Он меня достал. Она меня достала (СИ) - Блашкун Елена - Страница 62

— Успокойся — вещи примеришь уже завтра — они твои. Рейчел уехала, но клятвенно заверила, что ты ей очень понравилась.

— Жаль, я не успела с ней попрощаться и поблагодарить за такой прекрасный подарок, — искренне расстроилась Ника, а Алекс тем временем уже перерывал пакеты. — Эй, ты что делаешь? Сам же сказал, что можно все посмотреть завтра.

— Можно, но спать тебе в чем-то нужно же, вот я и ищу подходящую пижаму. А вот и она! — торжествующе произнес мужчина, извлекая из очередного пакета темно-синий комплект. Ника с удивлением посмотрела на шелковую майку на тонких бретелях и свободные шорты. Именно такую пижаму она всегда хотела купить себе, но все не находилось времени зайти в магазин.

— Какая красота! — с восторгом произнесла Ника и потянулась за комплектом. Ей сразу же захотелось примерять его, но присутствие Алекса смущало девушку. Конечно, этот набор явно не относился к тем, что используют для осуществления эротических фантазий мужчин, но, любая женщина выглядела бы в нем сексуально.

— Да уж, Рейчел знает толк в таких вещах. Ладно, раздевайся, — как ни в чем ни бывало, произнес Громов.

— Что?! — опешила Майер.

— Раздевайся, говорю. Судя по тому, что я видел всего пару минут назад, без моего контроля ты точно не обойдешься.

— Еще как обойдусь! — возмутилась Ника и вскочила с постели, стараясь показать, что ей уже значительно лучше. Как на зло, в этот момент ноги запутались в покрывале, и девушка упала прямо в руки Громова.

— Я вижу, — улыбнулся мужчина, слегка отстраняясь, чтобы спутница могла встать на ноги.

— Алекс, я правда все могу сама сделать. Не считай меня совершенно беспомощной! — взмолилась она, но парень качнул головой.

— Прости, но нет. Или ты делаешь это сейчас при мне, или это делаю я сам.

— Что?!!! Да ты…! — Ника от возмущения даже не находила подходящих слов, но перспектива того, что ее будет касаться посторонний мужчина ее совершенно не прельщала. — Отвернись! — Рявкнула она, и принялась быстро расстегивать пуговицы на блузе.

Громов нагло улыбался, но, отвернувшись, понял, что ему не так уж и смешно. Он прислушивался к каждому звуку, а воображение услужливо рисовало перед ним картинку того, что сейчас происходит за его спиной. Тем более, что на стене перед ним как раз была видна тень девушки. Вот Ника снимает с себя блузу, и ее плечи, а затем и высокая манящая грудь оголяются. Дальше настает черед брюк, и вот уже шелк скользит по бедрам вверх, прикрывая самую соблазнительную часть ее тела. Само собой дыхание участилось, а в горле появился ком. И зачем надо было заставлять ее переодеваться при нем?

— Все, можешь оборачиваться, — спустя минуту произнесла Ника, и, судя по шуму, постаралась закутаться по самую шею в плед, лежащий на кровати.

— Ну вот, ничего страшного, — то ли себя, то ли ее, утешил Алекс, и вдруг нахмурился. — Покажи руку, — требовательно произнес он, а Ника наоборот испугалась и спряла обе руки, — Блонда, не зли меня! — прорычал он, но, не дождавшись от нее никаких действий, сам быстро сорвал плед, оголяя тело девушки.

Майка и шорты мало что прикрывали, но сейчас Алекс не замечал того, насколько привлекательным было тело Ники. Его ноздри широко раздувались от злости, а на скулах играли желваки. Он осторожно, боясь даже коснутся кожи, провел рукой над ее бедрами — на них, сбоку, были четко видны синяки. На запястьях и предплечьях появились такие же следы, только они были темнее и мельче. Как раз такие, как остаются от цепких пальцев.

— Тварь, — процедил Алекс сквозь зубы и поднял взгляд на Нику. — Что-то еще? — девушка неопределенно покачала головой и опустила глаза. Руки сами собой потянулись за пледом. — Ника, он больше никогда к тебе не притронется, я обещаю, — уверенно произнес Алекс и легко коснулся губами волос у виска девушки. — Спокойной ночи, — с нежностью произнес он и вышел из спальни.

Звонок телефона разбудил Алекса среди ночи, но сон как рукой сняло, когда он услышал голос брата:

— Где она?! Верни мне Нику! — прокричал он.

— Для чего? Чтобы ты снова избил ее? — стараясь сдерживать злость, спросил Громов.

— Верни мне Нику! — требовательно повторил Сережа, и Алекс понял, что тот не в себе.

— Ты ее больше не увидишь, это единственное, что тебе стоит знать.

— Неужели она настолько хороша в постели, что ты готов спать с ней после меня? Я думаю, Великий Алекс брезгует чужими объедками! — истерично засмеялся мужчина, а затем его смех резко прекратился: — Верни мне ее! Она нужна мне!

— Закрой рот! Я тебе сказал — ты ее больше не увидишь. Она тебя видеть не хочет, да и я ей этого не позволю. Ты сделал достаточно для того, чтобы испоганить ей жизнь!

— С каких это пор ты стал принимать за нее решение? Она любит меня! Лю-ю-ю-ю-бит! — протяжно произнес Серж. — Мы счастливы с ней!

— Уверен? Я не видел счастья на ее лице — только синяки на теле и голове. Ты чертов придурок, посмевший ударить девушку, которую, по твоим же словам, любишь! И за что?!

— Да за то, что связалась с тобой! Ненавижу, когда из меня делают идиота! А вы оба хотели это сделать! Думаешь, я не замечал ничего?!

Алекс выругался, прикидывая, стоит ли сейчас оставлять Нику одну, чтобы ехать к Сержу, или, лучше подождать до утра, когда он сможет вызвать кого-то из охраны, чтобы они побыли с девушкой. Наверно, лучше все-таки подождать — к тому времени и братец немного протрезвеет и сможет в полной мере прочувствовать, каково это, когда тебя бьет кто-то более сильный.

— Ты сам сделала из себя идиота, — стараясь сдерживаться, произнес Громов. — Ника больше не твоя забота, так что забудь о ней. С тобой же буду разговаривать я, а не она. И да, Сережа, — тут он сделал паузу, привлекая внимание собеседника, — будь мужиком — не беги к деду, чтобы он, как всегда, решал за тебя все проблемы. Хоть раз разберись со всем сам.

В трубке глухо зарычали и послышались нечленораздельные маты, на что Алекс твердо произнес:

— Когда наркота тебя попустит, сможем встретиться на нейтральной территории и решить все по-мужски, но до этого — не парь мне мозги! — Громов отключился, надеясь, что не зря весь вечер сдерживал себя, стараясь не думать о том, как именно хотел бы разделаться с братцем. Уговоры, что это на самом деле не Сережа все делает и говорит, а наркотики в его крови, не помогали. Хотя, на такое, кажется, могли вестись только его родственнички.

Глава 22

Суворов был в бешенстве. Уже который час его люди пытались понять, куда делся Алекс, но тот будто канул в Лету. Никаких сведений о том, что он купил или арендовал жилье и транспорт в Украине не было, телефон запеленговать не получалось, а камеры близ города его просто не засекли! Наглый мальчишка смог скрыться, прихватив с собой Нику раньше, чем успел среагировать Алексей Николаевич! Внук отвратительно поступил с ним уже второй раз за день! А, впрочем, можно было догадаться, что в скором времени нечто подобное произойдёт, как только он начал говорить о Серже. Суворов до сих пор помнил выражение лица старшего внука, когда тот говорил о пагубном пристрастии младшего. Ни капли жалости — только отвращение и злость, будто не понимает, что это то, что тяготит их уже много лет!

Конечно, Сережа сегодня перегнул палку, но Ника, уж в этом он был уверен, сама спровоцировала его. До этого ведь он ее и пальцем не трогал, не говоря уже о серьезных побоях. После неприятного разговора с Алексом, Суворов пообщался и с местным врачом гостиничного комплекса, который подтвердил наличие серьезной травмы. Алексей Николаевич надеялся, что медик понял, что если он дорожит своим местом, то распространяться на эту тему не стоит — уж слишком ненадежной и провокационной она была. Мужчина, конечно, поартачился для виду, но быстро смекнул, что с хозяином шутки плохи — лишится можно не только работы, но и спокойного сна.

Что ж, Нику он найдет, чего бы это не стоило, но пока придется приставить к Сереже кого-то из своих людей. Похоже, у того сейчас может окончательно снести крышу, а Алексею Николаевичу и прошлого раза хватило — проблемы он разгребал не один месяц. Да и с чертовой гостиницей что-то надо было делать — без Майер она перестанет нормально работать уже через неделю — слишком многое было завязано на девчонке. Ладно, это дело поправимое — приставит кого-то, а персоналу скажет, что начальница слегла от теплового удара. Лучше быстро сделать «вброс» нужной информации, чем ждать распространение ненужных слухов.