Пришествие Зверя. Том 3 - Аннандейл Дэвид - Страница 145

Его живые, как у бодрого старика, глаза метались в клетке из полумертвой плоти. Сервы из экипажа «Данталиона» давно уже научились читать пожелания капитана по его взгляду, и на главном гололите вспыхнуло изображение корабля Черных Храмовников крупным планом.

Церберин изучил его вместе с Гонориусом и Реохом. Присутствие последнего смущало первого капитана: за время их затянувшегося союза с Железными Воинами апотекарий сбросил оболочку цивилизованного человека и вел себя почти как варвар.

— Она пострадала на войне, — сказал Маркариан, пустив слюну из уголка наполовину парализованного рта.

Гололит-офицеры, догадавшись, что нужно командиру, выделили участки «Ненависти» кодовыми цветами.

— Повреждения от гравитационной плети и кинетических зарядов, — отрапортовал магистр авгуров. — Нерегулярные скачки мощности реактора, до четырех процентов.

— Космолетов эскорта нет, — заметил библиарий. — Флагман в одиночку прибыл для контакта с нами.

— Черные Храмовники порывисты по меркам сынов Дорна, — произнес Мендель Реох. — Интересно, кто бы победил в столкновении двух наших родов...

— В них больше нетерпимости, чем мудрости, — отозвался Калькатор. — Вы бы выиграли.

— Кузнец войны, я просил тебя помалкивать, — оборвал его Церберии. — Если Боэмунд узнает, что ты на борту моего звездолета, наше общение получится кратким и завершится кровопролитием. Кулаки Образцовые никогда не ошибаются, такова истина. Не преврати ее в ложь.

Калькатор покорно опустил голову в шлеме:

— Ни я, ни мои бойцы не произнесут ни слова, первый капитан.

— Получен запрос на установление связи, мои господа, — сообщил магистр вокса.

Церберин встал на гололит-пластину узкого обзора.

— Подключай.

На объемном экране возникло покрытое шрамами лицо Боэмунда.

— Ты жив, Церберин! А я боялся, что на мостике «Данталиона» окажется Железный Воин.

— Я все еще командую моими кораблями, верховный маршал.

— Вижу, что «Парагон», «Молчаливый», «Отважный» и «Жиллиман» по-прежнему в строю. Ты хорошо справился. Сколько твоих воинов уцелело?

— Двести сорок восемь из четырехсот боевых братьев, с которыми я отправился в путь.

Раскрывая численность своего соединения, Церберин ощутил дрожь беспокойства.

— Мне жаль. Все мы понесли тяжелые потери на этой войне. И все же то, что ты выжил, — повод для празднества! Тейн восстановил Имперских Кулаков из орденов-наследников, так что теперь ты и твои бойцы — единственные Кулаки Образцовые.

Первый капитан склонил голову.

— Сначала нужно раздавить астартес-предателей, — не умолкал Боэмунд, — потом ты сможешь примкнуть к крестовому походу Тейна. Он истребляет оставшиеся орды зеленокожих и восстанавливает мир в Империуме, хвала Повелителю Человечества!

Церберин молчал, чувствуя затылком взгляд Калькатора.

— Брат? — подбодрил его верховный маршал.

— Я так не могу, — скованно проговорил капитан.

— Объяснись! — с угрозой в голосе потребовал Боэмунд.

— На протяжении всей кампании Железные Воины сражались плечом к плечу с нами. Без их поддержки, без доступа к их разведданнььм, припасам и базам Кулаки Образцовые полностью погибли бы еще несколько недель назад.

— Тогда отступись. Мы закончим дело вместо вас, если тебе не хватает духу, — пренебрежительно сказал верховный маршал.

— И так я поступить не вправе. Я поклялся сохранить жизнь кузнеца войны и его людей. Покинь систему, и потом мы встретимся в любом месте по твоему выбору. Но ты должен разрешить Железным Воинам уйти.

Боэмунд свирепо улыбнулся, и его изуродованное лицо стало еще неприятнее.

— Ты грозишься напасть на Черных Храмовников? Следи за своими речами, Кулак Образцовый.

— Я говорю как есть. У меня нет желания биться с вами. Дай мне исполнить мой обет, и все будет хорошо.

— Позволить изменникам сбежать? Здесь нет ничего хорошего! — рявкнул маршал. — Тот, кто якшается с предателями, сам становится предателем. Приготовься, мы высадимся к тебе на борт. Я арестую тебя и отправлю на Терру, где ты пойдешь под трибунал Инквизиции. Там определят твою судьбу. Молюсь, чтобы судьи проявили милосердие и даровали тебе быструю смерть. И еще: передай своим друзьям-демонопоклонникам, что Боэмунд идет за их головами!

Верховный маршал отошел от передатчика, и фокусирующие катушки сдвинули обзор на задний план. Церберин мельком заметил бронированные капсулы и ровные платформы переноса.

— Он на палубе телепортации, — выдохнул первый капитан.

— Мой господин, «Ненависть» подает энергию на главный огневой комплекс! — крикнул кто-то из сервов.

— Они подняли щиты!

— Будь проклят Боэмунд! — зарычал Церберин. — Он прибыл сюда для битвы. По боевым постам! Всем кораблям активировать щиты и зарядить орудия!

Взвыли сирены. Маркариан спокойно отдал несколько команд подряд. Палубный экипаж немедленно взялся за работу, готовя «Данталион» к сражению.

— Задействовать пси-заслон, — заключил командир.

Слуги библиариума запели в своих нишах, сплетая вокруг капитанского мостика незримое защитное поле.

Церберин беспомощно смотрел, как боевая баржа несется вперед. Верховный маршал намеревался пройти через центр флота Кулаков Образцовых.

— На борту «Ненависти» открывается множество пусковых труб, — доложил другой серв.

— Они берут на прицел наши орудийные батареи и двигатели, — сообщил третий.

Рапорты накладывались друг на друга, и в общем шуме тонули обережные песни хора.

— Капитан Аркос из Четвертой требует разговора с вами, — передал Церберину магистр вокса.

— «Требует»? — повторил Калькатор. — Ты теряешь власть над своими воинами, первый капитан.

— Выведи его на гололит, — велел Кулак Образцовый, игнорируя насмешку.

Аркос сразу перешел к делу:

— Ты что творишь?! С ума сошел?! Я не стану атаковать других Адептус Астартес!

— Исполняй приказы! — гаркнул Церберии.

— Приказам изменников не подчиняюсь. Все это зашло слишком далеко. Я свяжусь с Боэмундом и поддержу его. — Четвертый капитан разорвал гололит-контакт.

— Мой господин, пришло послание от первого сержанта Роста на борту «Парагона». Он опротестовывает ваши распоряжения. Корабль покидает строй, — доложил магистр вокса.

— Не стрелять! — заорал Церберин.

Ситуация выходила из-под его контроля.

— Черные Храмовники открыли по нам огонь, — сообщил магистр авгуров.

В поле обзора громадного окулюса воины увидели, как вдоль обоих бортов и верхней части корпуса «Ненависти» пробегают дульные вспышки. Главный гололит-экран заполнили мигающие значки, которыми обозначались приближающиеся снаряды.

— Дать ответный залп? — спросил Маркариан.

— Нет! Приготовиться к столкновению. Вызвать Боэмунда еще раз!

— Мощный выброс энергии по миделю «Ненависти»!

Гонориус поднял к обнаженной голове руку в латной перчатке:

— Волнение в варпе. Они идут.

Ближе к взрывозащитным дверям командной палубы возникла мерцающая дымка, которая начала сгущаться в двенадцать огромных силуэтов. Хоры сервов запели громче, и тела половины переносящихся космодесантников задрожали. Шлемы Астартес искорежились, сплавляясь с плотью мод ними. Трое Храмовников бесследно исчезли под звуки потусторонних воплей, остальные пострадавшие воины свалились на палубу дымящимися грудами металла и мяса. Другие воплотились и немедленно открыли огонь.

— Так ты привел вероломных дружков на свой корабль? — прогромыхал Боэмунд, заметив Калькатора за спиной Церберина.

Верховный маршал в массивном терминаторском доспехе зашагал вперед, вминая палубное покрытие. Его болты разносили слуг библиариума на куски.

Неизвестно, кто первым выстрелил в ответ, Железные Воины или Кулаки Образцовые, да и значения это не имело. Воздух прочертили снаряды, выпущенные бойцами всех трех братств, и вскрики перепуганных сервов затерялись в какофонии хлопков и разрывов. От Маркариана, который не мог двинуться с места, остались только кровавые клочья, свисавшие с экзоскелета. Его смерть пробудила многочисленные орудия, встроенные в стены и потолок отсека, и они обрушили на Черных Храмовников гибельный перекрестный огонь. Болты отскакивали от толстой брони, но на мостике имелось и более мощное оружие. Когда Гонориус наслал на Храмовников яростное псионическое пламя, они начали падать один за другим.