Суженая мрака (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 26

Причем, смотрел не как тогда, в моем детстве, на хорошенькую малышку-глупышку, а одобрительно, с восхищением, без пошлости, отдавая дань женской красоте. И даже с толикой нежности. У меня в душе прямо потеплело.

— Ну, мы пойдем? — нетерпеливо уточнил Лиир, словно невзначай закрывая меня от черного дракона спиной.

Келео стоял, чуть расставив ноги и распрямив широкие плечи, вперившись в меня черным пронзительным взглядом. Его светлыми, пепельными, словно седыми волосами играл ветер. Крылья прямого, благородного носа трепетали, словно он принюхивался. Широкая ладонь стиснула посох крепче, а потом резкий взмах — и пространство рассекла черная вспышка, создавшая портал. Мы с Лииром с радостью увидели в нем ворота в родной замок.

Келео мягко усмехнулся:

— Идите порталом, так короче будет. Уверен, вас уже обыскались.

Мы, на радостях выкрикнув благодарности, кинулись домой. Чтобы не резонировали два вида магии, Лиир убрал свою тень, следом за ним я переступила черную грань пространственного кольца и ощутила странную волну тепла, словно окунулась в воду, придавшую жизненных сил. Улыбнувшись ощущениям, я обернулась, чтобы попрощаться с благородным и любезным спасителем и успела поймать мгновение глубочайшего замешательства на его лице, вдруг сменившегося невероятным изумлением, а затем — почти ненавистью. Ярость и злоба в его глазах точно полыхнули жутким, ярким огнем. Но черный дракон не контролировал свои эмоции лишь мгновение, в следующий миг его лицо превратилось в безучастную маску.

Я сжала пальцы в кулак — радостно махать на прощание передумала — и натянуто улыбнулась. Интересно, что именно изменило отношение этого темного ко мне или к нам с Лииром. Рассказывать брату про странные метаморфозы с Келео не стала, мы привычно шмыгнули в кусты возле замковой стены и вскоре были дома.

А через пару дней я и вовсе забыла о непостижимом черном драконе, ведь мне объявили, что мы будем праздновать день моего первого совершеннолетия в один день с Лииром. И пусть Тайрен первый из нас «завонял взрослой жизнью», мы от него отстали «всего-то на парочку жалких днюшечек», как ворчал Лиир. Впрочем, ворчал довольно, предвкушая свое собственное первое эротическое путешествие.

В зал, куда меня пригласили на празднование, — Слава богам, в нашем же замке! — я шла в сильном напряжении. Приоткрыв дверь, я увидела Фиалу, Кло, Адару, Нокатис и парочку других дракониц, судорожно осмотрела помещение:

— Голых мужиков нет? Точно-точно?

— Каких мужиков? — вытаращилась Фиала.

А Кло, похоже, сразу поняв, чего я опасалась, снисходительно покачав головой, успокоила:

— Нет, Алера, тебе мужики пока не полагаются. Только украшения, наряды, праздничные посиделки и мудрые житейские советы старших женщин.

— О сексе? — насторожилась я.

— О пирожках с начинкой! И мыловарении, которое ты пропустила, — припомнила дана Нокатис.

— Фу-ух, ну Слава Небу, а то я после подарочков Тайрену и Лииру испугалась. Мало ли что…

Шестеро женщин несколько мгновений смотрели на меня, вникая, — а потом дружно расхохотались.

— Я же говорила, предупреждала, что они редкостная тройня! — скорее укорила, чем похвалила дана Нокатис.

Ну да, она очень, очень уважает дана Мойреса, прям беда. Ну и ладно, пирожки с начинкой и мыловарение тоже интересные темы для торжественного события, а уж вкупе с украшениями и нарядами — вообще праздник какой-то. Не то что голые дриады и эльфийки в хижине или под кустом. Бе-е-е…

Глава 7

В кабинет Хашера я влетела с радостной улыбкой и хорошими новостями — и застыла в дверях, разглядывая небольшую компанию, собравшуюся здесь. Подозрительную компанию. За спиной Хашера, сидящего за рабочим столом, подпирает плечом стену Хейдар, у окна в кресле восседает Майдаш, а перед ними на стульях сидят Тай и Лиир. Ну как сидят, скорее ерзают от нетерпения и некого азарта. Ну слишком подозрительно все выглядят, поэтому, недолго думая, спросила, обводя дядей и братьев пытливым взглядом:

— Что за шум, а драки нет? И без меня?

На моей памяти братья вдвоем в дядином кабинете впервые. Неделю назад мы сразу двумя кланами праздновали наше второе совершеннолетие — четверть века прожили, как-никак, — но, думаю, все равно остались прежней сплоченной командой, ну еще хулиганьем и лентяями, как нас за провинности ругают дан Мойрес и дана Нокатис.

— Через неделю начинается прием студентов в академии по всему югу, мы тоже отправляемся поступать! — счастливо сообщил Лиир.

К двадцати пяти годам братья лишь немного изменились со времени первого совершеннолетия: еще вытянулись и благодаря суровым тренировкам Майдаша нарастили мышцы и стали шире в плечах. Это внешне, а внутренне, на мой взгляд, они, по-прежнему, юнцы, бесшабашные парни лет двадцати, если сравнивать с людьми. Резкие, порывистые, азартные, с шилом в одном месте и сокрушающим любое здравомыслие стремлением к приключениям и «подвигам». Такими они до ста лет останутся, да и я тоже. Признаться, вся моя прошлая «личность» частенько не справляется с гормонами, играющими в крови, и главное — неистощимым драконьим любопытством и страстью к проказам. Безобразие просто!

Хоть я, наконец-то, и доросла макушкой до плеча Хашеру, похожу на девчонку восемнадцати лет. Это наверняка наследственность. Мама и кузина такие же миниатюрные, худенькие, зато краси-ивые-е! Я в их «золотую» породу, даже мое детское прозвище Соль родные изменили на Золотко. Особенно часто дядя это ласковое обращение использует, когда пытается призвать к порядку и послушанию.

— Ну вот, а почему меня не предупредили? Мне же гардероб надо подготовить! — возмутилась я.

Мое заявление старших мужчин застало врасплох, вон как напряглись и выпрямились. Наконец Хашер, не к добру хмуря синие густые брови над ярко-сапфировыми глазами, осторожно произнес:

— Алера, я хотел поговорить с тобой отдельно, но, считаю, тебе пока рано покидать гнездо.

— Что?! — удивилась я. — Дядя, я такая же совершеннолетняя, как Лиир с Тайреном. Больше того, ты сам не раз говорил, что голос разума в нашей троице именно я. Так почему им можно, а мне нельзя?

— Ты — девочка, беззащитная, уязвимая и… лучше подождать еще немного, подрастешь…

— Сколько? — сухо оборвала я Хашера, взявшего наставительно-укоризненный тон.

— Там посмотрим, — уклончиво ответил он, мимолетно обменявшись взглядами с Майдашем.

Понятно, откуда встречный ветер дует: наш вечный параноик, которому везде вселенские заговоры чудятся, перестраховывается.

— Малышка, — вмешался Хейдар, который после «развода» с Адарой обосновался в родном доме и вернулся к привычной деятельности наследника главы клана, оказался еще большим перестраховщиком и наизаботливейшим опекуном нам, «младшему поколению» и бывшей супруге. — Ты не представляешь, какие нравы в этих академиях, какие там опасности подстерегают юных девушек, сколько…

— Насколько мне известно, Майю и Элию родители отпустили в Академию, а они, кстати, мои ровесницы. Так чем я хуже? — напирала я. — Тем более, там будут Лиир с Таем, а в них я абсолютно уверена. Присмотрят и защитят!

Братьев буквально распирало от гордости: грудь колесом, того и гляди позвоночник захрустит и щеки лопнут. Хейдар насмешливо хмыкнул, качнул головой, с отцовской нежностью глядя на «младшее поколение». Даже на меня, нахохлившуюся, с упрямо вздернутым подбородком и сжатыми от злости кулаками, ласково посмотрел.

— Я не понимаю, к чему эти разговоры-уговоры? — в своей резкой манере осведомился Майдаш. — Золотко, ты должна понимать, что являешься достоянием клана. Не одного, а уже двух…

— …я бы сказал, трех, учитывая требование Дамриса выделить золотым отдельное место в наших яслях, — поморщился Хашер.

Общение с моим прапрадедом неизменно выводило его из себя.

Майдаш — повелитель теней и главный страж «синих» яслей, моей главной заботы в клане, едва заметно, недовольно дернул уголком рта, то ли потому что его прервали, то ли реакция на моего золотого родственника. И продолжил наставлять меня на путь истинный в своем понимании: