Черное Сердце (СИ) - "Gargoil" - Страница 106

Меч с силой был вынут из земли, и он прочертил диагональную дугу, с которой слетела большая коса молнии, которая полетела в двух стоящих впереди морских бойцов, барракуду и акулу. Те издали что-то похожее на фырканье, и оба выстрелили вертикальным водяным резаком, они обучились этому совсем недавно, заметив такой прием у людей, уже пустили его в оборот. Водяные клинки рассеяли дугу молнии, и полетели в Анахеля, который встал боком, оба клинка прошли мимо, вспарывая землю и разбрасывая щебень. Человек ринулся вперёд, он бежал, и по пути выстрелил ещё двумя дугами, который полетели в двух бойцов, те опять хмыкнули, и возвели щит из воды, который без проблем поглотил дугу.

Анахель подпрыгнул, в глазах его была ярость и желание битвы. В воздухе он поднял меч вертикально вверх, и начал его опускать, меч полный молнии опустился на щит, но прорубить его он не мог, у Анахеля было преимущество скорости, потому он должен быстрей соображать, дабы не растерять преимущество, и он принял решение, единственное которое пришло ему в голову.

Жестокость, в первую очередь проявляется не по отношению к другим, а по отношению к себе. Неважно насколько ты беспощаден к другим, ты не можешь считаться по-настоящему жестоким, если испытываешь, жалость к себе.

Мысль Анахеля метнулась, тотчас же из семи отверстий его головы потекла кровь, в голове раздавался непрерывный визг, который грозил разорвать его голову на части, а сам мозг казалось, воспламенился. Но по-прежнему на лице под шлемом была улыбка, которая стала ещё более хищной, сердце ударило во второй раз за минуту, разнося пламя по жилам, ударяя в мозг порцией жестокости и виденьем кровавых сцен, полных насилия и яростных кличей.

Душа Анахеля пришла в движение, она воспламенилась, словно факел, распространяя пламя, которое вмиг обволокло весь силуэт души.

Меч Анахеля начали обволакивать потоки красного пламени, напитавшись новой силой, которая в данный момент была сильнее, чем ян, клинок начал показывать прогресс. Вместе с ревом, который вырвался изо рта Анахеля мрачной мелодией жестокости и жажды битвы, меч разъел водяной щит, клинок впился в доспех барракуды, прорубая его, вместе с этим опаляя края металла и сжигая окружающую плоть, мясо, испаряя кровь и обжигая кости. Молния и пламя влились в тело элитного морского воина, разрушая всю его внутреннюю структуру, попутно разрывая тело на куски. Барракуда от боли завопила, она ослабила хватку на оружии и руками пыталась остановить продвижение меча, но клинок не остановился, и диагонально разделил тело на две части.

Голова Анахеля могла лопнуть в любой момент от визга и гула который нарастающим шумом разрывал его черепную коробку, но силу души с клинка он не убирал, культивация его противников была выше, с силой молнии он не справиться, а пламя только что доказало свою эффективность.

Анахель переместился к акуле, которая почти опустила булаву на тело человека. Последний уже почти достал до брюха рыбы пламенеющим мечом, но ему помешал подоспевший крокодил, ретировавшись, человек, ринулся в атаку вновь.

Из клинка, который ударил плашмя слева направо, вырвалась занавеса пламени, которая лишь горячим воздухом обожгла лица рыб, но существенного урона не нанесла. Воинам от жара пришлось зажмурить глаза, но морские жители и не сильно полагались на зрение.

Анахель молнией зашел сбоку, в прыжке и под наклоном нацелив клинок, он атаковал крокодила. Клинок приближался, целясь в шею, прямо под шлем. Воин успел отреагировать, и ударил наотмашь булавой, она врезалась в бок Анахелю, но тот успел проткнуть толстую и широкую шею, тем самым зацепившись, и получив опору, он не отлетел от удара, лишь прокрутившись вверх на рукояти клинка, как свинья на вертеле, тем самым рассеивая часть силы удара.

Анахель освободил руку, ещё в полёте выпуская меч из рук, в его внутреннем царстве, душа лучилась двумя элементами, одна половина состояла из огня, другая из молнии, и сейчас половина из молнии пришла в движение. Подняв руку, и направив её в лицо третьему бойцу, он выстрелил большим разрядом молнии, она вспышкой уже врезалась в защиту воды, которая окружала всё тело акульего воина.

Сила защиты поглотила большую часть удара, но крохи всё же попали в цель, слегка повреждая голову рыбы. Анахель подпрыгнул, в тот момент, когда молния ударила по защите рыбы. Анахель поднял кулак, и тот был облачен в молнию и пламя. Опустившись, удар прошел сквозь воду, и врезался в челюсть головы акулы, нижняя челюсть последнего вдавилась вниз и была раздроблена, а тело завалилось на пол, Анахель ударил в голову ещё раз, но до смерти было ещё далеко, но она приближалась с каждым ударом кулака.

Кулак Анахеля подымался и падал на лицо последней рыбы, ярость наполняла сердце Анахеля всё сильней, ярость и боевой кураж держали его в сознании, позволяя не обращать внимания на боль и повреждения его тела. Когда кулак проникал в пузырь, окружавший голову акулы, часть силы молнии и пламени рассеивалась, но часть оставалась, а так же была чистая физическая сила Анахеля.

Акула поняла, что дело плохо, она так же ударила в человека, когда отошла от легкого паралича, которым постоянно его одаривала молния. Анахель хоть и был в ярости, почувствовал удар, и сместил тело, вместе с этим, ему пришлось сделать шаг в сторону, и его нога поднялась ещё раз, он с силой опустил ступню на голову акулы, нога так же была в облачении молнии и огня. Силы переплетались и извивались, опустившись на голову и она, наконец, разлетелась на куски, жидкость и более густая консистенция выдавилась из сплюснутого шлема, попутно разлетаясь осколками черепа.

Анахель тяжело дышал, он вынул меч из шеи второй рыбы, и пошел по дороге, распространяя дух, и стараясь восстановиться.

Почти сразу же распространив дух, он увидел отступающих солдат и остатки от отрядов элитных бойцов, они были буквально на соседней улице.

Анахель поспешил к ним, и уже сгруппировавшись, воины отправились к последней линии обороны.

По пути они соединились с ещё одной группой бойцов, в ней был товарищ Анахеля. Хенграч — самый большой воин из всего отряда «опустошителей». Хенграч и Анахель начали держаться ближе друг к другу, позади них начала вырисовываться большая группа морской элиты, с которой недавно собранная группа сталкиваться не хотела. Подобие преследования длилось полминуты, защитники уже почти подходили к последней линии обороны, край города уже был виден.

— В сторону! — кто-то спереди выкрикнул, Анахель не успел среагировать, как и другой боец спереди.

Огромная сила схватила Анахеля, словно кота за шкирку. И прижала к стене, Анахель повернул голову, и увидел Хенграча, который и сам прижался к стене.

Спереди что-то мелькнуло, и огромная белая вспышка молнии пронеслась по всей длине улицы, по которой отряд отступал. Один из бойцов не успел отойти, и ему никто не помог. Его тело было сожжено, огромный разряд молнии прошелся сквозь тело человека, не оставляя от него даже пепла. Та же участь постигла и морскую элиту позади, которая преследовала небольшой отряд.

Такие разряды молнии прокатились по всем улицам города, сжигая множество морской элиты, и некоторых нерасторопных людей. После инцидента, отряд продолжил двигаться вперёд, словно ничего не случилось.

Ещё полминуты, и они пришли к последней линии обороны города-границы. Здесь стояли возвышения, на которых были огромные баллисты, они были размером с одноэтажное здание, и за рядом этих немногочисленных орудий, бегали солдаты регулярной армии, которые без устали закидывали в задние отсеки баллист магические камни. Между баллистами стояло что-то, похожее на большой квадратный ящик, который наверняка здесь был не для украшения. Перед орудиями и баллистами была тонкая, прозрачная пленка, которая являлась барьером.

Под небольшими возвышениями уже выстроились два ряда из остатков, защитников города, первым рядом выступали солдаты, вторым элитные воины. В предстоящем бою будут участвовать даже звери, они стояли перед двумя рядами бойцов, уже разъяренные и жаждущие крови.