Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира - Страница 81

- Ходящая по снам, - кивнула я. Хождение по снам – редкая сила, чаще всего действительно проявляющаяся у ментальных магов. – Насколько она сильна?

- Очень. Шайнила может войти почти в любой сон, изменить его, исправить, внушить то, что ей необходимо. Полагаю, ее влияние на меня результат не только отравы, которой эльфийка меня поила, но и этой ее особенности.

- Что с ее тенями?

- Ты сейчас вряд ли поверишь тому, что я скажу, но… - он хрустнул шеей, повел плечами и снова расслабился, открыл глаза, - но другого объяснения у меня нет.

- Говори, - чуть улыбнулась я. – Кажется, что меня ничто уже не удивит.

- Напрасно ты так считаешь. Полагаю, что Шайнила в детстве была заблокирована, причем, как это часто бывает, заблокирована не теневыми, а поэтому неправильно. Часть ее теней погибла.

- Но, как тогда она… - я хотела спросить, как она тогда сама умудрилась выжить, ведь гибель даже одной тени грозит теневому смертью, сумасшествием. Тени – часть нас, часть души, тела, сознания.

- Ты некромант, Катарин. Так что этот вопрос, скорее, к тебе, - развел руками леопард. – Мы все еще собираем наши архивы, знания. Но мне на ум приходит несколько ритуалов, которые способны удержать теневого и не дать ему шагнуть за грань. Они древние, опасные, появились еще до восьмисотлетней войны, но откуда про обряды знали те, кто ее блокировал, остается только догадываться.

- Погоди, - затрясла я головой. – Но у ущелья у Шайнилы были все пять теней. Она смогла их вернуть?

- Отобрать, - зло усмехнулся Алистер.

- Это невозможно, - покачала я головой ошарашено. Нельзя забрать чужую тень, нельзя присвоить ее себе, это как… Как пришить к себе чужую голову.

- Возможно, - уверено кивнул «дознаватель». – Когда она появилась в Инивуре, у девчонки было две тени. По крайней мере, я видел только двоих – Основную и Ночную. Основная – ее, на счет Ночной уверенности у меня нет. Так же, как нет уверенности в том, какие еще стихии подвластны Шайниле. От нее всегда немного тянуло хаосом, были следы водной магии, но…

- Но? – подалась я вперед.

- Но я не уверен. Мое сознание было затуманено слишком долго, чтобы я мог просто полагаться на свои ощущения. Ты проверяла девушку, Катарин. Ты знаешь о ней больше, чем я. Знала, - тут же поправил себя Алистер, снова невесело усмехнувшись. И опять эта горькая усмешка отозвалась во мне чем-то колючим и болезненным. 

- Я не делала записей? – нахмурилась, закусывая губу и отводя взгляд, потому что смотреть в глаза теневого стало снова неуютно. Я ощущала вину. Вину за то, о чем даже не помнила.

Бред какой-то.

- А сейчас ты делаешь записи, Катарин? – ответил мужчина вопросом на вопрос. И вынуждена была признать, что теневой прав. Я никогда не делала записей. Ни к чему.

А лорд-наместник вдруг улыбнулся и открыл пространственный мешок. Через миг в его руках оказался тонкий серебряный браслет. Я с недоверием покосилась на украшение в его руках.

- Ты повторяешься, - сжала губы и стиснула пальцами подлокотники кресла.

- Извини, - покаянно склонил леопард голову. – Но это не то, о чем ты подумала, проверь, если не веришь.

- Что тогда? – сощурилась я, отпуская Дневную. Не могу сказать, что я не верила Алистеру, но… лучше все же последовать его совету.

- Он защитит от Шайнилы, от ее проникновения в твои сны. Я хотел отдать браслет еще несколько дней назад, но не успел. Позволишь? – поднялся мужчина на ноги, приближаясь к моему креслу.

- В нем нет необходимости, мои ментальные блоки…

- Пожалуйста, Катарин, - оборвал меня леопард, склоняясь к руке. – Так мне будет спокойнее. Это просто защита.

Теневой ждал, а я смотрела на его склоненную фигуру и не могла найти причин для отказа, не видела необходимости с ним спорить. Снова вдыхала темный запах и не могла оторвать взгляда от длинных красивых пальцев, от сильных предплечий, увитых венами.

- Хорошо, - проговорила осторожно, поднимая руку с подлокотника. Тонкая цепочка в следующий миг обвила запястье, Алистер застегнул замок, пробежав пальцами по коже в невесомой ласке, вызывав толпу мурашек. Он погладил вену в том месте, где начал частить пульс, а потом прижался к ней губами, подняв на меня потемневший взгляд.

Да чтоб тебя!

Я не могла даже пошевелиться, чувствовала жар губ, шершавый язык, и в голове было пусто аж до звона, только сердце стучало в висках.

А через миг кот поднялся на ноги, как будто ничего и не было, вернулся в свое кресло и застегнул у себя на руке точно такой же серебряный браслет.

Чтоб тебя, чтоб тебя, чтоб тебя…

Приходи в себя, Равен!

- Расскажи… - прохрипела не своим голосом, прочистила вдруг пересохшее горло и попробовала снова. – Расскажи, почему ты считаешь, что Шайнила охотится за мной.

- Потому что, если бы ей нужен был я, она бы не ушла, - просто пожал он плечами, как будто это все объясняло. Я же… не понимала ровным счетом ничего. Бесит.

- Странный аргумент, - повела я плечами, рассматривая простой браслет на руке, все еще копаясь в его плетении: простые связки, простые нити, почти не чувствуется магии и несмотря на это удивительно сильный. Невероятно искусная работа, и что еще невероятнее, мастера я не узнавала. – С учетом того, что Шайнила лезет в твои сны, а не в мои.

Что-то неуловимое промелькнуло на лице леопарда в этот момент, словно я ткнула пальцем в небо и попала. Шайнила приходила к нему снова? Он поэтому так встревожен?

- Ничуть. К тебе эльфийка просто пока не подобралась, теперь и не подберется. Но она пришла в Инивур почти одновременно с тобой, сбежала и снова проявила себя в Шхассаде, не много ли для простого совпадения? Кроме того, ты знала убитых василисков.

- Не близко, - тут же качнула головой. – Просто слух…

- У тебя всегда плохо получалось мне врать, Катарин, - провел мужчина рукой по волосам устало. – Но об этом мы поговорим позже. Сейчас я дум… - Он вдруг оборвал себя на полуслове, чуть склонил голову, как будто к чему-то прислушивался, а уже в следующий миг весь подобрался и напрягся, не осталось и намека на ту расслабленность, которая еще миг назад плескалась в зеленых глазах. Взгляд стал жестким и сосредоточенным. А еще через миг в открытое окно влетел серебристо-серый вестник, пронесся мимо меня, почти задев щеку, всколыхнув выбившуюся прядь у виска, и застыл перед наместником. Вестник был размером не больше горошины, мерцал и колебался в воздухе, будто от нетерпения, едва слышно свистел. Теневой поймал заклинание, зажав его в ладони, и поднялся на ноги.

- Нам пора, - хрустнул он шеей. В пальцах заплясали огненные нити – Алистер открывал портал.

- Что-то случилось?

- Наверняка. Но я пока не знаю, что.

И несмотря на огонь в его руках, от леопарда вдруг повеяло таким холодом, что я невольно передернула плечами. Не стала с ним спорить или настаивать, хватит с меня разговоров и его присутствия для одного дня, в воронку шагнула первой.

Портал открылся позади моего дома, я ступила на каменную мостовую, краем сознания отмечая громкое женское пение, подаваясь в сторону, чтобы позволить выйти и Алистеру… Но намерение сократить количество физических контактов с теневым так и осталось намерением – вместо леопарда я чуть не врезалась в чужого сармиса и его наездницу. Ящер зашипел, приподнялся на задних лапах, скаля пасть, острые когти оказались на расстоянии меньше мизинца от моего лица. Хозяйка зверя сдавленно охнула, а я только и смогла, что втянуть в себя воздух и немного отклониться.

Даже испугаться толком не успела, потому что крепкая рука обвила талию, леопард дернул меня к себе, прижимая, и отступил к стене, окружающей мой дом. Два вдоха ушло у василиска, чтобы успокоить своего ящера, два вдоха ушло у меня, чтобы понять, что происходит.

Шарисы…

Пестрые одежды и цветы в распущенных волосах, звон браслетов, громкое пение, ярко подведенные сурьмой глаза, лица не скрытые под ниамами. Красивые женщины, изящные, свободные, насколько это вообще возможно в Шхассаде.