К ЧЕРТУ ЛЮБОВЬ! - 2.0 - "Nogaulitki" - Страница 39

— Совсем.

— Понятно, — снова кивнула она. – И… У тебя… У тебя есть… дама сердца? – выдавила из себя мама, а я видела, как трудно ей держать себя в руках.

— Дама сердца? – усмехнулась я.

— Ну, я не знаю, как у вас это называется, — пробормотала мама, не глядя мне в глаза.

— Называется точно так же, как и у вас, — выделив интонацией последнее слово, ответила я. – Любимая женщина, любимый мужчина. Все точно также.

— Извини, я… Не хотела тебя обидеть, — к моему изумлению проговорила мама. – Так… У тебя есть любимая… женщина?

— Да, — твердо ответила я.

— И вы… Как вы… Давно? – мама явно пыталась подбирать слова.

— Три года, — ответила я, понимая, что она хочет спросить.

— Три года?! – поразилась мама. – Так долго?! Я думала… Думала…

— Что? – усмехнулась я. – Ты думала, что геи не строят серьезные отношения?

— Нет, я просто… Три года… — пробормотала мама. – И ты все это время молчала…

— Я не знала, как сказать, — призналась я.

— Но сейчас же сказала, — строго ответила мама и посмотрела на меня с обидой в глазах. – Господи, а я-то как дура, пыталась тебе жениха найти, — покачала головой мать, чем вызвала мою улыбку.

— Сейчас сказала, потому что поняла, что готова… Не хочу больше скрывать это. Я люблю прекрасного человека, и хочу, чтобы вы об этом знали. И если вы когда-нибудь… — я сглотнула, готовясь произнести важные слова. – Не сейчас, конечно, в будущем… Захотите с ней познакомиться… Я буду счастлива. Потому что я уверена, это тот человек, с кем я хочу провести всю свою жизнь.

Мама смотрела на меня, не отрываясь, и я заметила слезы в уголках ее глаз. Ну, вот, прекрасно. Довела мать до слез.

— Ира, как ты можешь так говорить… — начала она, и я вздохнула, останавливая ее.

— Прости, мам, ты права, сейчас еще слишком рано…

— Нет, — прервала она меня в ответ. – Как ты можешь говорить, «если мы захотим с ней познакомиться»?! Конечно, мы захотим! Я должна знать человека, в чьих руках находится счастье моей дочери!

— Оу, — удивленно протянула я. – Ясно…

— Так. Когда ты нас представишь? Господи, я не могу поверить, что это говорю, — пробормотала мама. – Не ожидала от себя такого спокойствия, если честно,— призналась она.

— Я тоже, — усмехнулась я.

— А я ожидал, — довольно протянул папа. – Ты, Натусик, умеешь удивлять.

— Действительно, — пробормотала мама и снова вернула взгляд ко мне. – Так, когда мы с ней познакомимся?

— Ну, честно говоря… — я потеребила салфетку, что лежала под тарелкой. – Вы уже с ней знакомы.

Лицо мамы вытянулось.

— Что? Кто? Когда? – растерянно пробормотала мама. – Ты хочешь сказать, что это…

— Да, это «Катенька», — усмехнулась я, вспомнив мамины дифирамбы ей.

— О, — удивленно протянула мама.

— Хм, хороший выбор, — кивнул отец и улыбнулся. – Мать, сделай лицо попроще, и люди к тебе потянутся, — рассмеялся он. – Наша дочь себе, вон, какую девушку нашла!

— Катя? Которая была вчера? – словно не поверив ушам, проговорила мама. – Но она же…

— Что?

— Она старше… Да и… не выглядит, как… Хм…

— Мам, серьезно? – возмутилась я. – А что, я выгляжу, как лесбиянка?

Мама посмотрела на меня так, словно увидела впервые.

— Нет, — внимательно осмотрев меня, заключила она. – Ты тоже не похожа. Но она старше, так?

— Да, — честно ответила я. – Она старше меня на шесть лет. И, — я подняла руку, заранее останавливая маму, — нет, это не проблема. Мы любим друг друга. И наши отношения поверялись уже и огнем, и мечом, поверь мне.

Мама закрыла рот, который открыла, собираясь что-то сказать, и кивнула.

— Тогда пригласи ее завтра на ужин, — проговорила она. – Будем рады познакомиться с ней… заново.

Я посмотрела на маму, перевела взгляд на папу и, все-таки не сдержав слез, прошептала:

— Спасибо вам огромное.

Мама тут же растрогалась и кинулась меня обнимать. Отец лишь смотрел на это и посмеивался.

***

Волжак открыла дверь своего номера и с тревогой посмотрела на меня. Я ей еще не рассказала, как прошел мой разговор, поэтому она не знала, чего ждать от моего визита.

— Ну, как? Как все прошло? – с порога спросила она, отходя, чтобы я вошла внутрь. – Ты без вещей, поэтому, либо ты ничего не рассказала, либо… они приняли все адекватно, — проговорила она, сделав вывод. – Но у тебя красные глаза, значит, ты плакала, — продолжала бормотать Волжак, пока я скидывала обувь. – А значит, все прошло не очень хорошо… Неужели они тебя выставили из дома и даже не дали забрать свои вещи?

Я, все так же, не говоря ни слова, подошла к ней вплотную.

— Может, ты перестанешь бубнить и поцелуешь меня? – прошептала я у самых ее губ.

— Я… Да, — кивнула Волжак и, притянув меня за талию ближе, буквально вжимая в себя, поцеловала.

Когда ее руки оказались на моих ягодицах, а язык вовсю хозяйничал во рту, я поняла, что уже не могу остановиться. Я оттолкнула Волжак к стене и просунула бедро между ее ног, в буквальном смысле, усаживаясь на нее сверху и усиливая трение. Когда я начала стонать, Волжак перевернула нас и прижала к стене уже меня.

— Я очень тебя хочу, — прошептала она мне в ухо. – Но я не животное. Скажи, как прошел ваш разговор?

Я уже довольно плохо соображала, так как в мыслях давно лежала голая на кровати. Поэтому решила не выпендриваться и сказать все сразу и по факту.

— Они ждут тебя завтра на ужин, — выдохнула я и снова прижалась губами к ее шее. – Мы можем продолжить?

Но Волжак отодвинулась и уставилась на меня в полнейшем недоумении.

— Что ты сказала?

Черт, у меня пожар между ног, а она мне какие-то вопросы задает!

— Что они ждут тебя завтра…

— Нет, это я услышала, — прервала она меня. – Ты… Ты им сказала?

— Ну, конечно, я им сказала! – раздраженно проговорила я, делая шаг по направлению к ней. – Они восприняли все прекрасно, теперь мы можем заняться любовью? У меня очень давно не было секса, не думаю, что я смогу долго держать себя в руках, — призналась я и оказалась перед самым лицом Волжак, начиная расстегивать ремень на ее джинсах.

— Насколько давно? – спросила она, но я почувствовала напряжение в ее голосе.

— Последний раз был с тобой же, если ты об этом, — успокоила я ее, но тут же заволновалась сама. – А… У тебя?

— Аналогично, — улыбнулась Волжак и убрала мои руки от своих штанов. – Ладно, мы еще вернемся к теме ужина, а сейчас я хочу заняться тобой.

— Наконец-то, — выдохнула я, с радостью погружаясь в любимые объятия.

***

Ее руки, губы и язык были везде, где только можно. Они гладили, целовали, кусали, сжимали, доводя меня до самых вершин блаженства. Не знаю, если бы мы снова не сошлись, смогла бы я еще кому-то так без остатка отдаваться. Я доверяла ей абсолютно, такого со мной никогда не было, и я не была уверена, что подобное вообще может повториться. Если у Антона с его Олегом было также, то я могу его понять, почему он все еще не может пойти дальше. Как говорится, когда побывал на самом верху, вниз уже спускаться сложно. Вряд ли это «особенное» бывает несколько раз в жизни. Но я надеялась, что у него все-таки будет шанс испытать если не такое же, то хотя бы нечто подобное.

***

— Ну, так, ты расскажешь, что было у вас за обедом? – проговорила Волжак, когда мы лежали в обнимку на одной из сторон кровати.

— Ты только что вынула из меня свои пальцы, как ты вообще сейчас можешь думать о моих родителях? – побормотала я, понимая, что вымотана настолько, что меня буквально «вырубает».

— Прости, — рассмеялась Волжак.

— Только не говори, что ты думала об этом, пока мы занимались сексом, — я стукнула ее по руке.

— Нет, во время секса я думаю только о тебе, — проговорила она, улыбаясь.

— И на этом спасибо, — ответила я и зевнула. – Ка-а-ать, я спать хочу… Ты меня… замучила, — пробормотала я и хихикнула.

— Ты… Останешься? – проговорила Волжак, но я различила неуверенность в ее голосе.