Кофе с ликёром (СИ) - Ксения Васёва - Страница 30

Вопреки моим ожиданиям, Сеня действительно хотел детей. Он терпел мои беременные капризы, без сомнения дал им свою фамилию и отчество, и проводил с малышами любую свободную от работы минуту.

Только работал он много.

Моя совесть не выдержала, и я поднялась следом за ним. На цыпочках добежала до арки, чтобы с возмущением увидеть, как двойняшки буквально отрубаются на руках у Сеньки. Ну почему?! Значит, мама хоть танцы с бубном танцуй, мы спать не будем, а у папочки сразу прикорнули?! Что за предателей малолетних я родила?!

Уложив детей, Островерхов взял меня за руку и потянул в кроватку. Однако активных поползновений уже не предпринимал. Кажется, он вообще задремал мне в макушку. Разочарованно выдохнула. Не то, чтобы я очень хотела, но так...

- Завтра, Лад, - прошептал он, - я немного переоценил свои силы.

Мысленно закатила глаза. Можно подумать, по его вурдалачьему виду не заметно!..

- Хорошо хоть, признался, а не уснул в процессе. Иначе я бы долго-о вспомнила тебе этот провал!

- Даже не сомневаюсь, - был ответ, - моя любимая Лада...

Арсений

- Хочу сделать Ладе предложение, - признался я Матвею за завтраком. Парень подрабатывал у нас программистом и на работу приходил в шесть утра, вместе со мной. Поэтому через пару часов мы бегали в ближайшее кафе, на перерыв.

- Смело, - оценил младший брат Лады, - правда, немного мазохизмом отдаёт, но после двух детей у вас действительно туго с выбором...

- Матвей! - не выдержал я. - У вас сестрой что, один юмор на двоих?..

- Ну, мы же семья, - невозмутимо отозвался он.

Да-а, пожалуй, этот кадр даже покруче Лады. А ведь ему, в отличие от сестры, всего девятнадцать.

- И что от меня требуется? - спросил Матвей, потирая сонные глаза. Парень совмещал работу у меня и учёбу. С техникой он управлялся лучше, чем весь IT-штат. Я не сомневался, что после вуза в нашей фирме он не останется - такого чудо-специалиста с руками оторвут компании побольше и повесомее.

- Ничего нового, - выдохнул я, запуская лапу в волосы, - мне нужна поддержка и немного - разведка. Вечером за кольцом идём, сможешь?

Парень нахмурился, перебирая в уме дела и планы. В принципе, можно было обойтись и без Матвея, но Алиса настаивала на его присутствии. Безответная любовь моей сестры к Матвею отчасти веселила, отчасти и настораживала. Мы с Ладой были уверены, что напоровшись на стену, сестрёнка успокоится, но ничего подобного. Островерховы-Змеевы всегда отличались завидным упрямством.

Кажется, по моему невинному взгляду Матвей догадался, что к чему:

- Вам не надоело сводником работать?! - зло спросил он. Всё-таки чересчур зло для равнодушного. Я только руками развёл:

- Мне поставили ультиматум, - хмыкнул, - извини, но Алиса самая неболтливая девушка в моём окружении. Ну как? Если не можешь, давай перенесём?

Парень раздражённо фыркнул, но согласился. Вскоре нам принесли завтрак, и стало не до разговоров. Поев, мы вернулись в офис. Дёргать Матвея я пока не стал - пусть парень остынет. Я до сих пор не понимал природу их отношений с Алисой - сестрёнка у меня приятная, умная девочка, пусть и слегка своеобразная. Почему нельзя... просто попробовать? Но Матвей воротил нос. Мои попытки расспросить Ладу закончились пафосным закатывание глаз и фразой: "Ну ты и дура-а-ак, Островерхов!"

На дурака я обиделся и больше не спрашивал.

В глубокой задумчивости потянул ручку своей приёмной... и отпрыгнул, едва не получив ёлкой по носу.

- Ой, начальник, пардон! - ёлка сдвинулась, и я увидел молодого парня - одного из айтишников. В приёмной они собрались почти всем отделом. Взгромоздившись на стол, Настя, как генерал на параде, руководила украшением комнаты.

- А, вы уже вернулись, Арсений Петрович! - радостно помахала она: - Мы недолго ещё, идите, погуляйте минут десять!.. Кирилл! Ты куда ёлку ставишь, в другой угол неси!!!

Благоразумно решив, что лучше не спорить, я закрыл дверь и оставил приёмную на растерзание секретарше.

Лада

Почему-то я была уверена, что полечу в офис на крыльях счастья, избавившись, наконец, от двух шумящих чудовищ. На деле оказалось - ничего подобного. Оставляя двойняшек с домработницей и мамой, я как будто отрывала кусок своей души. Долго не могла уйти, разглядывая спящих малышей. А по пути и вовсе расплакалась в машине. Пришлось в срочном порядке бежать в туалет, поправлять макияж.

Спокойствие, только спокойствие! Несмотря на переводы для Арсения, после полутора лет декрета я чувствовала себя отупевшей и подурневшей. Хотя фигуру удалось вернуть - со скрипом и нервными клетками отца семейства.

Сколько Арсений потратил на моё восстановление, я даже не считала - не хотела себя расстраивать. Утешала себя тем, что это компенсация за незаконно заделанных двойняшек.

В офис я приехала на час раньше, по старой привычке. Нужно подготовиться к рабочей неделе, к новому графику и недовольной морде начальника.

- Доброе утро, Александр Николаевич, - пропела я тоном: "Не ждали, а я вернулась!" Увы, моя земная слава прошла, потому что начальник мне даже улыбнулся.

- Лада! Здравствуй! Помню-помню, Арсений Петрович предупреждал. Как ты, как дети?

Вчера дети были нормальными и счастливыми - шутка что ли, папа вернулся, о чём я со вздохом сообщила начальнику. Он понимающе хмыкнул:

- Да, у нас огромный заказ, под самый Новый год, чтоб его! У хозяина как будто вообще личной жизни нет!.. - тут он спохватился и смутился, а я захохотала.

- Есть у него личная жизнь! - сдала Сеньку со всеми потрохами. - Он просто больной на голову трудоголик! Надоел уже, да?

- Ну-у-у... - неопределённо потянул начальник, явно подбирая слова. Но к счастью, заметил мой ироничный взгляд и махнул рукой: - Не то слово, Лад! Сейчас пару недель поработаешь - сама увидишь! Но мы дружно молчим, потому что оклады, премии, и работа есть. Всё-таки Островерхов - это не Летов, который барином ходил. Сразу видно, что сын бизнесмена высокого уровня.

Этот "бизнесмен высокого уровня" стоял у меня костью в горле. Я вздохнула и упала на ближайший стул. Угораздило же связаться с семейством Островерховых-Змеевых.

- Даже не верится, что вы вместе, - неожиданно выдал начальник, усаживаясь напротив меня. - Замуж-то звал? Всё-таки двое детей...

- Звал, - призналась я, усмехнувшись, - только я ж гордая, отказалась. Дура, да? Теперь занимаю место между личной прислугой и любовницей. Ну, видимо заслужила.

- Так может, поговоришь с ним?.. А то у Арсения порой пробегает, что к жене поеду, жена убьёт...

Грустно улыбнулась. Даже не "порой пробегало". Он часто и целенаправленно называл меня женой. Льстило, конечно. Но было одно большое и огромное "но".

Змеев не смирился с выбором сына. Ни со мной, ни с детьми. Ваня и Рита прочно считались нагулянными на стороне ублюдками. Пётр Сергеевич с такой уверенностью убеждал Сеньку, что даже я засомневалась в том, от кого родила.

Услышав сию мысль, мой дятел ржал весь вечер. Двойняшки были копией папаши - скорее уж, это мне подкинули их, чем наоборот.

- Опять мне за тебя волноваться, - со вздохом подытожил начальник, - что ты за девка бедовая, Лада?

Это точно - умная бы сразу аборт сделала. Я хотела, собственно, когда двойня подтвердилась. Но стоило заикнуться при Сеньке - у нас как торнадо по дому прошёл.

Я впервые в жизни видела Островерхова таким злым.

"Считаешь меня настолько подлым, Лада?! Считаешь, что по звонку отца я откажусь от тебя и детей?! Вот возьму и брошу вас на произвол судьбы?! Ты действительно меня таким видишь, Лада?!"

Тогда, хлопнув дверью, он вылетел из квартиры, а я почувствовала себя гадко. Промучившись два часа, плюнула и пошла на хитрость - написала Сенечке, мол, живот что-то тянет, и сока хочется, вишнёвого. Через двадцать минут у меня был дорогущий свежевыжатый сок (где он его взял среди ночи - загадка вселенной) и самый внимательный мужчина на свете.