Видения судьбы (ЛП) - Мерседес Сильвия - Страница 28

— Ларанта, дай зрение! — закричала она, переключилась на теневое зрение. С силой тени она сжала ветку руками, подтянулась. Ее ноги еще болтались, но она держалась крепко. Она озиралась в поисках вспышки духа тени.

Дикая магия вспыхнула в небе за ветками над ее головой. Глаза Айлет расширились, птица неслась к ней. С испуганным воплем Айлет сделала единственное, что смогла решить за этот миг: она отпустила.

Ее падение было быстрее, чем приближение ворона. Она врезалась в ветки, взывала к силе Ларанты, чтобы защитить кости. Земля врезалась в ее тело, выбила воздух из легких.

Ворон вонзился в землю рядом с ее лицом, почти у глаза. Клюв застрял так глубоко, что ворон не смог сразу его выдохнуть.

Айлет не могла вдохнуть. Но и не могла ждать. Легкие болели от желания вдохнуть, она заставила тело двигаться. Одна рука опустилась на бьющееся крыло ворона. Он выдернул клюв и ударил по ней, порезал ее руку, бросился к лицу. Айлет старалась удерживать его, пытаясь перевести дыхание. Она вскинула руку, защищаясь, сила не подавленной тени била по ней с яростью.

Вдруг раздался звук — не вопль ворона, а человеческий. Отчаянный женский голос кричал в агонии.

Тело ворона содрогнулось, дрожь передалась руке Айлет.

Ворон упал грудой перьев и когтей, глаза округлились от шока и ужаса. Рукоять костяного ножа дрожала, торча между крыльев.

Айлет вдохнула, поднялась на локтях. Ее теневое зрение вспыхнуло в глазах, и она увидела Террина у деревьев. Его рука еще была протянута после меткого броска.

— Что ты наделал? — выдохнула Айлет. Она вскочила с воплем. — Что ты наделал?

Жестокая смерть! Снова! Айлет замерла на коленях, смотрела в ужасе на захваченную тенью. Боль была в ее глазах, аура духа почти ослепляла. Айлет вскинула руку, чтобы защитить глаза, зная, что у нее были мгновения до того, как тень внутри вырвется и отправится искать новое тело.

А у дома были звери в клетках, ждущие тени.

Айлет вытащила детрудос из чехла.

— Ларанта! Помоги мне! — закричала она и заиграла гул. Ее волчица подступила ближе в разуме, сила наполнила ее, поддерживая каждую ноту. Песнь оков наполнила воздух, тянулась к умирающей птицы.

Айлет сыграла первые ноты мелодии, и тень вырвалась из носителя. Она бросилась против песни вспышкой магии, такой сильной, что Айлет охнула и сбилась. Она чуть не выронила флейту, чуть не потеряла песню. Но Ларанта поддерживала ее изнутри, и она взяла себя в руки и продолжила играть, перешла к первой вариации.

Она ощутила, как открывается Прибежище. Готовое поглотить, забрать то, что оно потеряло. Она ощущала сверху бушующую тьму, хаос.

Тень завизжала, билась с чарами. Айлет заиграла вторую вариацию мелодии, сковывая тень. Ей нужно было перейти к Песне изгнания. Но сначала…

Ей нужно было найти Фиолу.

«Помоги, Ларанта, — сказала она. — Там есть другой дух?».

Ларанта проникла восприятием в комок ужаса, каким стала Дикая тень в оковах чаропесни. У нее не было формы, только ревущий гнев и страх, пульсирующие так жарко, что тень грозила сжечь песнь детрудоса. Айлет заиграла третью вариацию, эта была сложнее прошлой. Она боялась, что пальцы запнутся, что она пропустит ноты или сыграет не так. Но она удержала песнь.

Ларанта показала ей человеческий дух в тени. Маленький серебряный шар среди комка гнева.

— Фиола, — Айлет позвала дух, хотя ее физическое тело продолжило играть. — Фиола, я тебя вижу. Ты меня слышишь?

Серебряный шарик пытался вырваться из пут Дикой тени, сжимающей его. Но бедная смертная душа была поймана в хватку силы, окутавшей его.

Если она была ведьмой, ее не спасти. Айлет не сможет порвать узы души ведьмы и захватившей ее тени. Но… шанс был. Низкая магия Омы Гиты создала связь между тенью и вороном. Душу Фиолы притянуло туда против ее воли.

Если так, ее еще можно было спасти.

Но как? Айлет придется вплести еще уровень сложности в эту песню, смешивая Оковы и Изгнание. Ее навыки уже были на пределе, хотя она просто удерживала тень на месте. Прибежище тянуло с силой. Если она ослабит Оковы хоть на миг, тень тут же улетит в свое царство, утащив с собой Фиолу.

Айлет подвинула ладони, попыталась сложную вариацию, где смешивались Оковы и Изгнание. Она ощущала форму мелодии в голове, почти слышала, какой она могла быть. Но ее пальцы запнулись. Она не могла так играть! Ей не хватало умений.

Тень, ощутив нехватку ее контроля, забилась в Оковах. Она почти вырвалась, но закричала, поняв, что побег приведет ее в Прибежище. Зияющая пустота стала ближе, тянулась из другого измерения за добычей. Только песнь Айлет не пускала тень туда.

Ее сила угасала. Даже Ларанта дрожала в ней. Айлет отчаялась, понимая, что проиграет. Она не могла удержать еще дольше смертный дух…

Музыка вспыхнула. Яркая, она обвилась вокруг ее песни детрудоса. Новая мелодия, глубокая и пульсирующая. Айлет такую никогда не слышала. Эта песнь задела ее мелодию, сначала нежно, а потом крепко обвилась, словено объятия возлюбленного, и две стали одной.

Айлет не открыла физические глаза. Иначе она отвлеклась бы, а она не могла этого позволить. Она сосредоточилась на оковах, удерживала духов в этом мире. Она играла, новая песня медленно разрезала связи между корчащейся тенью и серебряным шариком души Фиолы. Новая песнь уводила душу Флоры.

Низкий голос заговорил духом к духу:

— Все хорошо. Я ее поймал.

Айлет тут же перешла к Изгнанию. Дикая тень закричала, отчаянно хватаясь за этот мир. Но она ни за что не ухватилась. Прибежище тянуло, и тень кружилась, кричала, пока врата другого измерения не закрылись.

Айлет опустила детрудос. Чары изгнания разбились на миллион обрывков, искрясь, увядая. Айлет судорожно вдохнула, открыла глаза.

Террин стоял на расстоянии руки от нее, расставив ноги, лоб блестел от пота. Он играл на детрудосе, песнь касалась духа, но не смертных ушей. Айлет смотрела теневым зрением, видела, как нежно он держал дух Флоры странной мелодией.

Она еще не встречала никого, кто играл на флейтах так, как венатор ду Балафр.

Песнь еще не кончилась, душа еще не растаяла, а фигурка вышла из мрака дома. Нилли ду Бушерон со светом тени в ее глазах побежала вперед, встала между Террином и Айлет. Она подняла ладошку, потянулась к серебряной душе. Дух парил между ее пальцами, и теневым взглядом Айлет видела, что лицо ребенка озарило нежное сияние, как свет луны.

— Мама! — голос Нилли был смесью смертной и тени. — Мама, не бросай меня!

Дух ответил. Голос был слабым. Айлет не смогла различить слова, но девочка поняла. Две слезы покатились по ее лицу до подбородка. Серебряный шар в ее руке протянул нити души и поймал капли, не дав им упасть на землю. Прижимая их к себе, словно два бриллианта, сфера вдруг взлетела за деревья в ночное небо.

Айлет отклонила голову, смотрела, как душа Флоры поднималась все выше, как звезда, летящая наоборот. А потом она пропала.

Песнь Террина растаяла. Он опустил детрудос, выдохнул с дрожью и опустился на колени.

И Айлет смотрела, как ребенок, захваченный тенью, опустился на колени у тела ворона, рыдая и гладя его перья. 

ГЛАВА 21

Айлет повернулась к Террину, ощущая гнев, благодарность и смятение, смешавшиеся в одну безымянную эмоцию, полную боли. Он оставил ее под железным амулетом. Он обвинил ее в сговоре с ведьмами. Он относился к ней как к врагу.

И он снова ее спас.

— Зачем ты это сделал? — осведомилась она, шепча, чтобы не привлечь внимание Нилли. — Зачем ты… помог мне?

Не это она хотела спросить. Вопрос вырвался из ее рта и повис в воздухе между ними. Он мог позволить ворону убить ее. Мог остаться в стороне, дать монстру решить проблему ее присутствия. Никто не увидел бы.

Опасное выражение мелькнуло на его лице, он посмотрел в ее глаза.

— Я — слуга святого Эвандера, — ответил он с низким рычанием. — Мы заботимся о своих, — он указал на тело ворона. — Это носитель Фиолы ду Бушерон?