Калейдоскоп моего сердца (ЛП) - Контрерас Клэр - Страница 32

 — Кому нужна одна женщина, когда мы можем иметь десять? — это были слова Вика, а затем следовали слова Дженсена: «''Братаны важнее баб''». Джуниор был единственным, кто не мог участвовать в нашем сумасшедшем лете, так как он был привязан к одной и той же девушке с первого семестра школы. Как бы мы ни смеялись над ним, я думаю, мы все слегка завидовали тому, что он нашел девушку, с которой хотел быть каждый день.

Я одеваюсь, как и каждый вечер, но я устал от того, что был весь день на солнце, и мне нужно было вставать рано утром, чтобы перевозить вещи. Один напиток…может два…потом спать, я обещал себе, когда подошел к главному дому, где уже началась вечеринка.

Один напиток, может два, затем сон, я повторил как мантру. Один напиток, может два, собирался сказать снова, когда увидел Эстель, идущую в дом. Я почувствовал медленную улыбку, появляющуюся на моем лице, когда смотрел как она расправляет волосы пальцами. Ее губы были сжаты, а глаза блуждали по комнате. Она пожала плечами, одетая в куртку, под которой была черная рубашка с вырезом, обтягивающая ее грудь, и короткая юбка с блестками, которая демонстрировала каждый изгиб ее ног.

Думаю, она почувствовала, как я пялюсь, потому ее глаза поймали мои, и она улыбнулась своей широкой улыбкой. Она сказала мне, что плохо себя чувствует, и поинтересовалась стану ли я легкой добычей. Один напиток, может два, потом сон, снова сказал себе, на этот раз пиная себя, пока шел к ней. Мои предательские ноги шли к ней, как всегда, и она стояла там, ожидая меня, как обычно.

— Я не видел тебя некоторое время, — сказал я, когда она медленно осмотрела меня с головы до ног. — Каков вердикт? — спросил, когда ее глаза наконец остановились на моих. Она слегка покраснела и посмеялась.

— Ты хорошо выглядишь, — сказала она, снова обращая свой взгляд на меня.

— Отлично выглядишь, — ответил я, от чего она улыбнулась.

— Как ты себя чувствуешь?

Прошло два месяца с тех пор, как в последний раз мы виделись. Два месяца с тех пор, как наши языки пели и танцевали, они обычно танцевали, когда мы были на одной из таких вечеринок…или в кино…или где мы могли спрятаться. Мы никогда не заходили слишком далеко, обычно целовались и касались одежды, прежде чем нас что-то прерывало. Наш перерыв не был совпадением. Я ходил на вечеринки Кэла, а не Вика, потому что чувство вины за все, что я чувствовал, когда Эстель была рядом, начинало давить на меня. Как в тот раз, когда я видел ее в торговом центре пару месяцев назад и загнал в угол в длинном коридоре, который вел в туалет. Я только хотел поговорить с ней о том, как остановить это безумие между нами, но потом она прижала мое лицо к себе и поцеловала так глубоко, что я забыл свое гребаное имя. Она была опасна для меня. То, что я чувствовал, когда был рядом с ней, было неправильно. Я запланировал наперед свою жизнь, и то, что она заставляла меня хотеть, не вписывалось в нее. Пока нет.

— Я была довольно хороша, — сказала она. Мы начали идти на кухню и схватили красные стаканы с пивом, когда добрались до стола. — Что насчет тебя? Я слышала, ты скоро уезжаешь в Беркли. Я знала, что ты поступишь.

 Я улыбнулся. В последний раз, когда я ее видел, я все еще ждал своего заявления.

— Это почти кажется сюрреалистичным.

Она наклонила голову и долго смотрела на меня, прежде чем ее губы превратились в маленькую и теплую улыбку.

— Я горжусь тобой, Оливер.

Мое сердце немного колотилось. Я улыбнулся и выпил немного пива.

— Ты все еще развлекаешься? — спросил я. Я не хотел слышать о ее личной жизни, но хотел знать все, о чем она думает. Все, что пропустил. Элли рассмеялась, когда мы вышли на скамейку и сели.

— Можно и так сказать.

— До сих пор не встретила того единственного? — я спросил, надеясь, что мой голос звучал спокойно, потому что внутри у меня все пылало.

— Может быть, да, а может и нет. Как я узнаю, что он единственный? — сказала она с ухмылкой, поджав плечами. Я посмотрел в сторону, зная, что пляж в нескольких шагах.

— Хотелось бы думать, что мы поймем, когда встретим особенного человека.

— Ты уже встретил ее? — она спросила. Я сглотнул, закрыл глаза, выпил больше пива и выдохнул.

— Я давно решил, что не буду встречаться с ней, пока не настанет время, — сказал я тихим голосом, как будто признался в преступлении. Эстель подвинулась ко мне поближе, пока наши руки не соприкоснулись, а потом положила голову мне на плечо.

— Будет ли когда-нибудь подходящее время?

— Не знаю, — прошептал я, повернувшись лицом к ее волосам.

— Я встретила парня, — сказала она внезапно тихо, и мое сердце упало.

— Да? — сказал я, допив пиво.

— Он… другой. Он милый. Старше.

— На сколько старше?

Она подняла голову, чтобы посмотреть на меня, оказавшись друг к другу нос к носу. Энергия пробежала сквозь меня, и я прислонился ближе. Потому что я ублюдок. Потому что я эгоист. Потому что хотел, чтобы эти губы были моими, и эти глаза были моими, и этот голос был слышен только мной, даже если это было только на одну ночь.

 — Старше меня, — прошептала она, прижимая нос к моему. — Старше тебя.

Я поднялся, быстро оглянувшись, адреналин пробежал по моим венам. Я ругал себя на мгновение за мимолетный момент, когда я потерялся в ее глазах.

 — Тебе нравятся парни постарше? — прошептал ей в губы.

Ее глаза вспыхнули.

 — Мне нравятся некоторые.

 — Да? —  спросил я, прикусывая ее нижнюю губу зубами.

 — Да, — задыхаясь, сказала она.

 — Ты думаешь, он единственный? — шепотом спросил я, оставляя поцелуй на краю ее губ.

— Нет, — сказала она, повторяя мои движения и оставляя поцелуй на краю моего.

— Ты когда-нибудь была влюблена, Эстель? — тихо спросил я, слегка отступив, осматривая ее глазами.

— А ты? — она прошептала, уставившись на меня, ожидая моего ответа.

— Я… — я не знал, что мне ответить, и прежде, чем я успел что-то сказать, позади нас раздались шумные голоса, и мы быстро встали. Мы повернулись, чтобы увидеть, как парни аплодируют другому, когда тот пил свое пиво. Толпа приветствовала и кричала, но потом быстро стихла, и мы снова посмотрели друг на друга.

— Я очень хочу, чтобы ты поцеловал меня, — сказала она, переводя взгляд на меня. Мое сердце быстрее забилось в груди. Я опустил голову, пока мы не столкнулись носами. — Я действительно хочу поцеловать тебя снова. Я хочу, чтобы на этот раз ты сделал больше, чем просто поцеловал.

Я задержал дыхание.

— Эстель…

— Пожалуйста.

 Я закрыл глаза на ее просьбу. Я взял момент, чтобы заглушить в своей голове громкую музыку вечеринки и сосредоточиться на том, почему этого не могло произойти. ''Виктор – твой лучший друг, и ты обещал заботиться о ней, а не причинять ей боль. Он убьет тебя. Он же твой брат. Что бы ты чувствовал, если бы он сделал это с Софи?'' Но потом я почувствовал, что Эстель стала еще ближе ко мне. Я почувствовал ее мягкое дыхание над моим ухом, и когда ее рука опустилась между нами и осела прямо на моем члене, я не мог дышать, не говоря уже о мыслях.

— Я хочу тебя, Оливер, — прошептала она. Мои глаза открылись в мгновение ока, и когда я посмотрел на нее, знал, что не смогу оттолкнуть ее, даже если бы захотел. Даже если бы должен. Она встала, схватив меня за руку, и начала идти в сторону коттеджа. Я посмотрел через плечо, чтобы убедиться, что нас никто не видел. Мои глаза сканировали вечеринку и искали Вика, но я так и не нашел его. Тогда я почувствовал себя мудаком за это. Собирался исчезнуть в комнате с его младшей сестрой и хотел убедиться, что он нас не увидит. Я должен был защитить ее от большого плохого волка, но я был здесь, чувствуя себя этим волком. Но ничего не мог поделать. Я не видел красных огней, когда дело дошло до Элли, видел только зеленый и чувствовал вещи, которые заставляли меня хотеть быть лучшим человеком для нее, хотя знал, что не могу.

Дверь открылась и закрылась за нами. Как только мы столкнулись, она прыгнула на меня, обернув ноги вокруг моей талии и обняв руками за шею, и впилась в мои губы. Я держал ее, хватая за задницу, погружая свой язык в ее рот. Я не мог не стонать, когда она слегка, всасывая, укусила его. Я поставил ее на ноги, только чтобы позволить ей снять мою рубашку. Ее глаза пылали, когда она осматривала меня: от лица до моего торса. Ее маленькие пальцы касались каждой линии, что у меня была, оставляя след огня на каждом месте, к которому она прикасалась.