2024 - "Александр Чугункин" - Страница 105

Можно было вернуться и попробовать другой коридор, но Олег решил следовать за капсулами. Они не могут ехать туда, где нет тех, кто о них позаботится. Вот там-то и можно будет узнать, как пробраться наверх — в самое сердце башни. По небольшому уступу, напоминающему горную тропинку, Олег прошёл вдоль одной из стен, спрыгнул на пару метров ниже и понял, что сделал правильный выбор: здесь пол, обстановка и даже сама атмосфера говорили о том, что это место часто посещается людьми… Или кто тут ещё может обитать? Края пола были снабжены угловатыми перилами, чтобы случайно не оступиться и не улететь вниз. Перед глазами Олега лязгал и гудел конвейер — по двум тоненьким монорельсам капсулы ехали в глубь Цитадели. Олег сразу заметил: эти капсулы отличались от предыдущих — у них кто-то словно снял корпус, оставив лишь каркас, который должен удерживать тело человека.

Внезапно общий гул пронзил электрический треск. Олег резко обернулся, пригнувшись и инстинктивно вскинув оружие. Справа, над самой пропастью, он ещё успел увидеть гаснущие искры. На миг замерший конвейер с капсулами двинулся дальше. Олег пристально смотрел в то место, где только что видел искры, и, наконец, увидел: следующая капсула вдруг остановилась в этом самом месте. Через мгновение из необычных устройств вверху и внизу ударил ярко-белый луч, пронзивший всю капсулу насквозь — там, где должно было быть человеческое тело. Олег перевёл взгляд на конвейер впереди него — к нему вёл нависший над пустотой мостик, сделанный, как оказалось, из стекла. Капсулы останавливались возле мостика и открывались, словно приглашая залезть в них. Олег даже не пробовал гадать, что тут было — контрольный пункт, где проверяли доставляемых людей, или добровольный набор в прислужники Правительства. Но он всё-таки поблагодарил судьбу за то, что не поспешил, как всегда, а иначе ехал бы он сейчас в глубь центра своих покровителей с полностью пустым разумом, стёртым этим бирюзовым лучом. Человек, который попал сюда и уже ехал в капсуле, был обречён, и этот луч был словно контрольный выстрел. И — вечное забвение. Его тело уже потом, возможно, даже и увидят его друзья, но оно будет по ту сторону — с респиратором и нашивкой в виде пирамиды с глазом.

Но продолжать идти всё равно нужно. Олег огляделся: нет, не было никаких других путей с этой площадки, кроме этого стеклянного мостика. Олег перешёл по нему на другую сторону, при этом его едва не ударила проезжающая мимо капсула. Там оказалась точно такая же площадка, и ничего больше — никакого выхода или коридора. Нет, конечно, коридор был, однако выход был перекрыт силовым полем, а Олег уже по опыту знал, что это поле уж никак не обманешь — всё равно, что биться головой об стену. Инженеру уже приходила в голову мысль о втором монорельсе с капсулами — тот уходил совсем в другую сторону, стерилизующего луча вроде не имел и доставлял капсулы куда-то совсем далеко, из-за полумрака не было видно. Но почему-то очень не хотелось лезть в капсулу: Олег, сам не понимая почему, питал отвращение ко всем этим капсулам — символу человеческого рабства. Но, похоже, другого пути у него уже не было.

— Ну, что, доигрался? — Его голос эхом тысячу раз отразился от стен и улетел вниз, в никуда, — экзотики захотелось, вот тебе и экзотика… Сам же хотел идти туда же, куда и капсулы, так давай, полезай…

Досадно сплюнув, Олег неуверенно подошёл по стеклянному мостику к монорельсу. Конвейер остановился, и одна из капсул, которая оказалась прямо над мостиком, гостеприимно открылась. Инженер, неловко ступив на подножку, залез в неё, примостившись спиной к неудобной и узкой спинке капсулы. Стало ещё неудобнее, когда капсула закрылась — Олег едва смог втиснуть между телом и рукой автомат, чтобы приклад под давлением дверцы не пробил его грудь. Было очень тесно — естественно, рабовладельцы не рассчитывали, что рабы будут садиться внутрь в защитных скафандрах. Но дышать, хоть и с трудом, всё же удавалось. Капсула начала движение. Когда мостик остался позади и Олег увидел под собой бездонную пустоту, им овладел панический страх. Он не мог пошевелить руками — до того было тесно. Куда его везут? Что впереди? А вдруг за поворотом его ожидает такой же стерилизующий луч? Обливаясь ледяным потом, Олег поёжился и нервно засмеялся. Ну, вот он и сам прыгнул в ловушку: сиди и жди, когда неведомый аппарат промоет тебе мозги…

Тем временем капсула уже набрала полный ход, съехала по рельсу куда-то влево и поплыла вперёд уже без остановок. Рядом послышался какой-то знакомый гул, но Олег не мог повернуть голову назад, чтобы увидеть, что же к нему приближалось. В следующий миг что-то щёлкнуло, и инженер зажмурился от вспышки яркого света. Он инстинктивно дёрнул головой, и летящий рядом сканер, испуганно пискнув, отлетел подальше. Но едва Олег смог снова открыть глаза, как пришлось снова зажмуриться: его капсула проехала по узкому тоннелю, который весь светился нестерпимо ярким светом.

«Ну, вот и всё, — мелькнуло у него в голове, — теперь мне точно конец…».

Свет погас, капсула ехала дальше, а Олег всё ещё был в сознании. Когда он решился открыть глаза, он почти не мог поверить, что всё ещё жив и остаётся собой. Все эти мысли сразу пропали, едва он увидел, куда он попал. Планировка была всё та же: две стены по бокам и никакого пола или потолка, но всё остальное… Неизменные ребристые угловатые стены теперь были увиты толстыми прозрачными трубками — из стекла, а может, ещё из чего-то. Лучи тусклого холодного света отблёскивали в жёлтом стекле, создавая какое-то особое феерическое свечение, и Олег мог бы даже назвать это место красивым. Но это не была та красота, что радует обычных людей. Это была красота грации изгибов стекла и жёсткости металлических углов. Это было торжество иррациональной геометрии, чётких прямых и ломаных линий. Капсулы по монорельсу проезжали через это невероятное сплетение изящного стекла и металла, слегка покачиваясь и как бы даже убаюкивая. Гигантские трубки и оплетающие стены были похожи на вены огромного зверя, между костей которого ехала капсула с Олегом.

Оказалось, что внутри этого мощного организма кишит множество паразитов. Когда рельс в очередной раз повернул, Олег проехал над навесным мостом, соединяющим две стены, и вздрогнул, когда увидел идущую через него тощую сухую фигуру. Сталкер шёл, опустив голову, покачивая жалкими перебинтованными обрубками, которые остались от кистей рук. Солдат, охраняющий мост, проводил раба высокомерным взглядом, который всё равно не было видно через респиратор. Олег резко убрал голову назад, опасаясь: как бы его не заметили. Но это было излишним. Солдат и сталкер так и не подняли взглядов: первый — потому что над его головой в день проезжали сотни таких обычных капсул, а второй — потому что давно уже не испытывал любопытства. Олег начинал обретать надежду: он был жив, и капсула уже доставила его в населённые районы Цитадели. Но каковы же были размеры гигантского шпиля! Изнутри он казался даже больше, чем снаружи…

Олег медленно и тихо миновал ещё один похожий зал. Здесь среди ребристых стен и стеклянных труб всё шевелилось ещё больше. Над головой у Олега всё гудело и лязгало. Казалось, там мелькают тонкие руки, которые словно собирают невидимый конструктор. Олег пригляделся: тонкие металлические манипуляторы, будто сотни лапок, беспрерывно сортировали сотни закрытых капсул с людьми — перебирали, передавали капсулы по цепочке друг другу, откладывали их влево или вправо, вешали на крепления или отправляли по бесчисленным рельсам куда-то дальше.

Внизу на навесных площадках тихо и молча работали у консолей управления сталкеры, бесшумно ступая тощими ногами, лишёнными ступней. Олег отвернулся: у него не было сил смотреть на то, во что Правительство превратило этих сопротивлявшихся. Капсула на рельсе снова свернула куда-то в сторону, унося одинокого человека в сумеречный тоннель. Сверху тихо шумели десантные капсулы, словно по конвейеру едущие куда-то далеко — к своим десантным кораблям. Олег наблюдал всё это, затаив дыхание. Вот оно — сердце новой цивилизации. Вот он — мир покровителей.