Калейдоскоп моего сердца (ЛП) - Контрерас Клэр - Страница 56

— Когда он это сделал? — спрашиваю я, кивая в сторону своей студии.

— Прошлой ночью.

— Он знает, что меня не было здесь с тех пор, как я вернулась?

— Я сказал ему, — говорит он.

— Если он вернется, скажи ему, что я видела это. Я оставила контракт на столе. Спасибо, Даль, — говорю я, целуя его в щеку.

— Что угодно для тебя, дорогая, — отвечает он. — Я иду на обед, хочешь чего-нибудь?

— Не сегодня. Мне нужно поговорить с братом и убедить его помочь мне переехать на выходных.

— Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится, — кричит Даллас, когда я закрываю дверь за собой.

По дороге к Виктору я позвонила Мие и рассказала ей о холсте.

— Это так мило, — говорит она. — Ты позвонишь ему до или после переезда?

Я со стоном припарковывала машину возле юридической фирмы Виктора.

— У меня не было времени, и я не думаю, что нужно говорить по телефону.

— По-моему, он еще не уехал в Сан-Фран, — говорит она.

— Я не знаю, чего я больше боюсь, позвонить ему и узнать, что он останется там или позвонить ему и узнать, что он останется здесь. Если он там, то он ушел навсегда. Если он здесь, то я буду надеяться, что, возможно, он останется… но это же Оливер. Он не собирается уходить с работы, которую только получил, — говорю я со вздохом, когда я выключаю зажигание своей машины и направляюсь к зданию.

— Он может удивить тебя, Элли, — успокаивающе говорит она.

— Я не знаю, хочу ли я этого от него. Я не хочу, чтобы он отказался от этой работы и возненавидел меня за это.

— Ты разберешься с этим.

Повесив трубку, я поприветствовала секретаршу Виктора и села ждать, когда закончится его встреча. Она позвонила ему сообщив, что кто-то хочет видеть его вне расписания. Он прорычал, чтобы она впустила кого бы то ни было, и я могу представить, как он потирает лоб, словно на нем тонна кирпичей.

— Я бы никогда не наняла тебя, если бы была новым клиентом, — говорю я, заходя. Его голова отрывается от рук, а глаза расширяются. Он быстро встал, но остался за столом.

— Я не ожидал тебя увидеть.

— Я заметила.

Я села за один из стульев напротив него.

— Не волнуйся, я всего на десять минут.

— Я могу отменить свою следующую встречу.

Я подняла свою руку вверх.

— Не нужно.

Его губы дергаются в улыбке.

— Ты готова поговорить со мной, не отрубив мне голову?

— Не могу обещать последнюю часть, но да, — говорю я с улыбкой.

— Сиди, — говорит он, садясь напротив меня. Я делаю глубокий вдох и выдыхаю, пытаясь понять, с чего бы начать.

— Ты пытался убить Оливера, — говорю я, делая паузу, когда он закатывает глаза и качает головой. — Парня, который избил тех парней, которые смеялись над тобой и пинали тебя в землю в шестом классе. Тот, который был с тобой, когда ты не попал в бейсбольную команду в школе и решил тоже уйти, хотя он был бы стартовым питчером. Парень, который много раз выходил из дома посреди ночи, чтобы забрать тебя с вечеринки, потому что ты был слишком пьян, чтобы сесть за руль. Тот, кто отвозил тебя домой и следил, чтобы ты добрался до своей комнаты.

— Откуда ты об этом знаешь? — спросил он тихо.

— Потому что он говорил мне. Потому что каждый раз, когда он делал эти вещи для тебя, он поднимался на крышу, чтобы поговорить со мной, потому что я была наверху.

Виктор смотрит в сторону, его глаза оседают где-то между большим баром в виде глобуса в углу его офиса и книжной полкой рядом с ним.

— Я был в бешенстве. Мы уже все выяснили, Элли. С этим просто тяжело смириться… и это Бин, понимаешь?

Я разозлилась.

— Он хороший парень, – говорю я спокойно.

— Он отличный парень, но ты моя младшая сестра. Никто не достаточно хорош для тебя, — говорит он, улыбаясь мне. Я смотрю на него и наклоняюсь вперед, упираясь локтями на его стол.

— Я не знаю, получится ли это, — шепчу я, опуская взгляд на стопку бумаг на его столе.

— Почему нет? Из-за работы?

Я киваю, снова глядя на него.

— Да. Он солгал мне. Или опустил правду.

Виктор пожимает плечами.

— Это не работает в суде, ты знаешь?

Я хмурюсь.

— Что?

— Опускание правды… это не совсем то же самое, что лгать. Если бы вы разводились…

Я подняла руки, прежде чем он сможет закончить свое предложение.

— Виктор. Ты хоть пять минут можешь говорить не о работе, разводе или суде?

Он делает извиняющееся лицо.

— Извини. В любом случае, я думаю, тебе стоит просто поговорить с ним, Элли. Выслушай его.

Я медленно киваю, отрывая глаза от него.

— Как ты поняла это? — спрашивает он. — Что ты влюблена в него, я имею ввиду.

Я пожимаю плечами, улыбаясь.

— Однажды ночью, он привез тебя после вечеринки, а я плакала над своим больным коленом. Это был день, когда я узнала, что не смогу больше танцевать. Он подошел и поговорил со мной. Я попросила его вернуться, и он это сделал. Это было невинно. Мы просто разговаривали, но ты же знаешь, как Оливер рассказывает истории. Он оживляется, и его глаза загораются, и ну… Я влюбилась в него. Я влюбилась в него такого, каким он был, с его заботливым сердцем и преданностью вам, ребята. Я думаю, что была влюблена в него с тех пор, — шепотом заканчиваю я.

— Ты была помолвлена за другим мужчиной. Очевидно, что это была детская любовь, и ты выросла из нее, — указывает он. — Просто играю адвоката дьявола, — добавляет он, пожав плечами.

— Иногда мне хотелось бы, чтобы это было так. Ты не знаешь, сколько раз я так сильно желала, чтобы то, что у нас было, было просто глупым увлечением. Я пыталась соврать себе. Я пыталась похоронить остатки своих чувств к нему бесчисленное количество раз. Ничего не работало, Вик. Сердце хочет того, чего оно хочет, а мое, очевидно, жаждет боли.

Он трет свои виски.

— Я был так зол на него. Сначала, потому что он пошел за моей спиной, а потом, чем больше я думал об этом, тем злее я становился. Он был зациклен на свиданиях, понимаешь? Если это можно так назвать. Он любит женщин. Ему нравятся женщины постарше. Я думаю, что за все эти годы он встречался только с одной девушкой нашего возраста, и это было в средней школе, поэтому, когда я узнал о тебе, я был просто… в недоумении, наверное.

— Я знаю. Я понимаю. Ты видишь Бина, игрока… парня, у которого каждый месяц новая девушка… так что я понимаю. Я тоже выросла с ним, но я искренне верю, что он любит меня. Несмотря на то, что я моложе, — говорю я со смехом. У Виктора появляется легкая улыбка на лице, когда он качает головой.

— Я думаю, он тоже тебя любит.

— Но это не имеет значения, — добавляю я. — Его профессия на первом месте, и честно говоря, я не виню его. Я это понимаю.

Он закрывает глаза и делает глубокий вдох.

— Он всегда был планировщиком… перфекционистом… тот, кому нужно, чтобы все утки были рядом, когда он атакует. Я не знаю больше никого, кто бы составлял таблицу для драфта фэнтези-футбола. — Он поднимает брови. — А я знаю много парней.

Его секретарша, сообщающая о следующем клиенте, прервала наш смех, поэтому я встала. Виктор обошел стол и обнял меня.

— Я люблю тебя, и я с тобой, ладно? Если ты хочешь быть с ним, я не против. Мне жаль, что я так взбесился, потому что ты права, если бы не Бин, никто из нас не был бы там, где мы сегодня. Хотел бы я, чтобы ты не переезжала.

Я прижалась к его груди и посмотрела на него.

— Ты просто хочешь, чтобы я осталась и готовила для тебя.

Он рассмеялся мне в лицо.

— Да, в этом плане мне нравится, когда ты рядом.

— Я не далеко переезжаю, Вик.

— Я знаю, я знаю. Так в эти выходные? — спрашивает он.

— В эти выходные, — я отвечаю с улыбкой, отступая. — И для протокола, я очень злюсь, что это случилось в тот день, когда ты признался, что встречаешься с младшей сестрой своего друга.

Виктор издает громкий смех.

— Бин сказал то же самое.

— Я уверена, что он это сделал, — ответила я, покачивая головой, когда направилась к выходу. Я натолкнулась на пожилого мужчину в костюме и извинилась.