Отвергнутая королева (СИ) - Вольная Мира - Страница 117

- В старом городе чужак, моя госпожа, - теперь песок в его голосе не шелестел от тихого ветра, он скреб по металлу. – Мне необходимо…

- Он один? – прервала я скорпиона нетерпеливо. Хотелось вскочить на ноги, дернуться, коснуться стен, активируя магию, разлитую в воздухе. Но… попытка, необдуманное желание принесло только боль, новую волну кипятка, накрывшую голову, шею, грудь, полоснувшую по ногам.

- Нет, госпожа. С ним ваш дядя, нынешний повелитель Шхассада, - подтвердил скорпион мои подозрения. Если бы чужак был не один, Амира бы уже не было рядом со мной, он бы бросился на незваного гостя сразу же.

- Этот мужчина не чужак, Амир. Он… мой муж, - пожала я плечами. – Вернись, пожалуйста, к заклинанию на мне. Сможешь ли ты его снять?

Страж боролся с собой не больше нескольких вдохов, но они растянулись и превратились в бесконечность почти невыносимого ожидания. Эсфир с явным трудом повернул голову снова ко мне, затем тело, сощурился будто от боли, но все же снова прикрыл глаза, возобновляя свое по-прежнему тихое и невнятное бормотание.

Я стиснула зубы.

- Сожалею, - произнес наконец-то скорпион, а лицо по-прежнему не выражало ни одной эмоции, напоминая о том, что они уже очень давно не доступны эсфиру, - я могу только его ослабить.

Я с шумом выдохнула и попробовала прикинуть варианты, рассматривая корешки книг и очертания полок в полутемном зале. Отвечать эсфиру не спешила, но и отпускать его еще было рано.

Мне казалось, что я знаю, что собирается делать Шайнила, мне казалось, что я понимаю, чего она ждала в Инивуре и почему действовала через Алистера, мне было известно, почему темная целью выбрала именно детей тех, кто пробовал ее закрыть.

Попахивает чем-то нездоровым, но… в какой-то степени я ее понимала. Правда, мое положение данное понимание никак не спасало.

- Почему? – все-таки задала вопрос после нескольких вдохов на раздумья. Возможно, эсфир подскажет, с чем я имею дело. Хаос – это, безусловно, прекрасно, но сейчас мне не хватало деталей. Мне не за что было зацепиться.

А еще оказалось очень сложно держать себя в руках и не сорваться, не думать о том, что где-то в глубине этих коридоров и темных комнат василиск и теневой, которые мне дороги. Очень трудно было не скатываться в эмоции и сохранить хладнокровие.

Мои пальцы дрожали, частил пульс.

Шайнила успела убить достаточно, чтобы распробовать вкус чужой крови, убила Энору, чтобы занять ее место, хотя вполне могла сохранить змее жизнь и вряд ли чувствует хотя бы отголоски мук совести. Нет. Она убьет Альяра и Стэра при любой удобной возможности и… И захочет показать мне их смерть.

- Я – дитя пустыни, госпожа, - терпеливо и ровно пояснил скорпион, возвращая меня в реальность, - вода мне почти не подчиняется, не слышит моего зова. Но я могу попробовать ослабить хаос, зашитый в плетение. Это старая магия, нехорошая.

- Как много я смогу, если ты ослабишь заклинание? – спросила, кусая губы. Волнение накатывало волнами. Напоминало пса, бросающегося на прутья клетки, и каждый его бросок сильнее предыдущего, укусы глубже.

Страж опять застыл, прикрывая белесые глаза, нахмурился, и я ощутила дыхание смерти на собственной коже и под ней. Для меня это не неприятное чувство, скорее, наоборот, но очередная затянувшаяся пауза не добавляла спокойствия.

Я понимала, что так долго не протяну. Мне нужен способ переключиться и срочно. Неизвестно, сколько времени понадобится Амиру, чтобы ослабить нити.

Охренительное дерьмо, просто. Некромант из нас двоих – я, а запрещенной дрянью пользуется Шайнила.

Блеск!

Интересно, это Мираш обучил темную? И почему не стал обучать меня?

Я вцепилась в эти мысли, как в тот самый переключающий фактор и сосредоточилась на попытках разобраться в том, что из слов Шайнилы о ее жизни правда, а что плод больного воображения.

Разобраться получалось с переменным успехом. Большая часть умозаключений – лишь домыслы и бесполезная теория. Я ровным счетом ни хрена не знала, о собственной сводной сестре и ее матери. На самом деле, я и о своей матери знала не так уж много.

Мираш не любил о ней говорить, не считал нужным отвечать на мои вопросы, как будто ее никогда и не было. Что-то я узнала от теней, что-то лишь когда Альяр вытащил меня из дворца и позволил уехать в СВАМ.

- Вы сможете вернуть контроль над телом, госпожа, - снова вырвал меня из мыслей страж. – Но лишь на какое-то время. Думаю, не больше нескольких лучей.

«Несколько лучей» - так себе формулировка, конечно, но мне выбирать не из чего. Я дала себе пару вдохов на подготовку, а потом посмотрела на Амира.

- Начинай, - кивнула и сжала руки в кулаки.

Вряд ли это будет просто, вряд ли будет безболезненно. Проклятая магия – та еще дрянь. Заклинание тащит силы не из окружающего пространства, не из создателя, она тащит силы из носителя. В данном случае из меня. Поэтому я совершенно не могла ей сопротивляться, поэтому даже мысль о том, чтобы просто подняться на ноги, приносила боль.

Потому что Шайнила – долбанная поехавшая темная.

Мне ее жаль, но… если выбирать… Решение будет явно не в ее пользу.

Я смотрела сквозь полуприкрытые веки на то, как Амир обретал краски и цвета, и старалась максимально расслабить тело, не сопротивляться тому, что будет происходить, не бороться с чужой силой.

Выходило так себе… Я отвыкла от подчинения, у меня с некоторых пор это получалось просто отвратительно, но сейчас вариантов нет.

А скорпион напротив уже ничем не напоминал призрака: его одежды, тело, руки и лицо перестали напоминать полупрозрачную портьеру на окне. Если не приглядываться он казался вполне живым.

Интересно, послушает ли он меня, послушают ли меня другие скорпионы, если я прикажу им напасть на Шайнилу?

Вряд ли… Но попробовать потом все же стоит. А еще надо…

Мысль оборвалась, не успев полностью сформироваться. Ее вышибло болью и моим беззвучным криком. Тело дернулось, выгнулось, затылком я приложилась о полки сзади. Кричать в голос не могла, потому что боялась, что темная услышит, и пришлось зажимать рот ладонями, вдавливая жалкий скулеж обратно.

Ноги, руки, тело, грудь, плечи – везде раскаленные до красна иглы. Тысячи игл. Они не просто прокалывали кожу, они словно ползали под ней, ворочались, входили невероятно медленно. Казалось, что я истекаю кровью, как выпотрошенная оленья туша. Тянуло, раздирало и крошило каждую кость в теле. В горле пересохло.

В какой-то миг я даже увидела, как от меня, от моей одежды поднимается пар, как легкая дымка… И затолкала в глотку очередной крик, потому что Амир наклонился ниже, положил руки на мои колени. Тяжелые, объятые пламенем руки. Они тянули и тащили сильнее, больнее, яростнее.

Дрожал воздух, я слышала, как трещала магия вокруг нас. Видела сжатые в тонкую нить губы, все равно бледное лицо без единой эмоции. А потом закрыла глаза, потому что держать их открытыми тоже было больно. Даже вдохи и выдохи разрывали грудную клетку на ошметки.

А скорпион перешел от коленей к бедрам, животу, груди.

Когда он с силой отодрал мои ладони ото рта, я все-таки не сдержалась и зашипела в голос. Тихо, длинно, яростно. И тут же закусила губы.

Нельзя.

Я не знаю, где Шайнила, насколько она близко, и сколько прошло времени с тех пор, как Амир начал работать с плетением. Сейчас казалось, что не меньше оборота, но это обманчивое ощущение.

Просто очень больно. Просто хочется, чтобы все быстрее закончилось.

И я опять попробовала расслабиться, попыталась игнорировать смоченные кислотой плети чужой силы. На несколько мгновений сознание ускользнуло в темноту, потом снова вернулось.

Тело подбросило и скрутило судорогой еще несколько раз.

Потом опять темнота на несколько вдохов и снова окутанное тенями лицо Амира перед моими глазами.

Снова темнота и снова его лицо.

Момент, когда все закончилось, я упустила, снова провалившись в ничто. Просто, когда в следующий раз открыла глаза, поняла, что скорпион уже не сидит напротив меня, не склоняется к моему лицу, не удерживает руки своими.