Новый старый 1978-й. Книга девятая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 36

— Ты так считаешь? Хорошо, я подумаю. Олимпиаду, действительно, хочется хорошо провести, чтоб надолго запомнили.

— И это правильно. Тогда я полетел.

— Лети. Мне летать с тобой понравилось. Секунда и ты там, где ты хочешь быть.

А мне хотелось домой. Там у меня две жены уже должны были домой приехать, да и к строителям надо было заглянуть. Значит, перемещаюсь домой.

Дома пахло чем-то вкусным. Молодцы, девчонки, не забывают свои домашние обязанности. Я заглянул на кухню и увидел то, о чём я только недавно думал. Мои две подруги нашли мои банки с чёрной икрой в холодильнике, достали одну и ели из неё ложками. Прямо, как таможенник Верещагин её в фильме ел.

— Привет, поедательницы чёрной икры, — приветствовал я своих подруг.

— Ой, привет, любимый, — заверещали они. — А мы тут твою икру в холодильнике нашли и нам так захотелось её попробовать.

— Беременных часто на солёное тянет. Вот я заранее ею и запасся. А чем так вкусно пахнет?

— Картофельная запеканка с мясом, — ответила Солнышко. — Мамино фирменное блюдо.

— У нас что, ремонт во второй части квартиры начался? — спросила меня Маша.

— Да, я сегодня вызвал бригаду строителей. Джакузи же без дела стоит. Вас же купать каждый вечер надо. А я к вам с новостью, — сказал я и достал свою четвёртую Золотую Звезду и орден Ленина.

— Ну наконец-то, — сказала довольная Солнышко. — Поздравляем. Расскажешь, за что?

— Спас страну от американских ядерных ракет.

И я получил два жарких поцелуя за это. Вот это по-нашему, по-русски.

— А мы заходили к Наташе в кабинет и она нам показала диван, на котором вы с ней любовью занимались, — сказала с хитрющей улыбкой Маша.

— Теперь этот диван является музейным экспонатом, — засмеялся я. — На нём занимался сексом четырежды Герой Советского Союза, член Политбюро ЦК КПСС. Главное во всей этой фразе слово «член».

Девчонки тоже заржали. Наташа, оказывается, им ещё рассказала о том, что пока не было дивана, мы с ней занимались сексом на столе. Да, вот такие у нас отношения. Просто мы любим друг друга и нам интересно знать всё друг о друге. Понятно, что у каждого есть свои тайны и мы не хотим, чтобы о них знал кто-то другой. Знаете, позанимавшись с партнером любовью больше двадцати раз, ты начинаешь ему доверять. Так вот так же и мы. Мы не только любили, но и доверяли друг другу. Тем более у нас скоро родятся общие дети, которые нас ещё больше сблизят.

— Я сейчас поем вашей вкусной запеканки, — сказал я, чувствуя по запаху, что она уже готова. — А потом пообщаюсь с ремонтниками.

Запеканка, действительно, оказалась вкусной, поэтому я её с удовольствием съел. Девчонки смотрели на меня, положив подбородки на кулачки, и радовались. Ведь это их любимый муж ест с аппетитом то, что они сами, своими руками, приготовили.

— Можно мы тоже посмотрим, как продвигается ремонт? — спросили две до ужаса любопытные подруги.

— Если там не очень пыльно, то можно, — сказал я и поцеловал своих хозяек за вкусный ужин.

За шторку первым вышел я. Справа от проёма уже стояла, прислонённая к стене, красивая деревянная дверь в сборе. Вот что значит УПДК. Было, конечно, пыльновато, но терпимо.

— Девчонки, — крикнул я своим, — заходите.

Работы кипели в ванной с туалетом и на кухне. Мы заглянули сначала в ванную и увидели, как устанавливают джакузи. Да, она заняла ещё и туалет, но унитаз здесь остаётся. Когда рабочие увидели ещё и известных на всю страну солисток, они аж замерли. Вот какое впечатление на мужчин производят мои жёны. И только потом бригадир как-то странно посмотрел на мою левую сторону пиджака. Ну правильно, они три часа назад видели, что у меня три Звезды Героя, а сейчас я повесил четвёртую.

— Всё правильно, Семён Прокопьевич, — сказал я бригадиру. — Товарищ Брежнев только час назад вручил мне ещё одну Золотую Звезду. Как продвигается монтаж джакузи?

— Всё отлично, — ответил тот. — Финскую плитку мы на стены и на пол уже положили. Так что к вечеру полностью закончим ванную. На кухне тоже всё, почти, готово. Там мы югославскую плитку на пол положили. И мебель тоже из Югославии достали. Так что расходы в валюте идут немалые.

— На сегодня хватит?

— Ещё есть, но завтра лучше добавить. Мы всё остальное сразу докупим. Так что ещё тысячи три долларов понадобятся.

— Держите. Правильно делаете, что берёте всё качественное.

Моим хозяйкам всё понравилось. Раз они одобрили, то и остальным двум понравится. Когда мы вернулись к себе, я сказал:

— Мне надо в Лондон. Кто со мной?

Похоже, что я задал дурацкий вопрос. Конечно, они обе хотели в Лондон. Они же знали, зачем я туда отправляюсь. И они догадывались, что за женскими вещами я отправлюсь в Harrods на Бромптон-роуд.

— Может Наташу с собой возьмём? — спросил я Солнышко и Машу.

— Давай, — поддержала мою идею Солнышко. — Она с нами в Лондоне в шопинге ещё не участвовала.

— Сегодня максимум два платья, — чётко обозначил я границы разумного и дозволенного. — Мне группу «Серебро» надо приодеть к завтрашнему концерту.

— Хорошо, мы согласны, — ответила Маша, зная, что где два платья, там две пары туфель и две сумочки.

Я позвонил Наташе и предложил ей с нами прогуляются по Лондону. И вы думаете, что она, как настоящая комсомолка сказала, что она будет работать и никакой Лондон ей не нужен? Ошибаетесь. Она с радостью согласилась. Я разрешил ей взять нашу рабочую «Волгу». Через десять минут она была уже у нас дома. Она, первым делом, показала свой новый служебный паспорт с тайской одноцветной и одноразовой визой и билет на понедельник на самолёт в десять тридцать утра из Шереметьево.

— Молодец, — поздравил я её. — Я Вольфсону завтра всё расскажу подробно о цели поездки и его функциях во время оной.

И тут Наташа увидела мой пиджак с четырьмя Звёздами и всё поняла.

— Опять геройствовал, пока все мирно трудились? — улыбаясь, спросила она.

— Ну а кто, кроме меня это ещё мог сделать? — вопросом на вопрос ответил я.

— Он спас нашу страну от американских ядерных ракет, — ответила многозначительно Солнышко.

— Это как? — спросила, удивлённо, Наташа.

— Мы сами не знаем, но жутко гордимся Андреем, — добавила Маша.

— Ладно, — сдался я. — Пошли на кухню. Вы варите кофе, а я рассказываю, как было дело.

По мере того, как я рассказывал, они всё больше и больше обалдевали от услышанного. Их добило то, что я сделал с Вашингтоном.

— Это просто какая-то фантастика, — выразила общее мнение женской половины нашей семьи Наташа.

— В Лондоне узнаем последние новости, — сказал я. — Все должны поверить, что это были НЛО. Они и были ими на самом деле, только управлял ими я.

Это была вторая причина, по которой я хотел попасть в Лондон. Мы туда и попали через пятнадцать минут. Лондон бурлил из-за новостей из Штатов. Оказывается, сюжеты о нападении инопланетян крутили по всем новостным каналам. Вот тогда девчонки сразу и полностью поверили моим рассказам. Правда сообщалось, что храбрые американцы подбили три тарелки, но доказательств предоставить так и не смогли. В двух центральных новостных газетах были напечатаны несколько фотографий с места событий. Там были две с тех мест, где раньше были Белый Дом и Капитолий.

Правда сообщали, что никто не погиб, так как все были эвакуированы, как только огромная летающая тарелка зависла над Вашингтоном. Так я и не собирался убивать особо много людей. Я уничтожил два главных символа американской власти, чтобы знали, что ещё раз замахнуться на нас ядерной дубиной, получат ответ в пять раз мощнее.

Все видели, как восемь огромных тарелок ушли в сторону Луны. Некоторым астрономам со своих мощных телескопов удалось сфотографировать их на фоне нашего небесного спутника. Главное, что о Советском Союзе никто ничего не говорил. У нас не было на вооружении летающих тарелок. А американцы стыдливо молчали, что это они, по сути, попытались развязать третью мировую войну, но очень больно были за это наказаны. Но эта информация скоро просочится в прессу. Ведь никто не мог понять, зачем, на самом деле прилетели тарелки. Они висели над восьмью городами и никого не трогали. Потом американские истребители напали на них и инопланетяне их всех перебили, не став разрушать города.