Под прикрытием (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 181

- Шниперсон Давид Львович - Начальник «Особого информационно-технического отдела при ГПУ РСФСР… Сокращённо – «ОИТО ГПУ». Прошу присаживайтесь!

Когда он сел напротив, заглядываю ему поверх очков в глаза:

- Конечно же, Вы никогда не слышал о таком Отделе, верно?

После ошеломления от вида иновремённых ништяков на моём столе, в его глазах – жгучее любопытство!

- Верно, я…

Перебиваю:

- Чтоб продолжить наш разговор дальше и получить «предложение, от которого не сможете отказаться» - обещанное сперва в письме, а затем в нашем телефонном разговоре, Вы должны подписать вот эту бумагу…

Открываю снова «Личное дело» на последней странице и, перевернув, кладу перед собеседником:

- Ничего страшного – это подписка об неразглашении. Если Вы отказываетесь, то просто встаёте и уходите отсюда… Без всяких последствий, но пешком.

«Последствия будут в 1937 году, - думаю глядучи на него, - когда тебе лоб зелёнкой намажут, «гениальный изобретатель»!».

Товарищ ещё сомневается:

- А если я соглашусь? Можно хотя бы намёком узнать - в чём будет состоять это самое ваше «предложение»?

- Вы будете участвовать в одном из проектов по повышению боеготовности и обороноспособности Красной Армии…, - слегка улыбаясь, шиплю змеёй очковой, - или, Вы против их повышения?

В его глазах паника:

- Кто, я?! Конечно - нет… То, есть - за! За повышение, стало быть…

- Тогда внимательно читайте, Николай Иванович и, если Вы «за» – ставьте снизу дату и расписывайтесь.

Тот, довольно бегло пробежав глазами страницу, затем взяв со стола ручку - ставит на документе сегодняшнюю дату и закорючку. Внимательно изучив подпись, встаю и протягиваю руку:

- Поздравлю, товарищ Дыренков! Теперь Вы – сотрудник нашего Отдела. Ещё раз поздравляю!

- Спасибо, - не очень уверенно то, - я тоже очень рад… Так сказать…

Не торопясь закрываю «личное дело» и кладу его в сейф. Взамен, оттуда же вытаскиваю толстый «талмуд» и хлопнув по нему ладонью говорю:

- В «Главном Политическом Управлении» крайне обеспокоены, даже не техническим состоянием вооружения Красной Армии - а умонастроениями, царящими в её высшем руководстве. Мол, «лошадка себя ещё покажет», а к будущей войне с коалицией империалистических агрессоров не надо готовиться – так как их собственный пролетариат восстанет после нападения на нашу Страну Советов.

Яростно стучу кулаком по столу:

- А меж тем будущая война будет именно «войной моторов»! И как пролетариат западных стран «восстаёт» против собственных помещиков и капиталистов, мы смогли воочию – собственными глазами увидеть под стенами Варшавы, где нам пустили кровавую юшку из носа!

Стучу кулаком ещё раз, ещё громче:

- А в «Реввоенсовете» этого не понимают! Даже в «Совете Народных Комиссаров» - не все понимают, что как только империалисты всерьёз захотят свернуть нам как курёнку шею – все эти «игры в песочнице» с Коминтерном кончатся!

Дыренков был ошеломлён: так в тогдашнем СССР - не только не говорили, но и даже не думали.

Помолчав, прищурив один глаз - с лёгкой усмешкой говорю ему:

- Возможно, Вы сейчас решили, Николай Иванович - что мы втягиваем Вас в какой-то антисоветский заговор…

- Да, упаси…

Он запнулся, не решившись в этих стенах сказать «Господь» и, я закончил за него:

- …Карл Маркс и Фридрих Энгельс!

- Да, да… Конечно… Карл Маркс и Фридрих Энгельс, конечно

Понижаю голос до громкого шёпота:

- Такого в принципе невозможно, товарищ Дыренков: ибо контрреволюционный «заговор» уже существует – причём в самых верхах. Мы лишь предлагаем Вам присоединиться к нам, чтоб ему противостоять.

- Вот, как?! – подпрыгивает на стуле.

- Хотите доказательства? Пожалуйста! Вы помните слова Ленина о «ста тысячах тракторов» - получив которые, крестьяне станут горой за Советскую власть?

- Ээээ… Знаете, если честно…, - хмурю брови и это враз «улучшает» его память, - да, помню!

Приближаю лицо к лицу и, вытаращив глаза, ору, брызгая слюной:

- ГДЕ ОНИ?!

Пока Дыренков утирается не везде белоснежным носовым платком, вскакиваю и бегаю по кабинету:

- Где, они? Где эти обещанные мужикам «сто тысяч тракторов»?! Уже три года с тех пор прошло – где они?!

Останавливаюсь напротив собеседника и, нависнув над ним – сжавшимся на стуле, тычу в него пальцем:

- Кто-то специально хочет, чтоб наш Вождь и Учитель в глазах народа выглядел лживым брехуном. Кто-то специально всё делает так, чтоб крестьяне были против Советской власти. Кто-то мечтает, чтоб при нападении на СССР империалистов - одетые в серые шинели крестьяне, не захотели воевали за своё Социалистическое Отечество - так же как в Германскую, они не захотели воевать за Царя.

***

Сидим, молчим…

Наконец, Дыренков осторожно спрашивает:

- Да, кто же это такие? Вам известны имена, должности?

Назидательно поднимаю указательный палец вверх:

- А это, Николай Иванович – не наше с вами дело! Политикой занимаются другие отделы ГПУ. Надеюсь, они своё дело знают и рано или поздно - вычислят и разоблачат окопавшихся среди нас врагов народа.

- Наш же с вами Отдел, называется «Особым ТЕХНИЧЕСКИМ(!!!)» и занимается ликвидацией технологического отставания нашего государства от развитых капиталистических стран… Наша цель – к тому времени когда руководство страной будет вычищено от откровенных врагов, беспринципных карьеристов или от просто случайно попавших туда людей, иметь уже развитую науку и промышленность – вопреки усилия выше перечисленных. Вы у нас не один, товарищ Дыренков! Но именно Вам поручается одно из самых важных и трудных заданий…

Переворачиваю и пододвигаю к собеседнику тот «талмуд» с надписью «Пятилетний план развития акционерного Приокского горного округа»:

- Речь пойдёт как раз о тех самых «ста тысяч тракторов» - которые мы с вами должны дать крестьянам до 1928 года. Ознакомитесь с пятилетним планом по развитию советского тракторостроения, товарищ Дыренков. Сперва вкратце - для чего имеется краткий дайджест… «Выжимка», то есть… Да, да – вот эта брошюрка.

Максимально сосредоточившись, тот начинает внимательно читать.

- Ну а потом уже, где-нибудь в более подходящем месте и не торопясь, тщательно изучите «Пятилетний план» целиком. Кстати, что-то в горле пересохло… Не желаете ли чаю, Николай Иванович?

- Не откажусь.

Нажимаю кнопку вызова на селекторе:

- Товарищ Моргунова…?

- Несу, Давид Львович, уже несу!

Однако, он так увлёкся чтением, что даже не обратил внимание ни Лизу - принесшую поднос с двумя стаканами чая и всем, что к чаю полагается. Только и слышно было, как он вполголоса произносил, думая что делает это про себя:

- Потрясающе… Это просто невероятно… Да, это ж… Фантастика…

Когда Дыренков закончил изучать дайджест, он хлебнул уже остывшего чая и, с испуганным недоумением спросил:

- Почему именно я?

***

Действительно, почему именно Дыренкову Николаю Ивановичу, в «сложившейся реальности» - изобретателю-авантюристу и откровенному неудачнику, я хочу предоставить возможность на базе умирающего Приокского горного округа создать тракторную, а затем – танковую «Империю»? Ведь, кроме броневагона - не сыгравшего какой-то заметной роли, да лёгкого броневичка - он себя больше, ничем по сути не прославил? Всю свою неуёмную энергию ухайдакав на всякие мертворождённые монстроподобные химеры?

Почему, к примеру - не Сергею Петровичу Шукаеву?

Ведь тот уже имеет опыт проектирования и малосерийного изготовления первого российского танка на Сормовском заводе и, на следующий год - возглавит московское «Техническое танковое бюро» «Главного управления военной промышленности» (ГУВП) при ВСНХ, которое просуществует до начала 30-х годов. В 1926 году его преобразуют в «Главное конструкторское бюро» «Орудийно-Арсенального треста» (ГКБ ОАТ).