Под прикрытием (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 196

Ну и деньги – куда же без них?

Она ж к примеру, не простого сантехника в последние любовники выбрала - а Александра Краснощёкова, который ими просто сорил. А как только над тем сгустились тучи - решила перепрыгнуть на…

«Под» меня!

Видно, та «особа» всё же была права: чутьё на «свежую кровь» (на молодой талант, то есть), у Лили Юрьевны просто феноменальное!

Стало несколько приятно за себя.

Невольно задумался о Маяковском…

Она его «не отпустит»!

Сказать по правде никогда не интересовался, не копался в его «грязном белье» и навряд ли сыщу какую инфу в компе на эту тему… Но у меня появилось смутное подозрение, что «его лиличество» - как-то, каким-то «боком с прискоком» - причастна к трагической гибели поэта.

Не делом, так словом: бывает и соломина - ломает хребет верблюда, если она оказывается «лишней».

Тут, ещё вот что…

Стихи Есенина, признаться честно - ещё со школьной скамьи не нравились, а сегодняшнее его поведение - породило во мне дополнительную стойкую неприязнь к нему. Так что пусть «на здоровье» вешается (или ему кто «поможет» это сделать) – мне это совершенно по барабану.

Но, вот Маяковский…

Тоже, не сказать - чтоб я был особым поклонником его стихотворчества: мне больше понравилось (в смысле нереализованного потенциала) - его дарование как киноактёра и сценариста… Кинорежиссёром он тоже должен быть нетривиальным. От вспыхнувшей падающей звездой мысли, я аж остановился и произнёс её вслух:

- А не замутить ли мне, ещё и собственный «Голливуд»? Заманчиво, заманчиво… Заманчиво, чёрт побери!

Ладно, отложим это дело на потом.

***

Разбудив меня, Мишка припёрся с «синематографа» в съёмную квартиру лишь к обеду – весь «высушенный», как побывавшая по гидравлическим прессом вобла… Но изнутри светящийся каким-то внеземным счастьем.

- Кушать будешь, потаскун малолетний?

- Да, какой там «кушать», - зевает всей пастью, - спать, спать, спать…

Мишка успел снял в прихожей кепку и штиблеты и, едва успел скинуть в спальне пиджачок и «выползти» из штанов – прежде чем «вырубиться» богатырским сном, лишь только коснувшись кровати.

Признаться, стало слегка завидно!

- Эх, молодёжь…, - бурчу по-стариковски, - не знаете вы ни в чём меры.

Накрыл бесчувственное тело одеялом и удалился, плотно прикрыв за собой дверь.

Заснуть более не удалось и, приведя себя в порядок, приготовил на кухне с помощью примуса нехитрую снедь из имеющихся продуктов и плотно перекусил. Затем за чаепитием уже, я достал из кармана несколько смятых бумажек (из урны, что ли?), расправил их и ещё раз внимательно перечитал.

Если Яков Блюмкин в этот раз не соврал (хоть в этот раз!) - они принадлежат перу Льва Троцкого. Впрочем, ничего важного – наброски и черновики к открытию юбилейной выставки, посвященной пятилетию Красной Армии. Была в этом году такая «пиар-компания» Председателя Реввоенсовета, впрочем - не принесшая ему особых политических дивидендов в будущем. Возможно, будучи в личном секретариате Троцкого «чиновником по особым поручениям», с его слов… Ээээ…

Скорее всего, какой-нибудь мелкой сошкой – «принеси, подай», Блюмкин подобрал их в мусорной корзине.

Тем не менее, аккуратно сложил все бумаги, завернул их, перевязал бечёвочкой и написал «сопроводивку»: мол, так и так – нашёл случайно документы за подписью самого товарища Троцкого и вот-вот отнесу их в ближайшее отделение ГПУ…

Вот только чай допью и штаны в носки заправлю!

На всякий случай.

***

Елизавета, заявившаяся лишь к вечеру, выглядела гораздо свежей Мишки.

Вопросительно гляжу на неё и с порога:

- А вот и наша римская блудница возвернулась в родные пенаты, после бурно проведённой ночи…

Обиженно надула губки бантиком:

- Почему, это сразу «блудница»? «Целомудренная» - как и прежде девушка… Желаешь проверить?

Сказать по правде, от сердца как-то разом отлегло - хотя не подав вида и, проигнорировав заманчивое предложение, пробурчал:

- Ну, хоть что-то радует с тех пор, как наш Ильич занедужил.

- Хотя, конечно, этот алкаш меня всю облапал.

Она обеспокоенно пересмотрела некоторые детали своего туалета, даже не поленившись задрать для этого передо мной юбку.

- Вот, видишь? Даже синяк на ляжке оставил…

Ух, ты! Да, у неё новое бельё и судя по всему – из «самого Париджу».

Внимательно рассматриваю какое-то пятнышко на внутренней стороне бедра её ножки… Изрядно преувеличивает, конечно, но всё равно:

- Он так «высоко» тебя лапал? Скотина.

Презрительно поморщилась:

- И, целуется… Этот перегар и вонь гнилых зубов… Тьфу!

- Только не говори маме! Это разобьёт её сердце.

Покраснев:

- Моя мама – женщина современная и, она знает что я уже - не маленькая.

Отмахиваюсь:

- При чём тут ты? Не говори Надежде Павловне о том, что её кумир – такая скотина с вечным перегаром и гнилыми зубами.

- Ладно, не скажу – пусть для неё это будет «приятным» сюрпризом.

Теперь, ответный вопрос:

- А как там «наша» Лиля Брик?

Ставлю свой охолощённый «Винторез» - против последнего дырявого лаптя из Рязанской глубинки:

ОНА МЕНЯ РЕВНУЕТ!!!

Пожимаю плечами и безразличным голосом:

- «Лиля как Лиля». Посидели у неё дома, поговорили о здоровье наших общих знакомых и, потом расстались… Надеюсь, что друзьями.

Однако, отделаться просто так не удалось:

- Она затащила тебя в койку?

Поднимаю на неё глаза и говорю как можно строже:

- Обычно я не сплетничаю на эту тему с юными особами! Но тебе, так уж и быть скажу: до «койки» мы с ней не добрались – не сойдясь во взглядах на поэзию. После чего я ушёл, вежливо попрощавшись и надеюсь – наши с неё пути уже никогда не пересекутся.

Та, как в испуге прикрыла рот ладошкой:

- Ты отказал САМОЙ(!!!) Лили Брик?! Мне про неё ТАКОЕ(!!!) рассказывали, я уж думала - ты у них там жить останешься. Ээээ… Третьим мужем. Составишь по обыкновению своему «график» - как при ремонте «Бразье» и, будете её «любить» по очереди.

Сделав знак, типа «ага, счас, обрадовались»:

- Ладно, завязали на блядскую тему, переходим к финансовой… Кроме «синяков» от Есенина на ляжках, тебе есть чем передо мной похвастаться?

- А куда они денутся, как ты говоришь – «с подводной лодки»?!

Порывшись в новенькой кожаной сумочке, явно не производства какой-нибудь артели из Подлипок, достаёт документы и несколько хвастливо:

- Теперь, я совладелица кафе «Стойла Пегаса»! Вот, заверенная доверенность на долевое участие на имя моей мамы, а вот…

Рассматривая по своей сути акции этого предприятия общепита, я не перестаю восхищаться:

- Ты бы знала, какая ты молодец, моя девочка!

Та, обнимает меня сзади за плечи и, почти облизывая моё ухо, горячо шепчет в него:

- А конфетка где? «Конфетка» маленькой девочке, за то – что она «молодец»…

Делаю морду дубовым топорищем:

- Как, «где»? На кухне и чай там ещё не остыл.

Однако, так просто от неё не отделаешься:

- Серафим! Лиля Брик - далеко уже не девственница и, тем не менее – вертит «султанами» как хочет…

Пришлось отложить бумаги в сторону и повернуться к ней лицом – для «серьёзного» разговора:

- Елизавета! Как она ими «вертит» - я тебе уже…

Однако, она не дала мне договорить - впившись в мои уста своими. Не… Серьёзного разговора у нас сегодня не получится.

- Я, хочу как «тот раз», Серафим! – умоляюще смотрит в глаза, - ну пожалуйста…

Непроизвольно начинаю не спеша раздевать её, чувствуя что начинаю терять контроль и, тем не менее:

- Я по-моему, уже рассказывал для чего девушкам - иногда бывают «полезны» их собственные нежные пальчики… Ты пробовала, ослушница?