Суженая мрака (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 49

— Ну хорошо, слетаю отковыряю пару алмазов с центральной башни. Придется обменять их на золото, чтобы купить одному бедному жадному темному мощную глушилку, раз он не в состоянии сам наскрести на нее! — желчно и пафосно «согласился» маго Лейтар, желая как можно сильнее уязвить Келео и вынудить его потратиться на «не мои проблемы» самому.

— Ну что ты, Лейтар, я достаточно богатый дракон, но, видишь ли, моя сокровищница принадлежит суженой. Я не смею разбазаривать ее имущество! — в унисон ему парировал ответственный за чужое добро дракон.

Ректор вскинулся, на миг задумался, а затем упер кулаки в столешницу, нависая над нами, осуждающе посмотрел на меня и возмущенно спросил:

— Аго Алера, вы слышали, что сказал маго Келео? Понимаете, насколько неправильно, что я должен отрывать от сердца… э-э-э… академия не должна из собственной скромной казны тратиться на чужой глушитель?! И что вы скажете, как я должен поступить? По закону или по совести?

Я вспомнила размер и тяжесть мешка с золотом, который мы притащили в академию в уплату за студентов из Синего клана, а также размер возмещений за каждую сломанную, за давностью лет пришедшую в негодность мелочь, такую как проржавевший вентиль в ванной комнате общежития, отслужившие свое простецкие фаянсовые тарелки и кружки, стоившие нам как элитный расписной фарфор, развалившуюся во время драки побратимов с соперниками древнюю парту и много чего еще, включая злополучную стену в мужской душевой. Поэтому вежливо, чтобы не навлекать на себя излишний гнев ректора, пискнула:

— Полагаю, по ситуации! Маго Келео прав, он не виноват, что многие светлые не могут контролировать свои чувства, эмоции и отношение к темным и поэтому испытывают неприятные ощущения. Так почему он должен тратиться на защиту от себя ради каких-то лентяев? Он же делится неоценимыми знаниями и умениями со своими студентами…

Келео весело хохотнул, при этом в его чертах еще сильнее проявился зверь, хвала Небу, весьма довольный моим заявлением! А вот ректор скрипнул клыками, не найдя во мне поддержки, выразительно посмотрел на Келео и высказал:

— Соболезную, тебе досталась на редкость жадная суженая. Пройдет совсем немного времени — и ты в свою сокровищницу даже носа не сунешь, все себе загребет!

— Моя суженая — истинный дракон, уже это меня несказанно радует! — неожиданно сухо и зло заступился за свою половинку Келео.

Правильно, нечего и пытаться оскорблять чужую суженую.

Ректор покусал красивые, по-женски полные губы и, круто развернувшись, недовольно пыхтя, удалился. Я еще более осторожно спросила:

— Она, наконец, сочла возможным присоединиться к вам, маго Келео?

— Кто, Алера? — уточнил он.

— Ваша суженая, — хрипло от неловкости и смущения уточнила я.

Почему-то вспомнилось, как и сама по ней тоже нелицеприятно прошлась, там, в подвале Темного корпуса. Черный дракон, чуть склонив голову набок, с какой-то непонятной насмешкой в полыхающих тьмой глазах, посмотрел на меня и неожиданно улыбнулся. Не широко и открыто, а скупой, редкой улыбкой, которая, однако, показалась мне более ценной и приятной. Ее не испортили даже блеснувшие клыки, выступившие сильнее. Но тут мой дракон увидел спешащих к нам побратимов. Все еще улыбаясь уголками рта, он встал, заставляя меня задрать голову и смотреть на него снизу верх, а потом мягко пожелал:

— Желаю вам хорошего дня, аго Алера! Не опаздывайте, первое занятие мое. Надеюсь, сегодняшняя тема вам понравится.

— Не сомневаюсь, — искренне улыбнулась я.

А вот побратимам Келео буквально прошипел:

— Снова где-то шляетесь?

— Да что с Алеркой здесь станется-то? — удивились оба, обвели взглядом зал, где вокруг нас сидело с десяток соклановцев все это время косивших в нашу сторону «проверяющим» взглядом.

— Неотлучно быть с сестрой! Все ясно? — рыкнул черный дракон, пропустив мимо ушей оправдания и почему-то с угрозой, и как, мне показалось, с пожеланием окружающим держаться от нас подальше, обвел всех взглядом.

Студенты неожиданно нахмурились и напряглись под этим взглядом, некоторые даже недоуменно переглянулись, пытаясь выяснить, кто из присутствующих вызвал негатив и злость у черного дракона.

— Да, дан Келео, — кашлянув и тайком поморщившись от давления тьмы, выдали мои вечные подельники.

Дракон мгновение молчал и дал мне повод чуть-чуть насторожиться, потому что его тьма угрожающе потянулась к горлу моих братьев, обвилась змеиными петлями, словно хотела задушить. Но вот ее хозяин тряхнул головой, словно сбрасывая наваждение, и ушел, оставив и нас троих, и остальных облегченно выдохнуть.

— Жуткий он сегодня, — мрачно констатировал Тайрен.

— Может ритуал ему чуток мозги повредил? — опасливо предположил Лиир. — Настроение точно испортил.

— Тебе бы пришлось жизнью из-за всяких полудурков рисковать, посмотрела бы я на твое настроение! — неожиданно обиделась я за своего дракона. А потом, споткнувшись на этой мысли о «моем» драконе, хмуро выдала: — Нам пора, его лекция сегодня первая. Опаздывать после такого предупреждения точно не стоит.

Поторапливаясь от основного корпуса к полигону на занятие по физкультуре, мы вчетвером обменивались впечатлениями от только что закончившейся лекции маго Келео. Сегодня она была поистине необычной. Лишь у нас остались после нее силы идти намного впереди всех и при этом болтать. Остальные одногруппники молча тащились следом после «купания» во тьме.

— Что ты с ним ночью сделала, Алера? Он смотрел на тебя, будто съесть готов! — проворчал Тайрен.

— Снова злился? — неприятно удивилась я. — Но за что? Я же сидела тихонько как мышка!

— Не-ет, по мне, так он тебя прямо там, на кафедре, хотел женщиной сделать, — ехидно протянул Лиир, смерив меня показательно долгим, изучающим взглядом, словно пытался найти хоть одну причину, но так и не увидел.

Я пнула его локтем в бок, заставив охнуть, а потом мысленно поморщившись от необъяснимого разочарования, возмутилась:

— Что за чушь ты несешь! Он сегодня впервые за три месяца обучения ни разу ко мне не обратился, так и простоял за моей спиной тенью.

— Стоял и взглядом облизывал твою шею, — хохотнул Лиир, — явно мечтал впиться своими клыками и…

— Дурак! — покраснела я от злости и смущения.

Тайрен передернулся, заявив:

— Лиир может и дурачится, но маго Келео сегодня и вправду странный. Заметили, как он на всех парней смотрел? Словно на куски мяса… А как их всех плющило от него? Похоже его Тьма после обряда настолько оголодала, что он с трудом ее сдерживает…

— С учетом присутствия на лекции наблюдающим маго Акеша, твое предположение имеет все основания оказаться правдой, — взволнованно-испуганно согласилась Адара.

Я тихонько предположила:

— У маго Келео сломан родовой артефакт, он сам признался, что с его помощью прятал суть от окружающих и снижал воздействие магии на светлых. Может это нам так только кажется, что он необычно себя ведет, потому что раньше артефакт искажал истину, а теперь все как на ладони.

Мы остановились и обменялись взглядами, затем Лиир добавил:

— Тайрен прав и в том, что оголодавшая Тьма еще сильнее захотела Света, может, для поддержания баланса или еще чего-то подобного… поэтому маго Келео таким голодным зверем пялился на Алеру?

— Или это откат после ночного происшествия, ведь мы смешали нашу с ним магию, чтобы нарушить процесс! — воскликнула я. — Поэтому сегодня он не ворчит на меня, а так… необычно тянется…

— Вполне возможно, ведь раньше он тебя терпеть не мог и все время задевал, а сегодня ни одного замечания, но смотрел, словно готов сожрать вот прямо сию секунду, — согласился Тайрен.

— Тогда можно успокоиться, дан Келео сказал ректору, что очень быстро восстановится. И скоро ему мощную глушилку вместо родового накопителя купят, — я с облегчением махнула рукой и, подхватив Адару под руку, потащила всех дальше, на физкультуру.

Мы догнали трех светлых, старшекурсников, которые, судя по теме негромкой беседы, шли на занятия по темному целительству к маго Бесстаю.