Семь камней радуги (СИ) - Удовиченко Диана Донатовна - Страница 111

Для Макса последние слова королевы прозвучали как откровение. Неужели Аня мечтает о его любви? А он сам? Нужна ли ему Аня? Как он к ней относится на самом деле? Видимо, на его лице отразились сомнения, так как королева поспешно продолжила:

– Так что, ты согласен?

Решив поразмышлять о своих отношениях с Аней в более спокойной обстановке, Макс решительно сказал:

– Не нужны мне твои благодеяния, сам как-нибудь разберусь.

– Ты уверен? Если тебя так привлекает магия Второй грани, ты мог бы стать Серым странником. У меня как раз не хватает одного, ты прервал род Ольдерга Серого. Значит, по праву можешь занять его место.

– Быть твоим прислужником? - возмутился Макс, - Еще чего не хватало!

– А быть прислужником Белого тебе нравится? Ты ставишь не на ту карту, мальчик. И еще: не надейся на демона, союз с ним еще никому не приносил пользы.

Про демона Макс не понял, какой союз? Ему порядком надоели загадки, которыми говорила королева. Поэтому он решил закончить беседу:

– Знаешь что, дорогая моя искусительница: ты мне осточертела. Возвращайся-ка к себе в ад, или как там у вас это называется? А я пойду своим путем. Как говорится, история нас рассудит.

– Ну что ж, - голос королевы зазвучал злобно-разочарованно, - Ты сам выбрал свою участь. Ты умрешь, и вместе с тобой умрут все твои друзья и близкие. Я раздавлю вас, растопчу, заставлю захлебнуться собственной кровью!

Королева говорила все громче, и наконец сорвалась на истерический визг:

– Щенок! Вонючий ублюдок вонючего рода! Ты будешь лежать в луже собственного дерьма и молить меня о пощаде!

– М-да, дамочка, как-то это все недостойно вашего королевского статуса, - ответил Макс, который почему-то после откровенных угроз почувствовал странное спокойствие, - Выражаетесь вы, как последняя публичная женщина.

– Пошел вон! - загремела королева.

– Честь имею, - Макс наклонил голову в насмешливом поклоне.

Вновь вокруг него заколыхался воздух, и через миг Макс увидел своих друзей, которые приветствовали его недоуменно и тревожно.

– Где ты был? - воскликнула Милана, - Ты куда-то исчез.

– Я беседовал с Черной королевой, - Макс постарался, чтобы его слова прозвучали как можно небрежнее и веселее.

Но это не удалось: все выглядели испуганными и подавленными, особенно это было заметно по Эдику. Его лицо исказилось от ужаса, когда он спросил:

– И что она тебе… сказала?

– Да ничего особенного, - Макс пересказал друзьям свой разговор с королевой.

– Примерно что-то в этом духе я и представлял, - медленно протянул Гольдштейн.

– Кстати, - вспомнил Макс, - Лев Исаакович, я понял так, что ваш дар снова с вами?

– Еще не совсем, но наконец возвращается, - Гольдштейн, несмотря на озабоченность, просиял.

Все это время в Велемир молча слушал рассказ Макса, прищурившись и сложив руки на груди. Неожиданно он вмешался в разговор:

– Ты прав, сынок. Молодец, ты все сделал, как надо. Теперь ты знаешь, что она боится. А раз так, у вас есть шанс.

– Вы знаете, кто мы и куда идем? - спросил Макс.

Впрочем, он ничуть не удивился, вспомнив, как Велемир смотрел на его изумруд, когда встречал их в воротах Странствующего селения.

– Конечно, я все знаю. Ведь я сам происхожу из древнего колдовского рода, и слова пророчества передавались у нас от отца к сыну. Я счастлив, что встретил тебя, наследник рода Зеленых. И я буду молиться за твою победу. Кто знает, может, тогда в Дикую пустошь наконец вернется жизнь.

Макс чувствовал себя польщенным и смущенным одновременно. Поэтому, не зная, как себя вести, он предложил:

– Ну что, поехали дальше?

Всадники двинулись на север, все молчали. Каждый переживал случившееся. Гольдштейн выровнял свою кобылку с конем Макса и поехал рядом. Помолчав, он спросил:

– Я не понял, что за союз с демоном, о котором ты говорил?

Макс посмотрел на Льва Исааковича. Тот выглядел взволнованным и встревоженным.

– Я думаю, это она о том, что со мной происходит. Ну, когда в меня кто-то вселяется. Может, это дух какого-то демона? Помните, вы ведь тоже говорили что-то в этом роде, когда осматривали мой меч? Только не знаю, почему Черная решила, что я вступил с ним в союз.

– Может быть, она не так уж неправа, - задумчиво проговорил Гольдштейн и обогнал Макса.

Оставшуюся часть пути до места ночлега Лев Исаакович ехал, опустив голову и погрузившись в размышления. Макс не понял его слов: Гольдштейн что, подозревает его в заговоре с демоном? Но вскоре он отбросил эту мысль, решив, что тот имел в виду нечто другое. Макс давно уже пришел к выводу, что понять ход мыслей Льва Исааковича невозможно. Он не знал, объясняется ли это его экстрасенсорными способностями, или просто является результатом сочетания жизненного опыта, тонкой интуиции и умения выстраивать сложные логические цепочки, но одно было бесспорно: со своим даром, или без него, Гольдштейн был очень мудр. Поэтому Макс принял решение поговорить с ним попозже и выяснить, что он хотел сказать.

Больше за день не произошло ничего из ряда вон выходящего. Макс устал от движения по серой бесконечности, и поэтому был даже рад, когда на закате солнца Велемир указал место ночевки. Это был очередной полусгнивший колодец, около которого и расположили шатер.

– Этот колодец последний, следующую ночь придется провести без воды. Поэтому надо напоить лошадей как следует, - сказал старик, очищая колодезную воду.

Макс глотнул из своей фляги, смывая с пересохшего горла пыль, которая упорно лезла в рот на протяжении всего пути, и принялся расседлывать Малыша.

После ужина, состоявшего все из тех же пресных сухарей и глотка воды, он подсел к Гольдштейну и спросил:

– Лев Исаакович, так что вы говорили про союз с демоном?

Гольдштейн тяжело вздохнул:

– Тебе не кажется, что нечто, живущее в твоем мече, помогает тебе?

– Смеетесь? Оно наоборот пытается занять мое тело.

– Так-то оно так, но вспомни: разве ты умел владеть оружием, пока не взял в руки этот меч? А он помогал тебе выжить в схватках. А эта история с демоном, которого ты задушил голыми руками? И твоя победа над наследником Ольдерга Серого?

– Может, оно старается сохранить мое тело? Ведь духу надо где-то жить?

– Я думаю, это далеко не все, что ему от тебя надо. Правда, я еще не понял, что именно. Пока могу лишь повторить совет, который уже давал тебе однажды: постарайся запоминать свои сны, только в них ты можешь найти ключ к разгадке.

Макс и сам так думал. Поэтому, узнав, что дежурить будет вторым, он забрался в шатер и постарался как можно скорее уснуть, мысленно настраиваясь на нужный сон. Слева от него тихо посапывала Аня, к ногам прижимался Роки. Некоторое время Макс прислушивался к ночным звукам, затем крепко уснул.

Глава 63.

На этот раз Рамиру казалось, что ошибки быть не должно. Он тщательно подготовился к ритуалу. Очень много времени отняло у него изготовление экскипулы. Она должна была сочетать в себе крепость, мощь, и одновременно быть привлекательной для демона. Рамир трудился день и ночь, накладывая на экскипулу заклятие за заклятием, создавая причудливое сочетание магических слоев на ее поверхности, затем закрепляя эти заклятия и предохраняя их от уничтожения. На это ушел ровно год. Закончив, наконец, с этой работой, он приступил к приготовлению новой порции основы для философского камня. И вот, по прошествии трех полных лет, он начинал ритуал, осознавая, что это - последний его шанс. Сегодня он или получит все, о чем мечтал столько лет, или умрет. Третьего варианта нет. Основа созрела, и ровно в час ночи она должна быть оплодотворена кровью демона, которая, смешавшись с кровью невинного младенца, содержащейся в зелье, породит заветную цель всех алхимиков - философский камень, дарующий бессмертие и богатство.

Рамир глубоко вдохнул, прикрыл глаза и постарался сосредоточиться, отринуть все сомнения, прогнать все мысли, сдержать нетерпение, толкающее его под руку. Насупила полночь, самое страшное время суток, час преступлений и черных дел. Рамир склонился над заранее начерченным пентаклем и положил в середину горсть серы, придавив ее сверху куском железной руды.