Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира - Страница 64

- Например?

- Например, война, - откусила я кусочек от очередного айниша. – Знаете, сколько василисков погибло после восьмисотлетней войны, когда эти земли были еще разрознены именно из-за того, что жены не были верны мужьям? Сколько крови пролито? Нет, - покачала головой, - Валиды рисковать не станут. Но, - хлопнула я в ладони, - урок истории пора прекращать. Думаю, что о семье Валид я рассказала все, что знала, давайте перейдем к Накару, поверьте, они не менее интересны.

- Последнее, - остановил меня Крайдан, - по Валидам, я имею в виду – какими именно делами занимается магистр Валид?

- В основном всем, что касается безопасности Сарраша, - пожала плечами.

- Какое… - дознаватель немного помолчал, подбирая слова, вызвав смешок понимания у Рамира, - интересное, а главное, широкое определение. К нему можно притянуть все, что угодно.

- Верно, - не стала отрицать. – Так же, как и то, что Валид жесток. Но наряду с этим, он никогда не позволял себе злоупотреблять властью… По крайней мере, в той степени, которую можно было бы от него ожидать. Латиф Валид честен ровно настолько, насколько может себе позволить при его должности и статусе в Сарраше.

- Вы так спокойно об этом рассуждаете, ориша, - покачал головой Мартан, и в его взгляде на миг мелькнуло сожаление, почти жалость. Какая-то очень неуместная и, казалось, совершенно несвойственная этому теневому.

- Я живу в реальном мире, господин Рамар, только и всего. Поверьте, на месте Латифа Валида мог оказаться другой василиск, с куда более широкими и гибкими понятиями о чести и долге. Ну или с полным их отсутствием. А этот змей достоин, если уж не уважения, то понимания. Он никогда не сделает ничего, что может навредить Саррашу или его жителям.

- Я вас услышал, госпожа Равен, - чуть склонил голову Мартан, пряча от меня взгляд. – Что вы можете рассказать нам о Накару? 

- На самом деле, гораздо меньше, чем о Валидах, но кое-что все же смогу. Мусир Накару – самый крупный торговец шелком в Сарраше, а возможно и во всем Шхассаде. Кардия и Майсур его наследники, что… странно, но по меркам Шхассада Мусир вообще странный, - я оборвала себя на полуслове, поймав за хвост мысль, которую стоило бы потом проверить… Ведь выделяется не только Накару, но и Валиды. Правда в эту картинку не вписываются погибшие в пустыне дознаватели, а еще…

- Поясните? – вернул меня к действительности голос Мартана.

- Когда-то очень давно он был обычным караванщиком, торговал в шатре на рынке, продавая простые отрезы льна и хлопка, не слишком удачлив, совершенно не богат, обычный василиск, каких тысячи. Но несколько успешных сделок, и вот у Мусира уже собственная лавка, потом еще одна и еще. Затем змей перешел на более дорогие ткани, вскоре полностью переключился на шелк, сатин, парчу. Его начали называть шелковым королем, и василиск принялся обшивать знать, добрался до дворца, потом до повелителя и его жен, детей, наложниц. Как видите, упорство и старания принесли свои плоды – простой торговец добился невероятных успехов, настолько значимых, что в какой-то момент это заметил и оценил и повелитель Шхассада, даровав Накару титул.

- Какой?

- Змей стал джаритом, это что-то вроде барона, - тут же пояснила. – Не слишком много, не слишком мало. Накару как раз устроило: он стал вхож в свет, мог бывать на приемах во дворце, мог заключать более выгодные сделки. В Мироте для барона, торгующего шелком открыто больше дверей, чем для простого, пусть и крупного торговца. Сейчас Накару обеспечивает тканью почти треть Мирота.

- Мы знаем, госпожа Равен, - усмехнулся Крайдан. – Паруса для кораблей половины Малейского флота шьют из его льна. Но финансовое положение змея нас интересует мало, расскажите о самом василиске. Вы сказали, что он странный? Почему?

- Потому что почти всю жизнь был предан и верен только одной женщине, никогда не держал наложниц, никогда не имел любовниц. Или ловко прятался… Мусир с умом воспользовался дарованным ему титулом, впрочем, с умом он подошел и к женитьбе. Отца девушки уговаривать не стал, не стал ничего обещать или доказывать, ухаживание и помолвка были максимально короткими.

- Купил? – понимающе и с одобрением улыбнулся Март.

- Да, Купил. Шхассад тогда гудел. Все еще иногда вспоминает эту историю. Накару увидел Велиссу Эсмир на одном из приемов, захотел и получил. К его чести, никогда ее не обижал, любил, как умел, горевал после кончины. Он носил траур по Велиссе почти пятьдесят лет, что необычно. Еще более необычен тот факт, что своими наследниками он объявил сразу двоих детей – Майсура и Кардию. Относился и воспитывал их, как равных. А пять лет назад, сразу после рождения, признал еще одну дочь – Жиару.

- У него новая жена?

- Нет, - покачала я головой. – Девочку родила любовница.

- Полагаю Сарраш все пять лет об этом судачит, - скривился Мартан.

- Да. Недавно на одном из советов у повелителя даже поднимался вопрос о лишении Мусира титула за подобное пренебрежение к традициям. Повелитель Альяр отказал.

- Повелитель Альяр – далеко не дурак, - прищурился Крайдан, скрещивая на груди руки. Я только фыркнула про себя.

- Не мне об это судить. В общем, титул остался у змея. Не представляю, в как он сейчас состоянии, но уверена, что, когда придет в себя, будет готов перевернуть Мирот вверх ногами, чтобы найти того, кто лишил его детей. И вряд ли Хайдар Зайнаш поможет в этом Накару. Думаю, этим стоит воспользоваться, господа, - оглядела я задумавшихся мужчин.

- Полагаете, он будет с нами сотрудничать? – сощурился Крайдан.

- Уверена. Только стоит выждать время прежде, чем идти к Накару. И если идти, то с конкретными предложениями или вопросами. Чтобы там не случилось Мусир – торговец, он привык к конкретике.

- Сколько?

- Пары дней, полагаю, будет достаточно. А теперь, господин Рамар, позволите ли вы мне взглянуть на артефакты?

- Да, разумеется, - кивнул теневой и открыл пространственный мешок. А уже через пару вдохов я разглядывала артефакты на столе. Хотелось выругаться и прибить Зайнаша. Возможно, и Альяра заодно.

- Вы знаете, кого еще убили? – подняла я взгляд от камней. – Кто стал очередной жертвой и был ли при нем артефакт? – в беседке воцарилась тишина. Кажется, что теневые уловили мое напряжение.

- По словам Хайдара Зайнаша, некоего Улина Паилвера, - покорно ответил Мартан.

- Еще один сын, очередной наследник, - пробормотала себе под нос. – Господа, полагаю, нам стоит узнать больше о тех стражах, что погибли в пустыне первыми, - пальцы привычно подхватили воздушные нити, формируя плетение вестника, чтобы отправить его главному дознавателю Шхассада.

- В этом нет необходимости, Катарин, - большая ладонь Крайдана, вдруг накрыла мою, вестник осыпался сизой дымкой, а через вдох истаял в воздухе. Я недоуменно перевела взгляд на теневого. – Все здесь, - улыбнулся дознаватель, выуживая из пространственного мешка несколько литкраллов. – Прошу, - щелкнул он пальцами, и ровные строчки знакомым почерком зависли над столом и камнями. Я вчиталась в текст, пытаясь отбросить мысли о новом трупе и артефактах.

Но получалось не особенно.

Проблема в том, что Улин Паилвер сын казначея Шхассада, точнее бывшего казначея Шхассада, а теперь почетного советника Альяра. Улин Паилвер единственный отпрыск, тот, кому от отца кроме титула и состояния должны были перейти еще и источники на юго-востоке Шхассада. Улин Паилвер – владелец нескольких игорных домов, курилен и бань. И на столе сейчас помимо литкраллов передо мной лежали три сферы: агат, хризолит и яшма. И мне кажется, что я только что поняла, почему использовались именно эти камни, что именно за проклятье содержалось в артефактах и на что оно было направлено.

И теперь казалось очень важным выяснить, за кем именно из троих стражей в ту ночь велась охота. А еще, что связывает всех погибших. Потому что дознаватель из Инивура прав: Накару, Валид, Паилвер и один из стражей связаны.

Вот только сухие сведения, собранные в делах василисков, мне совершенно ни о чем не говорили: все трое почти десять лет на службе, все трое заклинатели песков, достаточно сильные менталисты, все трое не вызывали сомнений в преданности и верности Альяру и Шхассаду и бла-бла-бла. Ничего стоящего, ничего нужного, почти ничего о семьях, связях, личных привязанностях. Понятно, что и Накару, и Валид, и Паливер вращались в одних кругах, но вряд ли они были знакомы с кем-то из дознавателей, вряд ли пересекались достаточно часто, чтобы это могло считаться чем-то большим, чем просто случайные встречи.