Башни Анисана (СИ) - Каверина Ольга - Страница 37

Гиб Аянфаль помедлил, прежде чем ответить, и смерил техника внимательным взглядом, особенно вглядевшись в его серебристые глаза. Удивительно спокойные, у созидателей таких нет… Они успели поговорить о многих вещах, которые полагалось бы держать в тайне что ему, что этому технику. Быть может, если он откроется ещё чуть больше, то ответ техника откроет ему дорогу к преодолению забвения?

– Это случилось за три декады до Торжества Праматери, – ответил он, – Я должен был возвращаться Рутту из Лэрвинда поздно вечером. Но я не помню дороги. Со мной случилось нечто, о чём я не могу рассказать из-за забвения. А на следующий день во время труда слово «Малкирим» как-то само собой возникло в сознании. Вот и всё. Ты случайно не знаешь, может асай восстановить память, если она очищена на уровне пылевой структуры? Я пытался обратиться к Глобальной Памяти, но у меня ничего не получилось.

– Да, это довольно трудно для таких, как ты, – ответил техник, – для созидателей. Да и мне, к примеру, далеко до такого мастерства, позволяющего легко вычленять из неё нужные цепочки событий. Быть может, если ты однажды встретишь мастера волн, которому сможешь открыться, то вспомнишь. Иногда случается так, что асайи вспоминают прошлое, даже после того, как перестают быть собой. Если, конечно, пережитые тобой события находятся в волнах, доступных Ганагуру, а не подконтрольных тайным общинам. В таком случае тебе сможет помочь только некто, подобный исчезнувшему мастеру.

После этих слов разговор завершился, и Гиб Аянфаль ощутил, что комнату заполняет прежнее звучание волн. Техник тем временем поднялся на ноги.

– В нашу обитель прибудет Гэрер Гэнци, – проговорил он, – может быть, ты переменишь своё решение относительно торжества?

Гиб Аянфаль нахмурился. Самому ему не хотелось лично встречаться с правителем, так как он чувствовал себя не готовым к такому визиту. Но он подумал, что аба Альтас непременно обрадуется именитому гостю и поспешит завести с ним беседу. А если речь зайдёт об их труде, то его присутствие вполне может понадобиться абе. Следует быть неподалёку.

– Что ж, я пойду, но только потому, что я сам так решил, а не волны призвали меня, – проговорил он, решительно поднимаясь.

– Конечно, – заверил его техник, и оба асайя покинули комнату.

Вместе они дошли до зала, а там знакомый его незаметно затерялся среди прочих асайев, пришедших на торжество. Видимо, он счёл дальнейшее присутствие излишним – тщетно Гиб Аянфаль старался найти его в толпе. Известие об ещё одном исчезновении не вызывало у него никаких тяжёлых чувств, только жгучее любопытство. Истории, которые нельзя услышать в общих волнах, обычно имеют особенную ценность, и Гиб Аянфаль был рад, что малознакомый техник позволил ему приобщиться к этому. Такая откровенность удивляла его, но он подозревал, что некоторые техники волн обладают прозорливостью, позволяющей им, если не знать, то хотя бы догадываться о событиях прошлого и будущего. Из уважения к этому, он решил, что дальше него рассказанное не пойдёт.

Тем временем в общей зале асайи пока занимались вполне обычными делами. Некоторые брали пасоку из большой чаши, другие, собираясь небольшими группами, обсуждали последние события вслух или через волны. Среди бегавших меж взрослых детей Гиб Аянфаль разглядел рыжую голову Эньши. Похоже, аба Альтас успел полностью излечить его, так как Эньши был, как и прежде, всецело вовлечён в жизнь замка, никого не сторонясь. Грядущее торжество предвещало только витавшее в волнах настроение ожидания, подогреваемое тем, что все ждали визита представителей Триады.

Сам аба Альтас в это время вёл беседу с группой патрициев, пришедших из соседних обителей. Гиб Аянфаль знал, что он любит такие многочисленные встречи, хотя сам танец, ради которого все и пришли, его мало интересует. Аба Альтас не умеет вести танцы и всегда предоставляет этот труд Ае. Неподалёку увидел он и старшего родича, разговаривавшего с архитектором Зоэ. Гиб Аянфаль хотел уже было подойти к ним, чтобы влиться в беседу и познакомиться с этим Зоэ поближе, но в это время кто-то потряс его руку, взяв за локоть.

– Я уже подумала, что ты и правда не придёшь! – проговорила обрадованная встрече с ним Гиеджи.

– Всё-таки решился, – ответил Гиб Аянфаль, – надо быть поближе к абе. Я слышал, нашу обитель посетит сам Гэрер.

На лице Гиеджи отразилось удивление, но она не успела ничего ответить, так как усиленные многочисленными внутренними полями волны вдруг торжественно призвали к тишине. Асайи оставили свои дела и поднялись на ноги, оборачиваясь ко входу. Даже аба Альтас был вынужден прервать беседу. Врата залы неторопливо открылись, и внутрь бесшумно вошёл, окружённый лёгким ореолом света, правитель. Волны заполнили покой и умиротворение. Все, кто был в зале, смотрели на Гэрера Гэнци, и Гиб Аянфаль тоже. Он даже не заметил, как совершил приветственный поклон в ответ на поклон правителя. А следом за Гэрером вошла консул Гейст. Она встала по правую руку правителя и повела головой, осматривая зал, если, конечно, что-то видела из-под чёрной кибахи. Гиб Аянфаль, смело взглянувший на неё, невольно содрогнулся от пронизывающего пыль холода, когда бесстрастное лицо повернулось в его сторону. Консул Гейст явно прекрасно видела всё, и её взор как будто бы задержался на Гиб Аянфале, но уже через миг он понял, что не на нём одном – стоящая рядом Гиеджи вдруг впилась в его плечо, едва не падая с ног.

– Ты в порядке? – тут же обратился к ней Гиб Аянфаль. Но Гиеджи не ответила, она только нерешительно кивнула, не сводя взора с консула Гейст, которая обратила своё внимание в другую сторону.

Тем временем Ае подошёл к высоким гостям и беззвучно обратился к Гэреру. Правитель так же ответил ему, лишь приподняв руку, после чего волны в зале вернулись в прежнее состояние. Асайи мало-помалу начали приниматься за прежние дела, и только дети, да самые любопытные продолжали наблюдать за гостями. Гиб Аянфаль, решивший держаться поближе к абе Альтасу, невольно оказался в их числе вместе с Гиеджи.

Правитель и Гейст в сопровождении Ае подошли к мастеру замка.

– Гэрер Гэнци! Как хорошо, что вы решили присоединиться к нашему торжеству! – проговорил аба Альтас, выступая вперёд.

– К сожалению, нет, мастер Хосс, – ответил Гэрер, – мы пришли по другому поводу. Нас с консулом Гейст интересует ваш труд. А именно – башня, волю на строительство которой до вас донёс консул Сэле. Такое строение очень важно для города, и мы не можем не уделить этому внимания.

Аба Альтас тут же расцвёл в исполненной достоинства улыбке и важно произнёс:

– Конечно, мне ясен ваш интерес. Консулу Сэле было очень непросто угодить, но всё же нам это удалось!

Гиб Аянфаль заметил, что Ае во время этого разговора встал рядом с абой, наблюдая за всем. Патриции, оставшиеся в стороне, не вмешивались, но бросали в их сторону заинтересованные взгляды.

Правитель изысканно улыбнулся:

– Сэле привёл вас к тому решению, которое было необходимо самому Ганагуру, – сказал он, – Полагаю, вы не сам ведёте строительство, и у вас есть управляющий. Хотелось бы взглянуть на него. Башня – сложный и ответственный труд.

– О, не сомневайтесь в нём, он справится! – проговорил аба Альтас, – тем более, что консул сам одобрил его участие. Он – мой ученик и одновременно воспитанник, я представлю вам его с превеликим удовольствием! – и аба громко позвал, – Янфо! И ты, Гиеджи тоже, идите сюда!

Гиб Аянфаля охватило смущение. Уж лучше бы на торжество заявился консул Сэле, с которым он привык иметь дело. Гиеджи рядом испытывала сходные чувства, однако заставлять старших асайев ждать было дурным тоном, потому они вместе подошли к абе Альтасу становясь рядом. Гиб Аянфаль оглянулся на Ае, ища поддержки, и старший родич молча кивнул ему.

Широкая ладонь абы Альтаса покровительственно опустилась на плечо.

– Это Гиб Аянфаль, – представил он, – я воспитываю его с момента пробуждения, и передаю ему все свои знания. Поэтому будьте уверены – скоро твердыни Онсарры встретят в его лице нового достойного патриция.