Суженая мрака (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 54

— Я…

— Да, сразу предупрежу, «другая»! В замке теперь работает защита и от отравлений! А еще — от утоплений, порезов и много чего, на что только хватило моей обогатившейся за пять веков фантазии. Поверь, теперь мой дом — самый безопасный в мире! Для тебя уж точно! В этот раз я отлично подготовился заботиться о своей суженой!

— Да ты… да я… да мой дядя… — меня так сильно распирало от злости и кучи других эмоций, что даже не могла подобрать нужных слов, чтобы выразить в полной мере свое отношение к ситуации и поведению этого… злобного и мстительного дракона.

— Все это я не раз слышал, Алера. Поэтому побереги нервы, лучше займись собой, переоденься, приведи себя в порядок, а то выглядишь, честно скажу, не очень. Скоро я принесу тебе завтрак…или уже обед скорее. Любишь ты поспать, однако.

Дожидаться моего ответа он не стал — наглым образом ушел. Я же свернулась в клубочек и зарыдала от полного и беспросветного одиночества и бессилия, вселенской несправедливости и… вообще всего. Хватило моего горя минут на пять, потом я сама себе удивилась. Решительно вытерла кулаком слезы и просипела охрипшим от рыданий голосом:

— А чего это я, как дура последняя, убиваюсь? В конце концов, мне достался почти приличный дракон, а не какой-то затрапезный демаи. Гарема избежала! Еще и получила то, о чем в тайне мечтала. Пусть плачет мой суженый — это ему теперь со мной мучиться и разгребать мои проблемы, а не замечательному дяде Хашеру…

Криво ухмыльнувшись, ну прямо как Лиир, я быстро встала и с воинственным настроем отправилась в ванную. Ну что ж, дорогой мой суженый, хочешь войну? Ты ее получишь! Или я не Алера Ашарвис-Вайлет, одна из редкостной троицы, хранительница древнего дракона и бывшая землянка. Еще посмотрим, кто-кого! А Древний не задом повернулся, а тыл доверил.

Глава 15

Наверное, впервые в жизни я особенно тщательно выбирала наряд. Раньше хотелось просто красивую и удобную одежду, чтобы нравиться себе и окружающим, а сейчас тот случай, когда нужно понравиться одному, а это гораздо, гораздо труднее. Тем более, о вкусах и пристрастиях суженого я ни сном ни духом, поэтому задача и вовсе кажется сложно выполнимой.

Мой взгляд зацепился за чопорное, глухое черное платье с золотой вышивкой по краям воротничка-стоечки и манжет, пошитое по совету Кло для практических «грязных» занятий в академии и пока ни разу не надеванное. На первый взгляд, похожее на траурное, но тонкая, с едва заметным блеском ткань превратила это платье на мне в элегантный наряд, особенно если поднять волосы в прическу. Вот прямо как драгоценная утонченная статуэтка.

Я замерла перед зеркалом, рассматривая себя. Действительно, черный цвет выгодно подчеркивает чистую светлую кожу, мягкий овал лица. Тонкая вязь золотой вышивки усиливает блеск золотистых волос, забранных в высокий хвост и сияющие, по-кошачьи раскосые янтарные глаза. Маленькие ямочки на щеках, когда улыбаюсь, пухленькие губы, где верхняя чуть больше нижней, придавали моему лицу трогательности, беззащитности и одновременно чувственности. Острые кончики ушей нервно дрожали, пока я разглядывала себя, убеждаясь, что ткань выгодно облегает мою фигурку с небольшой грудью. Вот что значит удачно выбранный фасон. Широкий пояс подчеркивает тонкую талию, а несколько декоративных складок на юбке визуально добавляют ширины моим бедрам. Пусть некоторые считают меня худенькой, но любому видно, что я вполне сформировавшаяся «взрослая» девушка со всеми положенными выпуклостями и окружностями.

Потеребив обшитые тканью пуговички на груди, рвано выдохнула, пытаясь определиться как вести себя с суженым. Еще сомневалась: на самом ли деле моя юношеская мечта стоит усилий и борьбы? Или лучше постараться сбежать отсюда? Хотя, зная темных, точнее конкретного, дана Келео Черного, — чего только его защита от суицида, выставленная вокруг и внутри замка, стоит — яснее ясного, что бежать мне просто некуда. Или как Василисе на тот свет, считай в другой мир, а ей там тоже не сильно повезло, к маньяку попала; или вечно прятаться в Синем клане под крылом у дядюшки Хашера. Из других мест меня этот заслуженный параноик — черный дракон — точно достанет.

Снова некстати, и так отвратное настроение, вспомнила, как Василиса пожелала мне счастья и дружбы с темным суженым. А может стоило тогда потерпеть муки и боль? В следующий миг меня затопило волной разочарования Древнего, укорявшего, стыдившего, к которой добавилась собственная волна стыда и вины за малодушие. За то, что задумалась о побеге от предназначения — ведь для его исполнения мне, по сути, подарили новую жизнь.

— Прости, прости меня за глупость и сомнения, — выдохнула я торопливо и с жаром, глядя в свои, вспыхнувшие золотом Прародителя глаза. — Просто я слабая неопытная женщина. Мне страшно здесь! Могу же я ошибаться? Ведь так?

Прародитель окунул меня в волну грусти, усталости и очередного разочарования. Словно целая вселенная его снова подвела. Двадцать пять лет Древний делил со мной душу, чувства, учил магии и наставлял на путь Света, стольким дарил свое тепло, энергию и жизнь, стольким помог от всей своей драконьей души — огромной, по-отечески бескорыстной. А я, понимаешь, сомневаюсь. Вон даже мысль о побеге проскользнула ядовитой змеей…

Неожиданно мои глаза еще ярче вспыхнули золотом, а тело стало ватным и «не моим». Собственная рука поднялась, из оттопыренного чужой волей пальца вырвался луч света и начал писать на зеркале: «Любовь рождает Свет!» Настолько важные слова, что впервые в жизни Прародитель решился вмешаться, даже завладел моим телом. Но страшно не было, а вот замешательства — полно. Я мысленно обратилась к нему: «Я люблю семью, братьев, клан и… Ой!» Собственная рука закатила мне по лбу, заставив замолчать, а затем вывела новую строчку чуть ниже: «Любовь порождает любовь!»

Я обиженно смотрела, как обе надписи исчезали в зеркале. Прародитель, подумав, наверное, что до меня, наконец, дошло, расслабился, а я возмутилась вслух:

— Почему всем должна только я? А меня кто полюбит?

И снова, как утром, перед моим внутренним взором нарисовалась — не сотрешь большая чешуйчатая задница обиженного Древнего. На мои эмоциональные попытки достучаться до него ответа не было. Опершись ладонями о комод, я потерянно сверлила себя встревоженным взглядом и чувствовала, как в груди нарастает холодный ком. Страшно! Мне просто страшно!

Келео не похож на того, кто может влюбиться без оглядки, да еще с таким багажом прошлого, после трех предыдущих самоубийств суженой. А вот я в него — могу, легко, ведь до похищения чувствовала симпатию, даже некоторую влюбленность, первую и такую нежданную. Мне наизнанку придется вывернуться, чтобы властный циничный черный дракон влюбился в меня. Причем, ему — пятьсот шесть, а мне — двадцать пять! Что я могу противопоставить его опыту, знаниям, умениям? Да я даже о сексе почти ничего не помню, так, какие-то туманные моменты. Древний предлагает рискнуть и влюбиться первой?! А как потом завоевывать Келео? Нет, как потом жить с разорванным в клочья сердцем, если ничего не выйдет?

В памяти неожиданно всплыла ехидная фразочка из прошлой жизни, из телесказки для взрослых «Про Красную Шапочку»: «Тебя сейчас излупят плетками… и ты залюбишь меня, как миленькая!» Представив картину, где я с плеткой требую у распростертого Келео любви, даже захихикала, но веселье прервал стук в дверь. Следом, не дожидаясь разрешения, — зачем стучал, спрашивается? — вошел сам предмет моих дум. За ним вкатила тележку, заставленную едой, молодая симпатичная виверна в черном платье, белом переднике и чепчике, из-под которого кокетливо выглядывают зеленые волосы, и изумрудно-зеленые чешуйки на висках и подбородке ее нисколько не портят. Увы, без дара виверны не могут полностью менять ипостась, поэтому и у этой хорошенькой девушки местами сохранилась чешуя. Мало того, у ящеров-виверн на голове — волосы! Вы когда-нибудь видели волосатую ящерицу, да еще с косой или прической? Вот и я впервые на Игае увидела.