Под прикрытием (СИ) - Зеленин Сергей - Страница 179

Но тем не менее, юный Яковлев - принимал активное участие в общественной жизни школы.

- А вот это – правильно, Александр!

И переглянувшись с Ефимом, Брат-Кондрат пообещал принять Яковлева в комсомол. Но только в Ульяновске.

Учился Саша хорошо, но в физике и математике – не был особенно силён. Он больше увлекался историей и рассказами о путешествиях. В этом обнаружилось сходство наших с ним душ, поэтому я доверительно – как лучшему другу:

- Тоже терпеть не мог математику, физику и химию.

Самое запоминающее из воспоминаний детства – наблюдение за уличным точильщиком ножей. Это и, возможно - чтение книг про Ломоносова, Попова и Менделеева, а также влияние товарищей - привлекли внимание юного Яковлева к технике. Александр пробовал построить «перпетуум мобиле» и одно время занимался в радиокружке. В этом, обнаружилось его «родство душ» с нашим Домовёнком и, тот поведал будущему главному конструктору о собственных потугах по изготовлению паровика и «гидростанции» на Грязном ручье.

Затем, начитавшись соответствующей литературы, в 1921 году Александр и его друзья по авиамодельному кружку собрал первую модель планера способную летать. Так началась его конструкторская деятельность.

Закончив в этом году школу, он подобно миллионам его сверстников сейчас определялся – кем ему быть? Насколько я понял - окончательно решить стать авиаконструктором, Александр Яковлев ещё не решил. Точно так же, к некоторой моей досаде, он не дал определённого ответа и твёрдого обещания в ответ на более чем заманчивое предложение.

Расстались друзьями, обещали поддерживать связь друг с другом…

***

Через неделю с небольшим, не став дожидаться официального закрытия Выставки - вся наша делегация вместе с экспонатами отправились домой в Ульяновск. В Москве остались лишь я, Михаил и Елизавета.

Глава 2

9

. Операция «Пассажир».

- Когда следующий трактор сделаем, Серафим? – спросил ещё в Ульяновске Клим, войдя «во вкус», - народ пишет, приезжает, интересуется…

После моего ответа, он буквально оторопел:

- «Мы»? Пожалуй, никогда. Достало меня иметь дело с «Красным Сормово», а без них мы не потянем.

- Так, что же нам делать, как быть? Народ пишет, приезжает, интересуется…

- Мы пойдём другим путём! А «народ» потерпит с годик-два – он ещё и не то и, не столько терпел, сердечный.

***

Ещё ранней весной, ознакомившись поближе с порядками - царившими на заводе «Красное Сормово», я отказался даже от мысли создать там сперва крупносерийное тракторное производство, а ближе к тридцатым годам - что-то типа прообраза знаменитого «Танкограда».

По нескольким причинам:

Во-первых – это государственное предприятие и, государство за ним тщательно бдит - сковывая любую частную инициативу и, с течением времени - этот процесс будет только усугубляться.

Во-вторых – рабочий класс там донельзя избалован вниманием «руководящей и направляющей». Ведь «Сормово» - первенец рабочего движения, именно там произошла первая в России забастовка.

В-третьих, вытекает из «в-первых» и «во-вторых» - пристальное внимание ВКП(б) за любым «пуком», доносившемся из этого завода.

В-четвёртых – завод имеет достаточно много гарантированных заказов, особенно связанных с волжским речным и каспийским морским судоходством. Кроме того, в связи с энергичными усилиями государства в сфере восстановления железнодорожного транспорта – имеются контракты на изготовление и ремонт подвижного состава. Лишний геморр с массовым трактором - ни заводу, ни самим заводчанам - совершенно ни к чему.

В-пятых, ещё и по чисто внутриполитическим причинам – государство не экономит на дотациях для таких вот «флагманов», типа Путиловского, Обуховского да Сормовского заводов. Так что, сормовчане - без «куска хлеба» не сидят и, не думают ежеминутно - где-бы им урвать лишний заказ, чтоб заработать лишнюю копейку на пропитание. Если бы Ксавер не познакомил меня с тем «злостным контрагентом», уверен - со мной и разговаривать никто не стал бы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Однако, то были разовые контракты. Не могу же я выпускать таким образом - тысячи и десятки тысяч тракторов в год, как того хочу?!

Думаю, этих пяти причин вполне достаточно, чтоб искать другое место для

серийного производства трактора «Мужик».

Рисунок 89. «Империя» братьев Баташовых, в 1920-е годы - Приокский горный округ.

***

И тогда я как хищный коршун-стервятник - парящий высоко в небе над облаками, обратил свой ястребиный взор на бьющегося в последней предсмертной агонии гиганта… На бывшую «империю» братьев Баташёых – то бишь, на Приокский горный округ (окружной центр - город Выкса) - в состав которого с десяток-полтора заводов и заводиков.

Особенно привлекательным было то, что этот Округ - как бы «отдельное государство», расположившееся среди лесов, болот и, бесчисленных рек и речушек. Хотя, это промышленное образование имеет свою собственную развитую сеть узкоколейных дорог - оно не имеет даже железнодорожной связи с «внешним миром», которая поддерживается только от ледохода до ледостава, через пристани на Тёще и Оке.

В этом есть свои минусы и плюсы, конечно…

Из «плюсов» - Москва меньше свой нос совать будет, а главный из «минусов» - можно достаточно легко превратить в плюс. Стоит только проложить ж/д ветку, протяжённостью где-то чуть менее полусотни вёрст, вдоль старой грунтовки от посёлка Печи Лукояновского уезда - через Монастырь к Ульяновску и, про логистические проблемы - можно будет навсегда забыть.

Среди инфы на моём компе я обнаружил только три предприятия Округа, достойных упоминания. Информация собранная профессором Чижевским только подтвердила это.

«Верхне-Выксунский завод» - с доменным, чугунолитейным, меднолитейным цехами.

«Нижне-Выксунский завод» - с мартеновским, листопрокатным, трубопрокатным, муфтовым, вилопрокатным, мелкосортным прокатным, фасонолитейным цехами.

И наконец - «Кулебакский» завод: доменная печь, мартен, крупносортный прокатный стан.

Конечно, всё оборудование морально устарело, изношено за годы Первой Мировой и Гражданских войн…

Однако выбирать не из чего - «шо маемо, то маемо»!

Когда в 1928 году акционерный Приокский горный округ расформируют, из всех его заводов останется только два:

«Выксунский металлургический завод» (ВМЗ), который в Великую Отечественную Войну работал на оборону - выпуская корпуса артиллерийских снарядов, прокат и литьё из броневой стали и прочее.

«Кулебакский металлургический завод имени СМ. Кирова», ставший во время войны «номерным» - № 178. Это, единственное предприятие, которое кроме всего прочего, всю войну обеспечивало все танковые заводы страны очень важной деталью - катанной носовой балкой для «Т-34».

Как видно – потенциал у Округа определённо имеется и он довольно немалый!

По остальным заводикам, среди которых как известно - имеются волочильные (изготовление проволоки), гвоздильные, кровельного железа, по изготовлению кос и серпов и прочие, у меня информации на компе никакой нет. Должно быть, подобно Ульяновскому чугунолитейному – они тихо ушли в историческое небытие, в лучшем случае превратившись в Богом забытые села…

Ещё один довольно привлекательный момент.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

По «разведанным» собранными и любезно предоставленным мне профессором Чижевским - в акционерном Приокском горном округе созрела историческая ситуация, которую можно охарактеризовать словами:

«Приходи и владей нами»!

С началом эпохи НЭПа и политикой жёсткой экономии по отношению к нерентабельным производствам (кроме вышеперечисленным выше) государство по сути - бросило этот промышленный район на произвол судьбы, на выживание. Примерно так же, в 90-е годы было отпущено в «свободное плаванье» большинство советских предприятий: найдёте свою «нишу» на рынке – молодцы, не найдёте – мы по вам плакать не станем.