Семь камней радуги (СИ) - Удовиченко Диана Донатовна - Страница 49

На полу, обижено сопя, сидело какое-то пушистое существо величиной с крупную кошку. Роки стоял рядом с ним, пытаясь то ли придавить его лапой, то ли перевернуть, чтобы рассмотреть повнимательней. Агрессии пес не проявлял: он с любопытством разглядывал неизвестного пришельца, который, поворочавшись, наконец встал на ноги и оказался маленьким лохматым человечком. Подбоченившись, человечек гордо прошествовал к кровати. Роки, придя в восторг, дружески боднул его головой, и тот, перекувыркнувшись через голову, шлепнулся на живот и плачущим голосом сказал:

– Чего дерешься?

– А зачем ты меня душил? - поинтересовался Макс.

– Зачем, зачем? Положено так! - обиженно пробубнил человечек, - Подсади-ка меня лучше, да скажи зверю своему, чтоб не трогал!

Макс протянул человечку руку, тот ловко вскарабкался по ней на кровать, уселся на низкую деревянную спинку в ногах, и принял самый независимый вид. Теперь, в свете свечи, Макс смог получше рассмотреть своего незваного гостя. Человечек был коренаст и коротконог. Большая круглая голова была покрыта густой растительностью: длинные нечесаные волосы лохмами торчали в разные стороны, сливаясь с пышной бородой. Из-под челки сверкали круглые, большие, как у совы, глаза. Одет он был в длинную льняную рубаху, подпоясанную веревочкой. Из-под рубахи торчали широкие босые ступни.

Дав Максу время вдоволь налюбоваться, гость вздохнул и пожаловался:

– Никакого уважения: то собаками травят, то веником выметают, а которые попугливей - так те даже из лука выстрелить норовят.

– Так что же ты людей по ночам пугаешь? - спросил Макс, не чувствуя, впрочем, никакого страха. Почему-то человечек ему даже нравился.

– Говорю, положено мне! Предназначение у меня, значит, такое. Кто в доме первый раз ночует, того и пугаю.

– Так ты Домовой, что ли? - догадался Макс.

– Я - Хозяин! Ну, можно и Домовым звать, - сказал человечек, с опаской поглядывая на Роки, который, вскочив на кровать, с интересом обнюхивал нового знакомого.

– Не бойся, он не тронет, - сказал Макс, - А чем вообще Домовые занимаются?

– За порядком следят, тараканов выводят, вещи воруют…

– Зачем?

– Потому что домовые! Положено нам так! - рассердился Хозяин.

Макс рассмеялся. Домовой нравился ему все больше. Взяв со столика блюдо с конфетами, поставленное радушной хозяйкой постоялого двора, он протянул его гостю и предложил:

– Угощайся!

– Это мне? - растрогался человечек, - Надо же, первый раз такое! Одни пугаются, другие дерутся, а угощать - никто не угощал.

Он протянул короткопалую руку к блюду, захватил горсть конфет и сунул их в рот, зажмурившись от удовольствия:

– Фкуфно! - выговорил он с полным ртом.

Наевшись, некоторое время Домовой болтал короткими ножками, потом милостиво повелел:

– Ну, спрашивай!

– Что спрашивать? - растерялся Макс.

– Когда Хозяин душит, надо спросить: к добру или к худу, - терпеливо пояснил человечек.

Макс послушно повторил:

– К добру или к худу?

Хозяин выпучил совиные глазенки, неожиданно громко выдохнул в лицо:

– К ху-у-у-ду! - и исчез, обдав Макса запахом чеснока.

Роки проводил его громким раздраженным лаем, потом, немного повертевшись, уминая лапами одеяло, улегся, проворчал:

– Ходят тут всякие, - и мирно захрюкал.

Макс пожал плечами, задул свечу и завернулся в одеяло. Через минуту он уже спал.

Глава 30.

Шестнадцатилетний Рамир сидел за столом рядом с Зуливаном и рассматривал большую пыльную книгу, которую учитель принес с базара.

– Я нашел ее случайно, - довольно проговорил старик, - Она лежала под грудой всякого хлама в лавке старьевщика. Смотри внимательно, мальчик мой: это труд великого алхимика из Восточного Эмирата - Абу Аль Саира.

Тяжелые листы были испещрены формулами, снабженными комментариями на языке илли, и картинками, изображавшими мистические знаки.

– Учитель, это же рецепт получения золота из свинца! - воскликнул Рамир.

Зуливан усмехнулся:

– Боюсь, великий Абу Аль Саир ошибался, считая, что таким образом можно добиться успеха.

– Но почему? Ведь всем известно, что если удастся получить философский камень, то затем, вызвав Саламандру, можно приступить к перегонке свинца в золото. Надо только правильно высчитать лунный цикл. Разреши мне попробовать, учитель!

– Нет, - ответил старик, - У тебя ничего не получится, забудь об этом.

На все вопросы Рамира он лишь отрицательно качал головой, но наконец, уступив жадному любопытству своего ученика, неохотно объяснил:

– Золото - великая сила, ради этого металла человек готов на все: войны, преступления, убийства - все это совершается лишь ради наживы. Так можно ли получить золото без благословения и помощи Мрака? Все алхимики заблуждаются, полагая, что здесь достаточно союза с Саламандрой. Это лишь первый этап…

– А второй? - настойчиво спросил Рамир.

– Второй - вызов могущественного демона. Лишь вступив с ним в союз, можно выплавить золото из обычного свинца.

– Если ты все это знаешь, учитель, то почему же до сих пор не купаешься в золоте?

– Потому что я никогда не использую свои знания во зло, - отрезал Зуливан.

– А как вызывают этого демона? - Рамир посмотрел на учителя и осекся, поняв, что зашел слишком далеко.

За годы, проведенные в доме волшебника, мальчик успел достаточно изучить Зуливана, чтобы знать, когда можно задавать вопросы, а когда следует остановиться. Сейчас он жадно рассматривал формулы и картинки к ним, и изумлялся про себя странным, на его взгляд, принципам своего учителя. Сам он не остановился бы ни перед чем ради того, чтобы обрести богатство и власть. Но больше всего - больше, чем деньги, больше, чем всеобщее поклонение - его влекла неутомимая жажда знаний, желание узнавать новое, экспериментировать. Что с того, если для получения блестящего результата ему нужно будет вступить в союз с темной силой? И что плохого в демоне, если он поможет осуществить то, чего веками тщетно добивались алхимики и маги всего мира? Цель оправдывает средства, считал Рамир. Правда, пока он не был готов противопоставить свои взгляды взглядам учителя: старый Зуливан был очень могущественным чародеем, и юноша понимал, что все его попытки взбунтоваться будут пресечены. К тому же, он еще не всему успел научиться у старика, хотя после девяти лет своего ученичества умел и знал уже очень многое. Рамиру не хватало в этой науке главного: он хотел, чтобы магия открыла ему безграничные возможности, желал постичь все тайны мироздания, вырвать их у природы, погрузиться в ее самые сокровенные глубины. "Ничего", - подумал он, - "Мое время еще придет".

Зуливан не подозревал, какая буря бушует в душе сидящего рядом с ним мальчика. Он успел привязаться к смышленому, способному ребенку и считал его своим сыном. Чародей был счастлив, что на склоне лет судьба подарила ему наследника, которому можно будет передать все свои знания и умения. И он без устали вкладывал силы, душу и любовь в образование Рамира, оправдывая его интерес к силам зла юношеским любопытством и незрелостью детского ума.

Они долго еще рассматривали толстую книгу, читая некоторые главы целиком. Наконец, Зуливан произнес:

– Что ж, я думаю, нам пора ужинать и ложиться спать. Отнеси, пожалуйста, книгу в мою библиотеку, а я пока накрою стол.

Библиотека чародея находилась на чердаке. Просторное помещение под крышей было заставлено высокими длинными стеллажами, на которых стояли многочисленные пыльные тома. Библиотека была любимым местом отдыха Рамира. Когда Зуливану не требовалась его помощь, юноша забирался сюда и проводил упоительные часы, перелистывая старинные фолианты. Именно здесь он учился и познавал тайны магии. Рамир обладал цепкой памятью, и то, что прочитывал один раз, запоминал уже навсегда.

Но сегодня учитель ждал его к ужину, и мальчик торопился. Он нетерпеливо поискал свободное место на забитых книгами полках, и попытался сдвинуть пухлые тома там, где, как ему показалось, они стояли не очень плотно. Когда это удалось, Рамир принялся впихивать новую книгу на освобожденное место, но фолиант не вмещался, и наконец, когда юноша приложил слишком большое усилие и все же добился желаемого, весь книжный ряд на полке сдвинулся, и какая-то книга, стоявшая на самом краю, звучно шлепнулась на пол, подняв тучу пыли. Рамир чихнул, наклонился, чтобы подобрать ее, и замер: при падении толстый том открылся, и в тусклом свете чердачного окна юноша увидел рисунок, выполненный черной краской на весь лист. На нем был изображено уродливое существо, похожее на жабу и на грудного младенца одновременно. Его маленькие, будто недоразвитые ручки были прижаты к груди, лысую голову украшали наросты, напоминающие рога. Надпись над рисунком гласила: "Жаах, демон низшего уровня". Рамир перевернул страницу: далее следовало заклинание для вызова демона и подробное описание ритуала. Он впервые нашел в библиотеке подобную книгу. Все, что он читал раньше, содержало рецепты различных зелий для излечения болезней, заклинаний, способных избавить от какой-нибудь беды, часто попадались книги по истории Сассии, описания других стран, но такое - никогда. Рамир торопливо перелистал книгу и спрятал ее под полку. Почему-то он не хотел показывать ее Зуливану.