Под прикрытием (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 205

- Тогда не спрашивай «как», Миша – а делай! Или, иди к чёрту.

Барон «сделал»!

Всю ночь корпел, портил зрение при тускло-мерцающем жёлтом свете туземной электрической лампы - но в Москву пошло правильное письмо, к правильному вождю и с подписями правильных комсомольцев.

На удивление быстро - как раз к началу операции «Хулиганов нет», пришла ответная телеграмма от Генсека РКП(б):

«Товарищ Жданов! Инициативу товарищей нижегородских комсомольцев всемерно поддерживаю и одобряю. Сталин».

Ну, вот мы и обзавелись «крышей»!

Андрей Александрович Жданов после получения телеграммы от Сталина, тут же прибыл к нам в здание нижегородского губернского исполнительного комитета РСКМ и взялся как бы «координировать» войну с хулиганами от лица РКП(б). Немедленно началось формирование «Ударных комсомольских отрядов по борьбе с хулиганством» (УКО), был избран штаб руководства операцией «Хулиганов нет» из представителей комсомольских организаций города и провинций, который возглавили Ефим Анисимов с его заместителем Кондратом Конофальским.

В пятницу поздним вечером, из Ульяновска прибыла наша основная ударная группа и Кузьма с сотней «американских» бит. Кроме того, приятно порадовал наш Домовёнок:

- Смотри, Серафим, что я придумал!

- Ну, смотрю – что там у тебя? Во…! А что он такой тяжёлый?

Разобравшись, обнаружил - что в карманы привезённых с собой жилетов-разгрузок, он положил по тонкой металлической пластине:

- Это листовое «лопаточное» железо. Уже проверяли: удар - даже самого тяжёлого и острого ножа держит.

- Ай да Кузька, ай да - сукин сын, - просто кипятком писцаюсь от его ума и сообразительности, - как хорошо придумал, а…?!

Тут же примерил один такой импровизированный бронежилет и остался доволен: стальные пластины хорошо защищали наиболее уязвимые места - район груди и живот.

- Слушай, Домовёнок, - верчусь пред зеркалом, - живы останемся – надо будет патент на изобретение оформить.

- На кой?

- Чтоб был.

- Аааа…, - ковыряет в носу, - ну, как скажешь – надо, так надо.

***

«Акция» была назначена на вечер субботы и к этому дню всё было практически готово. Предварительно небольшими группами, средь бела дня совершали разведывательные вылазки – знакомясь с местностью и повадками противника. Заодно, я кое с кем познакомился дополнительно и продумал всё до мелочей…

Кажется «всё». …Или?

- Да нет, - успокаиваю сам себя, - всё должно получиться как надо.

Наскоро инструктирую напоследок бойцов:

- Товарищи! Враг многочисленнен, коварен и очень хорошо вооружён… Поэтому, когда начнём - бить надо долго не думая: увидел хулиганскую рожу с чёлкой или другими какими «особыми» приметами и, врезал битой - чтоб с копыт его! Иначе, он вас порежет или череп проломит.

С Бароном у нас состоялся отдельный разговор:

- У тебя особая роль, Миша: в общей свалке не участвуешь и бдишь – пока не увидишь кого с огнестрелом. Как только такая гнида материализуется: вот тебе неучтённый ствол - дальше сам знаешь, что делать.

Тот, со знанием дела осмотрел со всех сторон солдатский «Наган» - заначенный после ликвидации бандформирования с Дона, посмотрел ствол, проверил патроны в барабане провернув его:

- Эх, как я тогда мечтал о таком… Конечно, знаю.

- После применения, не дай Бог, конечно, - трижды сплёвываю через левое плечо, - не забудь выбросить – лучше в сторону беспредельщиков.

***

Наконец, начало темнеть – решающий час настал и, мы с Елизаветой одетые в «пролетарки» - по-пионерски взявшись за руки, заходим в парк в котором находился «Рабочий клуб» - под изумлёнными взорами прогуливающейся на свежем воздухе одиночной шпаны.

- Глядь, какие чоботы!

- Надо бы снять – фраерку, они кажись жмут…

- Чё твои «чёботы» - ты на евойную деваху глядь!

- Ух, ты… Вот бы ей вдуть!

Всем приблатнённым - предлагавшим «поменять» мои берцы на кирпич, или пытающимся «подкатить на гнилой козе» - отправив меня «погулять», познакомиться с Лизой то бишь, я с вежливой улыбкой говорил:

- Мы артисты - идём к Колчаку (другим я говорил, что идём к Большому Ивану)… Хочешь лишних проблем со здоровьем, братан?

«Проблем» никто не хотел, тем более со здоровьем - но в дверь Рабочего клуба вслед за нами ввалилась целая толпа. Даже, выясняющие отношения сразу за двумя углами, прервали это своё - безусловно весьма увлекательное своё занятие до следующего раза и, последовали туда же - не желая пропустить возможно зачётное зрелище.

Пока, всё шло по «сценарию».

- Кто такие? – то и дело слышалось, - смотри какие штиблеты на фраерке лысом!

- Вот, это шмара! Чья она, с кем гуляет? С этим сморчком, чштоль…?!

- Клещ! Врежь ему «краснофлотского»!

- Охолонь, паря! Говорят – артисты. Мол, идут к Колчаку…

- Не бреши! К Ивану Большому.

- Сам не бреши!

Внутри, стандартная ситуация - виденная много раз в «своё» время на дискотеках в колхозных клубах: дамы вдоль стеночки ждут приглашения кавалеров, редкие парочки томно танцуют «медляк» под барабан Страдивари… Извиняюсь – под баян.

Однако, есть и свои нюансы: обе враждующие группировки тусуются каждый на своей стороне - а на возвышении сцены точь так же, сидят их главари с ближайшими «шестёрками» и разукрашенными подругами.

В танцевальном зале клубами висел табачный дым, смрадно смердело пивом и сивухой, а по облику и поведению некоторых «культурно проводящих досуг» - можно было понять, что они уже пьяны в дупель…

Музыка как-то «сама-собой» замолкла, остановились танцующие пары и все присутствующие - раззявив зевальники, уставившись на нас с Лизой. Та, поневоле поёжилась… Шепчу ей:

- Всё будет хорошо, моя девочка. Я с тобой и все наши ребята рядом…

Меня б, кто успокоил! Внутри, всего колотит - как центрифугу у советской стиральной машины.

У подножья сцены сидит на лавочке безногий баянист в драной тельняшке и бескозырке с выцветшим названием корабля - с коим я не так давно познакомился, имел некий конструктивный разговор – закончившийся перераспределением в его пользу моих денежных знаков и, пару репетиций перед намечающимся «бенефисом»:

- Маэстро! Зажги-ка нам «пролетарочку»!

Тот, прищурив один глаз как от Солнца на пляже, посмотрел снизу вверх:

- А, «горючку» принёс – чтоб я тебе «зажёг», что?

- Держи вот, братишка – залей трюм!

При всеобщем гробовом молчании, тот берет протянутую ему мной полулитровую бутылку ульяновского самогона, открывает, несколько брезгливо нюхает… Затем хорошенько взболтнув, буквально высасывает с горла весь пузырь до дна - только кадык, как поршень насоса - туда-сюда ходит.

Крякнув и закусив поднесённым Лизой солёным бочковым огурцом с горбушкой черняшки, музыкант выдыхает - прежде чем растянуть меха:

- «Пролетарочка с выходом»: кто не танцует - тот пида…раст.

Конечно, я понимаю – рок-н-ролл на баяне… Не, а… Смеяться будете!

Но, в данном случае – «зашло», как надо. Баянист был – от самого Господа Бога, без всякого преувеличения.

Ноги, приученные к ритму - сами пошли в пляс. Мы с Лизой выскочили на сцену меж двух групп остолбеневших от происходящего и нашей наглости главарей отморозков и:

- Хоп, хоп, хоп! АССА!!!

В танцевальном зале - ни одного «пида…раста»: все без исключения задрыгали ногами, рожами не отворачиваясь от сцены… Какое-то «броуновское движение»!

У находящихся на сцене топ-блатарей, выпали папироски из зубов: моя партнёрша, как летала – только юбка парашютом развивалась, да голые коленки мелькали. Я еле успевал её ловить да подхватывать – в свою очередь, носясь вокруг неё «мелким бесом».