Магия Крови (ЛП) - Эндрюс Илона - Страница 64

— Моя девушка?

Дженнифер сохраняла невозмутимое выражение лица.

Назвался груздем — полезай в кузов.

— Ну, знаешь, невысокая такая, в очках, индонезийка, гоняет как демон из самых низов ада?

— Она не моя девушка.

— О, так ее еще можно заарканить? «Свободный» трофей?

— Распускает женские чары? — Добавила Дженнифер.

Джим развернулся и ушел, не сказав ни слова.

Черт возьми, я задела его за живое. А я и понятия не имела, что там что-то есть. Просто пальцем в небо.

Дженнифер посмотрела на меня:

— Я дам тебе трех волков.

— Зачем трех?

— Если возникнут проблемы, один из них будет тебя опекать и начнет отступление, а двое других отвлекут и задержат противника.

Моя челюсть изо всех сил пыталась упасть на пол. Если бы это было физически возможно, я бы уже собирала свои зубы с ковра.

— Мы ведь знакомы, верно?

— Думаю, что да.

— Значит, ты должна знать, что, если твоя волчица попытается унести меня с поля боя, я отрублю ей руки?

— О чем это мы тут болтаем? — Из кухни вышла тетушка Би. — Я только что видела Джима, и у него было странное выражение лица.

— Дженнифер хочет отправить меня со своим эскортом. Они должны будут схватить меня и бежать, как летучие мыши из ада, если кто-то чихнет в мою сторону.

Альфа гиен подняла брови:

— В этом нет необходимости. Буды обеспечат тебе сопровождение.

Глаза Дженнифер сделались голубыми, как два куска льда, зрачки сузились.

— Ты намекаешь, что с моими людьми что-то не так?

Теперь я понимала, почему Кэрран был сумасшедшим.

— Конечно, нет, дорогая. — улыбка тетушки Би была такой сладкой, что ее можно было намазывать на тост, вместо джема. — Но между кланом гиен и Кейт существует особая связь.

Голос Дженнифер стал таким же приторным.

— У клана волков и Кейт тоже есть особая связь.

Сталь скользнула в улыбку тетушки Би. Но ее голос по-прежнему оставался слащаво-сладким.

— Ты должна позволить мне сопровождать тебя.

Глаза Дженнифер вспыхнули желтым огнем. Она одарила тетушку Би широкой довольной улыбкой.

— Будь осторожна, Беатрис. Ты в моем доме.

— Боже мой, неужели это угроза?

Если не слышать, о чем они говорят, можно было подумать, что это две южанки обсуждают местные сплетни на церковном пикнике.

Дженнифер наклонилась вперед.

— Мне надоело, что ты приходишь сюда и суешь свой нос во все подряд.

Рубиновое сияние окутало радужки тетушки Би.

— Ты молода и хочешь заявить о себе. Но ни на секунду не воображай, что ты можешь сделать это, убив меня. В свой лучший день ты так же хороша, как я в свой худший, даже с руками, связанными у меня за спиной.

— Неужели? Может быть, нам стоит проверить эту теорию.

Сделав три шага назад, я выскользнула в коридор. Позади меня злобное рычание возвестило о том, что кто-то покрылся шерстью. Я побежала в конец коридора. У двери стояли на страже два оборотня.

— Тетушка Би и Дженнифер собираются устроить разборку, — сообщила я им.

Они побежали. Я подождала пару секунд, пока они скроются на лестнице, открыла дверь и вышла на заснеженную улицу. Они сами захотели подраться, ну и прекрасно. Мне нужно спасти моего пуделя. Секретная штаб-квартира Джима находилась всего в тридцати минутах езды от моего дома. Даже с такими сугробами я бы добралась за сорок пять минут. Держись, Грендель. Я уже иду.

Я плелась вверх по лестнице в свою квартиру. Мои ноги отказывались двигаться, словно налились свинцом. У меня болела спина. Я так устала. За последние двадцать четыре часа я дважды боролась за свою жизнь и оба раза была исцелена магией. Медмаги творили чудеса, но они использовали ресурсы самого тела для лечения, и что бы ни сделал Дулиттл, это истощило меня до нуля. Я была обессилена.

Мне все время хотелось закрыть глаза, и пару раз я чуть не упала в снег, потому что он казался таким мягким и манящим. Если бы не фургон Биологической Защиты, который я остановила по пути, я могла бы вздремнуть прямо на дороге и отморозить себе задницу. Как бы то ни было, медтехи из БЗ подвезли меня, сократив время пути на треть. Я успела на пятнадцать минут вздремнуть в фургоне, в тепле и безопасности. Удача должна была повернуться ко мне лицом. Один лестничный пролет — и я дома.

Осколки моей входной двери усеяли лестничную площадку. Усталость исчезла, сожжённая приливом адреналина. Я шагнула в зияющий дверной проем и перестала дышать.

Куски мебели и ткани были разбросаны по полу. Из стены торчали деревянные обломки, испещренные зазубринами и дырами. Дверь в библиотеку исчезла. Книжные полки внутри были превращены в пыль. Четыре дюжины стеклянных бутылок валялись разбитыми, их содержимое заляпало пол, смешиваясь с разорванными страницами редких книг и ценными артефактами Грега, теперь раздавленными и разбитыми вдребезги. Травяная пыль клубилась на сквозняке из-за разбитых окон.

Мой дом был не просто разгромлен. Он был уничтожен, как будто по нему пронесся смерч.

Дверь в ванную была сорвана с петель. Ее покрывали глубокие борозды, слишком большие для Гренделя. Должно быть, Эрра призвала Зверя. Я заглянула в ванную. Гренделя нет. Крови тоже нет. Если бы она убила его, то оставила бы тело на виду у меня.

В штукатурке на стенах зияли дыры там, где она сорвала кухонные шкафы. Дерево было разломано, а не спилено. Она разбила все вдребезги.

Я вернулась в гостиную, шагая по полу, заваленному истерзанными книгами. Один из кинжалов Грега торчал из стены, пронзая фотографию Джули. Фотографии были испещрены порезами, Эрра снова и снова колола глаза и лицо Джули. По спине у меня побежали мурашки. Если бы она нашла ее, я бы сейчас прижимала к себе труп моего ребенка с вырезанными глазами.

Я должна была сделать миру одолжение и убить эту суку.

Когда Грег умер, он оставил мне квартиру и все ценное, что у него было. Книги, артефакты, оружие. Я не могла отпустить его. Я переехала сюда, в Атланту, чтобы сохранить память о нем. Он был моей последней связью с чем-то похожим на семью. Я заняла его место в Ордене и превратила его квартиру в свой дом. Это было мое личное пространство. Мой уголок мира, где я чувствовала себя в безопасности. Убежище для меня и Джули. И Эрра уничтожила его. Она разорвала его на части.

Нет шанса восстановить это. Все исчезло. Что бы я ни сделала, я уже не смогу привести библиотеку или квартиру в прежнее состояние. Она разрушила ее так основательно, что она уже никогда не будет прежней.

В какой-то мере, это было похоже на смерть. Я достаточно часто наблюдала ее, чтобы понять, что нахожусь сейчас в могиле. Я должна была почувствовать что-то большее, глубокую печаль, чувство потери, но я просто стояла там, оцепенев.

Она сделала свой ход. Пришло время нанести ответный удар.

С лестницы донесся слабый шум. Грендель ворвался в квартиру и ударил меня лапами.

— Эй, ты, идиот.

Я схватила его и обняла за вонючую шею, проведя руками по его бокам. Никакой крови. Его кофта свисала клочьями, но выглядел он не хуже, чем обычно.

— Давай выбираться отсюда.

Я вышла за дверь с собакой на буксире и даже не оглянулась.

Через двадцать минут мы добрались до дома Андреа, где я применила свои сумасшедшие детективные навыки, чтобы сделать вывод, что ее нет дома. Ее дверь была заперта, и она не ответила, когда я постучала. Скорее всего, она была у Рафаэля. Это оставляло мне только один вариант: Орден. Орден имел весомое преимущество — защитные обереги военного уровня. Потребуется небольшая армия магов, чтобы прорваться сквозь них. Или моя тетя. Какая приятная мысль.

Я потащилась в Орден. Сон все еще цеплялся за меня, а усталость делала меня медлительной и рассеянной. Мне потребовалось больше минуты, чтобы вытащить раскладушку из оружейной. Я установила ее в своем кабинете и рухнула на нее. Грендель плюхнулся рядом со мной, и мы потеряли сознание.