Паутина любви... (СИ) - "Anyuta" - Страница 92

– Тише, малышка, тише, – шептал он, когда повернул меня к себе. – Я не знаю, зачем вообще полез в твой телефон, но Ира сказала, что Слава может мне кое-что объяснить. И он объяснил… не верил. Потом вспомнил. Прости меня, ты была одна, а я не поехал за тобой. Должен был. А я обижался за суперклей. Прости, ненавижу себя и сорвался на тебя. Ты была беременна… мой ребенок. Это только я виноват. Не знал, что есть последствия, просто не верил в это. Я не помнил эту ночь, помнил только поцелуй и мою блевотину. Но поддался своим мечтам, решив, что все сделал правильно. Понимаешь? Ты моя мечта, продолжение меня, и я понимал это слишком долго. Но теперь мне похрен на все, слышишь? Я сделаю то, что давно должен был. Больше ты на шаг не отойдешь от меня, потому что я… я… Пока он это говорил, его лицо было безумным, но не лучше, чем у меня, наверное. И он покрывал поцелуями мои щеки, глаза, нос, в итоге прижав к себе. Я моргала, пытаясь переварить все, что сейчас произошло. – Мудак я. Прости меня, прошу, за все. Не представляю, что ты вынесла по моей вине. Но я любил тебя, хотя не понимал этого. Прости, Милана, ты мой наркотик. Да, хренов наркоман! Но хватит с нас прошлого. Это время должно было наступить. Поехали, мы уедем сейчас, вернемся только на свадьбу, а может быть, вообще не вернемся. – Антон схватил меня за руку и повел за собой. Где я? Кто этот мужчина, которому я подчиняюсь? Он всколыхнул самые страшные мои тайны и теперь говорит, что хочет быть со мной. Мы оба повзрослели? Или я нахожусь в коме и это сон? Но руки, толкавшие меня в такси, говорили о том, что это реальность.

– Я люблю тебя, Милана, – улыбнулся Антон, целуя мою руку. – Я виноват во всем и все исправлю. Если бы я не был таким ослом раньше, то сейчас мы давно были бы счастливы и не страдали. Черт, малышка, что ты со мной сделала? Ты умеешь убивать меня, и тут же я дышу, ты мой бессмертный эликсир. Он рассмеялся, прижимая меня к себе. А я не знала, что мне-то делать. Его телефон пикнул, но он не обратил внимания на это, продолжая обнимать меня. А машина везла нас кудато, я даже не спрашивала. Мужчина нуждается в женщине, она дарит ему надежду на продолжение его истории жизни. Они питают друг друга. Природой заложена обоюдная зависимость. Это и есть химия, которая не угасает с годами. Но… в нашем фильме всегда есть «но». Слишком долго мы прятались, слишком долго скрывали друг от друга правду. И наше наказание настигло нас. Сильный удар по голове, тяжесть в груди, нехватка кислорода, затем темнота, поглотившая сознание…

54..

23 апреля, 1994 год

– Маргарет, поздравляем вас, – улыбнулась женщина с темными волосами и грустными глазами, но старающаяся сделать все возможное, чтобы скрыть боль внутри и зависть к своей подруге.

– Анжела,  спасибо, дорогая. Она невероятная, и я уже не надеялась, если честно, что у нас будет еще ребенок, – смущенно приняла букет миниатюрная женщина с волосами цвета пшеницы. – А Дима?

– Не смог, дела. – Анжела отвела глаза. Не следует никому говорить, что ее муж отходит от вчерашнего алкогольного дурмана.

– Хотите посмотреть на нее? – предложила Маргарет, указывая на верхний этаж.

– Конечно, – улыбнулась ее подруга и еще крепче сжала маленькую ладошку своего сына. – Пойдем, она только проснулась.  – Женщина повела посетителей в детскую, которую обустраивала с особой любовью. – Антон, ты не должен кричать, а то напугаешь Милану, – предупредила у раскрытой двери мама своего малыша, который недовольно сжал губы и отвел зеленые глаза, только кивнув. Ему не нравилось, что его привели сюда смотреть на какого-то младенца в то время, когда его друзья поехали кататься на велосипедах. Гости вошли в детскую и остановились у белой колыбельки, где, моргая сонными глазками, лежала девочка. – Она такая… ох, Маргарет. – Анжела смахнула слезу, смотря на это крошечное создание, понимая, что у нее больше никогда не может быть детей. Ведь она всегда мечтала о большой семье с мужчиной, который играл с ней, женился на ее подруге, и теперь ей приходится улыбаться и делать вид, что она счастлива. Но никто никогда не узнает о вечерах, когда ее сын спал, а муж отсутствовал и приходил он. Она встречала его с распростертыми объятиями, и они забывали, что каждый из них больше не сможет быть любим. – Антон, а что ты скажешь о своем новом друге Милане? – поинтересовалась мама крошки, смотря на кудрявого мальчика.

– Она малышка, – уверенно ответил он, наклоняясь над колыбелькой.  – Она улыбается мне, мама.

– Детка, она еще не умеет этого, ей всего две недели. – Анжела потрепала своего сына по волосам, но он сбросил ее руку.

– Нет, она улыбается мне, и только мне. Вот когда я вырасту, она тоже будет большой, как ты? – спросил Антон,протягивая ручку к маленькому созданию.

– Конечно, к сожалению, все дети вырастают, – вздохнула Анжела.

– Это хорошо, – кивнул мальчик, беря девочку за руку, осторожно, как будто она была для него сокровищем.  – Тетя Маргарет, когда она вырастет, я буду защищать ее. Ведь так поступают мужчины, да?

– Антон, – тихо рассмеялась женщина, смотря на мальчика и в глубине души желая, чтобы так оно и было. – Да, так поступают мужчины, они защищают и заботятся о женщинах.

– Не о женщинах, а о принцессах, тетя Маргарет. А я ведь принц, так говорит мама, буду сражаться с драконом и спасу ее. Я умею драться на мечах, а еще буду катать ее на мотоцикле. Папа обещал мне купить, – улыбнулся малыш, вглядываясь в глаза девочки. Подруги переглянулись и улыбнулись на это детское заявление. Милана захныкала, когда мальчик убрал руку.

– Она хочет есть, – объяснила Маргарет, беря малышку на руки.

– А мы еще придем? – с надеждой спросил Антон.

– Малыш, мы уезжаем, и пока не знаю, когда вернемся, – грустно ответила Анжела, подталкивая его к двери.

– Но как же малышка Милана? Она же будет ждать меня, да? – нахмурился мальчик.

– Конечно, сынок. Она уже полюбила тебя, – соврала мама.

– Правда? Я тоже ее полюбил. Я думал, что она противная, так говорил Максим. Но мне понравилась, у нее красивые глаза, и пахнет она вкусно, – улыбнулся мальчик и бросил последний взгляд на тетю и ее дочь. – И я уже не обижаюсь на тебя, что ты не разрешила мне поехать с Ромай. Я доволен. «Ох, Антон, она не для тебя. Если бы только знал», – подумала Анжела, закрывая дверь. С этим ребенком теперь все изменилось. Виталий перестал обращать внимание на Анжелу и был весь предан семье. И сейчас им лучше было уехать, бросить тут все и улететь, чтобы вылечить Диму. Но как долго она сможет прятать свои чувства, женщина не знала. Никогда нельзя предугадать будущее.

Антон

– Милан, ну же, открывай глаза, мать твою! – уже кричал от паники, гладя по лицу девушку в моих руках. Долбаный сценарист, перепиши этот момент! Все отдам за это! Под пальцами я ощутил что-то липкое и оторвал руку от головы Миланы. Кровь. Она ударилась головой о стекло и поэтому отключилась. Я ничего не слышал вокруг, водитель такси выскочил и раскрыл мою дверь, смотря на меня испуганными глазами. А что я? Не мог сказать больше и слова. Как такое произошло? Ведь все было более чем хорошо!

– Антон, – прошептала Милана, и я  вернулся к ней, подхватывая на руки и вытаскивая из машины.

– Малышка, ты напугала меня, – с облегчением произнес я, садясь на землю вместе с ней. Она приоткрыла глаза и скривилась. – Сильно болит? – спросил я.

– Не оргазм точно. – Она попыталась улыбнуться. Прижал ее к себе, качая на руках, целуя в волосы, радуясь тому, что дышит, что жива.

– Я вызвала «Скорую», – наклонилась незнакомая мне женщина.

– Спасибо, – выдавил я из себя, а  Милана приподнялась и села.

– Что произошло? – спросила она, оглядываясь. Только сейчас заметил, что вокруг нас стоят люди, а мы находимся на перекрестке. Бок машины, на которой мы ехали, сильно помят с моей стороны. Но разве это справедливо? На мне ни царапины. А я не удержал ее. Выпустил из рук и снова подверг ее боли.