаз?

– Не могу, нужно знать заговор.

– Тогда зачем он тебе?

– Я волхву нашему продам.

Так, стало быть, и здесь спекуляция в чести. Купил за три копейки, продал за три рубля, образно говоря.

Узам почувствовал, что Борис колеблется, стал уговаривать.

– Приглашаю к себе в дом. Покушаем, поговорим, взглянешь на мою дочь-красавицу.

Борис согласился. Дочь его не интересовала. Было интересно посмотреть, как живут местные, а ещё поесть горяченького и обменять этот глаз на что-нибудь нужное.

– Согласен. Поставь у моей повозки охрану из воинов.

Забраться в броневик или угнать не получится. Ключа зажигания у «Тигра» нет, как у всех боевых машин. Но двери запираются. А разбить стекло и что-нибудь стырить не удастся.

Обрадованный согласием Бориса, Узам тут же ткнул пальцем в двух воинов.

– Ты и ты! Вам особая честь – охранять повозку нашего гостя.

Хм, гостей не встречают камнями, да и гости ведут себя цивилизованнее, не разрушают башни, ворота и стены. Или Узам ведёт его в ловушку? На голове – «Сфера», шлем такой, грудь и спину прикрывает бронежилет. Есть автомат и штык-нож.

Узам пристроился рядом, повёл гостя в крепость. Прошли через пролом, и Борис мог увидеть результаты попадания «Шмеля». Погибших уже убрали, но разрушения были серьёзные. В принципе – пару возов камней, строительный раствор, и стену можно восстановить. Множество камней уцелело, просто были вырваны силой взрыва из кладки и валялись на мостовой. На улице прохожих почти нет. Видимо, в крепости гражданских мало, но есть. Проходя мимо одного из дворов, Борис слышал женский голос, детский смех. Стены домов глухие, окна выходят во двор, из-за чего улицы казались мрачными, больше похожими на ущелья. Но такие дома проще оборонять, враг не сможет забраться через окно.

Узам отворил калитку, жестом пригласил во двор. Дворик небольшой, в центре небольшой фонтан, журчит вода. Дом охватывает двор с трёх сторон, прохожий или любопытный сосед не сможет заглянуть. Из дома вышла женщина, поклонилась мужу и гостю, но молча.

– Мари, приготовь угощение, – распорядился Узам.

Прошли в комнату, вероятно, трапезную, судя по длинному столу, лавкам вдоль него. Почти сразу, как только хозяин и гость уселись, вошли две молодые девушки с подносами, на которых лежали плоды, до сих пор не виданные Борисом.

– Угощайся, гость.

– Сначала съешь ты.

Борис опасался, что его могут отравить или подсыпать снотворного. Видел в исторических фильмах. Узам улыбнулся, мысли Бориса отгадал. Взял фрукт, напоминающий крупную сливу, ножом разрезал на две половины, одну положил в рот. Борис тоже схватил фрукт, надкусил. Вкусно и аромат приятный. Так и пошло. Узам отрежет половину, отправит в рот, за ним Борис повторяет.

Потом хозяйка внесла большую чашу жареного мяса, по комнате сразу дразнящий аромат пошёл.

– Лучшее мясо – бешбек, – пояснил Узам.

Взял кусок получше, хотя все они были неплохи, потом отрезал половину, наколол на остриё, протянул Борису. Борис дождался, когда хозяин откусит, прожуёт и проглотит, и только тогда стал есть сам. Мясо нежное, по вкусу напоминает молодого барашка. К мясу прилагались пресные лепёшки. Всю еду Узам делил пополам. К мясу принесли кувшин с каким-то питьём. Узам налил себе в кружку, отпил. Потом из кувшина налил гостю. Борис попробовал. Напиток вроде пива, слабоалкогольный, на вкус приятный, но необычный.

В общем, на столе разносолов не было, но поел сытно и вкусно. Конечно, супчика не хватало, и дома, и в армии привык есть первое – борщ, суп, солянку. Уже хотел приступить к расспросам по хрустальному глазу, как с улицы донёсся шум, потом вошла хозяйка.

– Узам, там воины тебя требуют.

Узам попросил у гостя прощения, вышел. Вернулся быстро, встревоженный.

– К крепости идёт чужая армия. Мне необходимо быть с моими воинами.

Борис поднялся с лавки, решил идти с хозяином. Часть стены разрушена им самим, и держать оборону Узаму будет затруднительно. Да и глянуть интересно, что там за армия? Численность, вооружение, тактика действия. Борис предполагал, что с противником здесь ему встретиться придётся не раз. Мир далёк от совершенства, а мир древности – в особенности. Жестокость, зачастую отсутствие принципов, особенно по отношению к иноверцу, чужеземцу, тем более к врагу.

Глава 2

Волхв

Перед обрушенной башней и проломом в стене уже выстраивались с оружием защитники. Копья, луки, стрелы и ничего более серьёзного. Весть о появлении противника принесли дозорные. Они доложили о коннице, рукой показали направление. Борис для себя отметил – с юга, куда он собирался ехать.

Что удивило – Узам не спросил: какова сила противника? Пожалуй, самый важный вопрос. Поняв, что дозорный уйдёт, Борис спросил сам.

– Сколько их?

Дозорный был краток.

– Много.

И ушёл. Узам повернулся к Борису.

– Как можно посчитать врага, когда он в движении? Врага не считать надо, а уничтожать.

Сначала вдали показалось облако пыли. Потом – какая-то тёмная масса. И только через полчаса стали различимы лошади и всадники. Ещё через четверть часа стало видно знамя. Узам присмотрелся.

– Я так и знал! Это личное знамя волхва Бира, властителя Лакрузы. Он может выставить до двух тысяч воинов, а его крепость никто не мог захватить. Кстати, летучий глаз был его, на змее цвета его флага – синий и красный.

– Тогда он видел разрушенные стены твоей крепости.

– Да. Он хитёр, коварен. Его воины не знают пощады. Либо мы победим, и они уйдут, либо все умрём, а крепость займёт Бир и присоединит к своим владениям.

– Не получится у него. Как приблизится войско, не вмешивайся, я сам разделаюсь.

– Один?

– Пусть твои воины встанут за проломом стены, а ты взберись на стену и смотри, как погибнет войско этого… Бира.

– Невозможно одному человеку одержать победу даже над десятью воинами.

– Посмотришь со стороны. Что ты теряешь? Потом расскажешь соседям, своему волхву.

– Какая тебе выгода, чужеземец?

– Земли и крепость этого волхва я заберу себе, а из самого волхва сделаю барабан. И пусть волхвы сопредельных земель знают, что я волен захватить любые земли и разбить любое войско.

Привирал, преувеличивал Борис. Причём специально. Ему нужно было создать себе имидж, чтобы только при упоминании его имени воины и волхвы бледнели и боялись встретиться взглядом. Коли уж он попал сюда – в земли незнакомые, неведомые, – то мальчиком для битья не будет. Давно хотел примерить императорскую корону, ныне подвернулся шанс, вероятно – единственный в жизни, и грех его упустить.

– Чужеземец, ты лишился разума! – отшатнулся от Бориса Узам.