Кадеты (СИ) - Сафонов Александр Алексеевич - Страница 37

– И кто в вашем будущем правит в России? – со скепсисом в голосе спрашивает Артур.

– В моем – президент, а в ближайшие семьдесят лет будут коммунисты, сейчас они большевиками называются. Ленин через пару лет умрет, главным станет Сталин.

– Это еще кто такой?

– Не слышал? Тебе лучше от него подальше держаться. Да и вообще, если не сможешь за границу уйти, то сиди тихо, устройся простым рабочим где-нибудь.

– За границу? Ты снова хочешь меня спровадить? – обиделся Артур.

– Понимаешь, у меня кома не так просто приключилась. Она может повториться, если я вернусь в свое время. Тогда тебе придется самому выживать, – осторожно подготавливаю друга.

– Не нужно меня пугать, рассказывай лучше, что в твоем будущем интересного.

Это я с удовольствием! Чем еще заняться в дороге. Рассказываю про автомобили, мобильную связь, самолеты, космос. Артур молчит, вижу, что пребывает в некоем смятении. Ни в одной книжке нет такого, как я рассказываю, а чтобы выдумать нужно обладать большой фантазией, которой Вяземский видимо, не блистал. Так глядишь и поверит в мое происхождение.

Часа за три, судя по солнцу, добрались до деревни. Деревня на другом берегу и моста нет. Зато есть дорога, грунтовая естественно, идущая через брод. Пробую воду, холодная! Ширина брода метров семь, глубоко не должно быть. Но Артуру с его организмом хватит, чтобы снова простыть.

– Гляди! – трогает Артур за плечо.

На горизонте показалась телега. Унылая лошадка не спеша тащит хлипкую бричку с хворостом, сидящий поверх дров мужик с самокруткой в зубах, пребывает в нирване. Чего он такого курит? На нас даже не смотрит.

– Мир Вам, уважаемый, – обращаюсь к водителю кобылы. – Не будете ли столь любезны, чтобы перевезти нас на противоположный берег?

Удостоились взгляда, примерно как смотрят на вошь, ползающую по телу. Ну хоть какие-то эмоции. Да еще неразборчиво пробормотал что-то типа: «швендяють тута» Спасибо, что кнутом не огрел.

Зато узнали глубину брода, почти на две трети тележного колеса. Мне выше коленки будет на пару ладоней.

– Предлагаю перекусить, а потом переправляться, – предлагаю я в надежде, что пока будем есть, появится кто-нибудь более сговорчивый.

Увы, движение тут оживленностью не отличается. Уменьшив запасы пищи и выпив последнюю воду (у нас небольшая фляжка) я разуваюсь и снимаю штаны. Кальсоны закатываю по максимуму. Останавливаю Артура, собравшегося делать то же самое.

– Я тебя перенесу. А то не дойдем до ближайшей лечебницы. Не спорь, а то получишь. Я кстати тебе собирался врезать за справку, которую ты хранил! Сейчас хоть она не с тобой?

– Не, – покраснел Артур. – В ЧК осталась.

Беру его на закорки, вес не такой уж и маленький. Сам Артур килограмм тридцать, да багаж около десяти. А я не особо мощного телосложения, чуть крупнее Артура. Лишь бы в воду не свалиться! В одном месте запнулся о камень, с трудом удержал равновесие. Слава богу, добрался! Вспотел и ноги дрожат от нагрузки. Срочно спортом заняться, вот найду в Луганске секцию.

– Дальше ты меня понесешь!

– А я не просил тебя меня нести! – вспылил Артур. Обидчивый, гонор как у настоящего дворянина.

– Не заводись, шуток не понимаешь? – обнимаю за плечи.

– Ладно, пойдем. Или будем проситься на ночлег?

– Рано, до ночи до следующего селения доберемся в любом случае. Так что воды наберем и вперед.

Сама деревня состоит из одной улицы. Десятка три мазанок крытых соломой. Судя по строениям, животные в зимнее время живут в одном помещении с людьми, отдельный коровник был только в одном, более богатом доме. Представляю, какие там ароматы – куры, козы, а то и свиньи! Колодец обнаружился в конце деревни, в виде журавля. Пришлось обождать, пока с ведрами и коромыслом подошла немолодая тетка. Поздоровавшись, попросили разрешения набрать воды. Разговорились, выяснили, что до Гуково не так далеко, всего восемь верст. То есть чуть больше восьми километров. Я специально уточнил, что верст, а не миль, запутаешься с их мерами. Дальше идем по дороге, скорость увеличилась. Через полчаса доходим до развилки, пока стояли, спорили по какой именно дороге дальше, подъехала легкая повозка, как у извозчиков в Ростове.

– Слава Христу! – поспешно здороваемся, так как за рулем, в смысле за поводьями, поп. Молодой, с куцей бородкой, но уже приличным пузом.

– Воистину слава! Тпру оглашенная! – остановил лошадку. – Куда путь держим, отроки?

– В Гуково, батюшка! Благословите, чтобы дорога легкая была! – Артуру привычно общаться со священнослужителями, я скромно помалкиваю, чтобы не спалиться.

– Забирайтесь в мою колесницу, ноги чай не казенные! А к кому в Гуково? Родычи там имеются?

Артур рассказывает ему на ходу сочиненную версию, что мы отстали из-за его болезни от цирка, теперь вот догоняем. Интересно, как согласуется с его верой в бога, то, что он обманывает попа? Тот продолжает допытываться, истинные ли мы христиане, когда исповедовались последний раз. Заметил и мою молчаливость.

– А он головой ударился, с тех пор немного не в себе. Над ним бы обряд какой провести, – нашел психотерапевта Артур. Спасибо хоть не попросил изгнать диявола.

– Одержимый? В падучей бьется, али заговаривается? – пристально изучает меня поп.

– Во, во! Заговаривается и запамятовал все прошедшее, – продолжает сдавать меня Артур. Ну я ему припомню!

– Худо, надобно буде вам задержаться у меня. Молитвы також позабыл? А пост соблюдаете?

Заглянул бы в наш сидор, посмотрел, как мы соблюдаем. Там остался небольшой кусок сала и вареные яйца. А Артур так искренне заверяет, что мы питаемся одними сухарями, я чуть сам не поверил. Зато с молитвами отмазка железная есть! Впрочем «отче наш» я выучил, на это меня хватило.

Въезжаем в Гуково, я бы не назвал его сейчас городом. Дома одноэтажные, чуть получше выглядят, чем в деревне, хотя и развалюх хватает. Дорога мощеная камнем, растительности почти нет. Видно вдали одно здание чуть повыше чем все, мы свернули раньше к церкви. Церковь каменная, выглядит довольно прилично. Не доезжая до нее, сворачиваем к неказистому домику, скорее всего слепленному из самана – глины с соломой. Только крыша радует свежей черепицей. Ну понятно, поп молодой, только обустраивается.

– Вот моё жилище, поснедаем, опосля пойдем в храм. Проходьте отроки, не робейте, – приглашает отец Михаил, как он представился.

Пройдя через сени, входим в дом. У порога встречает попадья, если можно так назвать. При виде ее слюнки потекли не только у меня, Артур тоже остолбенел. Симпатичная такая деваха в самом соку. Естественно в платке и мешковатом платье почти до пят, но и они ее не портят. Улыбается мужу, рада, что воротился. От ее вида у меня утихли некоторые подозрения в намерениях отца Михаила. Уж очень он оценивающе нас рассматривал, особенно Артура, тот посимпатичнее меня будет. Мало ли к чему там в семинарии приучили. Но с такой женой на мальчиков точно не потянет.

– Вот, Глаша, встретил путников, нуждаются в помощи. Приютим их на некоторое время, я поправлю их духовное здравие, они тебе по хозяйству помогут.

Какой коварный поп! Вот и выяснилось с какой точки зрения он нас оценивал! Решил бесплатных работников заиметь, даже до Артура дошло. Одергиваю друга, открывшего было рот, молчи мол. Покормят, переночуем, а дальше смоемся. До Луганска сто верст, дня за три даже пешим ходом доберемся.

Перекрестившись на угол с иконами, проходим в горницу. Две маленькие комнаты, разделенные огромной русской печью. На ней похоже нам и предстоит спать. Пока же моем руки, и за стол. Пост соблюдается: чугунок вареного в кожуре картофеля и кислая капуста с луком и морковью. Плюс серый хлеб, не очень удачный. Хозяйка неопытная. Им бы девку на хозяйство, а не двух сопляков. Нас, скорее всего, планирует использовать в огороде, успел заметить за домом под гектар вспаханной земли. Отец Михаил сам прочел молитву, принимаемся за трапезу. Мы с Артуром не успели сильно проголодаться, едим аккуратно, вызвав одобрительное переглядывание хозяев. Запив обед отваром шиповника, благодарим бога и хозяйку за угощение. Артур снимает с клетки ткань, чтобы покормить Гектора.