Паутина любви... (СИ) - "Anyuta" - Страница 23

14.

Антон

На протяжении всего знакомства с Ромой никогда не хотел ему врезать, но как только увидел, что он обнимает Милану, что-то говорит, а она улыбается ему, кулак зачесался. Даже сейчас, по прошествии трех часов с этого момента, я испытывал неприятное чувство. Как будто все тело натянулось в ожидании угрозы, удара по чему-то важному. «Да что с ней не так? – спрашивал я себя. – Она сбежала после прочтения мной дебильного письма. А тут в лицо признается Роме, что он ей нравится, и предлагает закрутить роман. Точнее, обычный перепихон. Открыто, не таясь! Где та малышка Милана, старающаяся не встречаться со мной взглядом? Где тот страх в глазах? Нет, ничего нет. Только одно превосходство надо мной». Милана бросила мне вызов, заставив выйти из себя, когда назвала медведем. Я медведь?! Мелкая стерва! Она так меня раздражает, что хочется ее сильно встряхнуть. Почему мои решения тут же меняются, когда я встречаюсь с ней? Когда она далеко и я не вижу ее, все встает на свои места. Но как только она появляется в поле моего зрения, так все. Я превращаюсь в другого человека, желающего разорвать любого, кто попытается забрать мое. «Мое? Я только что сказал «мое»? С каких пор малышка Милана моя? Да мне пофиг на нее, пусть хоть перетрахает всех моих друзей. Сука похотливая!» Я снова закипел и посмотрел на причину моего ненормального состояния, болтающую с Кристинай. Да они спелись. Кристина явно желала, чтобы Рома и Милана были вместе, а Милана зачем-то помогала ей в этом. Да не верю я в симпатию Милане к Роме. Они не подходят друг другу. Она слишком активная, даже вызывающая. А друг спокойный, мягкий, романтичный. Милана же его съест с потрохами и не подавится! Еще Макс раззадоривал меня, хитро ухмыляясь, полностью уверенный, что победит. «А разве он уже не победил?» – усмехнулся я про себя. – Ты же сдался».

– Мы еще долго будем тут сидеть? – недовольно спросил я у мамы, болтающей с Розали.

– Антон, – грозно посмотрела она на меня. Я раздраженно вздохнул и скрестил руки на груди, возвращаясь мыслями к Милане. Мой взгляд остановился на ее лице, пухлые губы что-то быстро говорили и улыбались, глаза возбужденно блестели, щеки покрылись румянцем. Если бы я не знал ее, то сказал бы, что она напилась. Стоп. Я сел ровнее и теперь внимательно смотрел на нее. Девушка держала пустой бокал… уже пустой. Она решила поставить его на стол и чуть не уронила, хихикнув. «Да она пьяная! Вот этого не хватало. И где носит Стаса?» Я оглядел гостиную и не заметил ни Макса, ни Стаса, ни Ромы. Их отцы в другой комнате выпивали виски и обсуждали последние политические новости. Здесь же остались только женщины и я.

– Да ладно, не верю! – громко воскликнула Милана и расхохоталась. Кристина начала быстро кивать и тоже рассмеялась.

– Рома… в костюме Адама. – Ее голос был слишком громким, неестественным, а точнее, пьяным. – Правда, правда, – поддакнула Кристина и сделала знак рукой официанту, чтобы он подлил Милане еще шампанского. Что эта сука задумала? Я никогда не любил мать Ромы, ненавидел всеми фибрами души. Она в прошлом распространяла слухи о маме и Виталии, а потом обо мне. И сейчас специально пытается накачать Милану алкоголем. Зачем? Чего она хочет этим добиться? «Твою мать, Стас, где тебя носит?!» Я должен был защитить Милану, спасти, сам не зная от чего. И, ведомый этим чувством, встал и подошел к этой парочке. Обе удивленно посмотрели на меня.

– Милана, можно тебя на минуту? – с нажимом спросил я. Она нахмурилась, а затем медленно кивнула. Я, пока она не передумала, взял ее за руку и потащил за собой.

– Антон, что ты делаешь? – Милана не успевала перебирать ногами в этих смешных и самоубийственных туфлях. Захотелось взять ее на руки и убежать, спрятать от этой змеи.

– Хочу вывести тебя на воздух, – бросил я ей. Мы остановились между колоннами, и я повернулся к ней. Ее глаза отражали блики искусственного света вокруг нас. Неожиданно в голове вспыхнуло недавнее открытие: нежный, женственный образ девушки сквозь пламя свечей. Она о чем-то мечтала всего минуту, но ее лицо изменилось – стало мягче, на губах играла интимная соблазнительная улыбка. Как будто она кого-то представляла, того, кто стал бы для нее всем. И это так взбесило меня, что захотелось закричать и ударить по колонне. Но я сдержался и только съязвил.

– Антон, ты совсем офигел? – Я очнулся от своих мыслей и ощутил толчок в грудь.

– Милан, ты напилась, – попытался я объяснить свое поведение, но она лишь насупилась и вырвала свою руку.

– И что, если так? Тебе-то какое дело? – недовольно пробурчала она и, обогнув меня, пошла в сторону реки. У меня не было выбора, как только следовать за ней.

– И куда ты прешь? – спросил я.

– Да что ты ко мне привязался? – не оборачиваясь, зло крикнула Милана.

– Я не хочу, чтобы потом твой отец за тебя краснел, – усмехнулся я, чем вывел ее еще больше из себя, и она ускорила шаг. Как вообще можно ходить так быстро на этих ходулях? Мы дошли до того места, где она стояла в обнимку с Ромой. Я остановился позади нее. Мне захотелось обнять её за талию, ощутить ее тепло под своими руками. «Опять пошлятина? Только теперь приправленная корицей для полноты возбуждения!»

– Красиво, правда? – неожиданно произнесла Милана

– Это как сказать, вонючая Темза под окнами не впечатляет, – скривился я.

 – Антон, – рассмеялась Милана и повернулась ко мне, – ты совсем не романтик.

– Нет, – покачал я головой, но мои губы растянулись в улыбке. Милана оперлась филейной частью о перила и наклонила голову набок, изучая меня.

– Но дом красивый, жаль только, что Кристина хочет его переделать, – вздохнула она и посмотрела за мою спину.

– Ты хотела бы жить в таком? – Этот вопрос сам сорвался с губ, и она удивленно уставилась на меня.

– Нет, – через минуту ответилаона и задумалась. – Я почему-то больше люблю квартиры.

– Я тоже, – признался я и был награжден улыбкой. Она смотрела на меня затуманенным взглядом. Я, подталкиваемый невидимым призраком, сделал к ней шаг, потом еще один, положил руки на перила по обе стороны от Миланы, отрезая ей пути отхода. Видно, алкоголь в ее теле замедлил реакцию на происходящее, а адреналин в моем заставил продолжить узнавать ауру, в которую вошел. Мое лицо было напротив Миланы, я чувствовал чужое дыхание на своих губах. Ну что плохого в том, чтобы поцеловать ее, обнять и долго-долго не выпускать из рук? Ощутить ответ податливых губ, которые сводят меня с ума последнее время. Разрешить себе выпустить пар с той, которая стала моим наваждением.

– Антон, – подала голос Милана, и я  моргнул.

– Да, малышка,  – тут же ответил ей, продолжая поддаваться гипнозу ее аромата, ее глаз с непонятными мне эмоциями. Мой взгляд опустился на ее рот. Вот показался кончик розового язычка, быстро прошелся по верхней губе.

– Что ты делаешь? – прошептала она.

– Смотрю на тебя, – признался я, чувствуя, как внутри меня бушует тайфун.

– Зачем? – Ее шепот создавал между нами новое поле, интимное, принадлежащее этой секунде, этому мгновению.

– Ты изменилась, – на автомате выдал я, когда разумом уже целовал её, наслаждался этим ощущением.