Следователь и Колдун (СИ) - Александров Александр Федорович - Страница 92

Охрана — дюжие мужики с дубинками — покосились на позднего гостя, увидели повязку сотника и ничего не сказали, но и дверь открывать не поспешили. Тогда мужчина в черном сделал странный жест: сжал руку в кулак и выставил вниз средний и указательный пальцы. Один из охранников кивнул, звякнул ключами, и (“…проходите, проходите, аккуратнее, тут ступенька…”) открыл двери, пропуская внутрь, в духоту и сладость, где было розово, тепло и пахло жженым сахаром.

Мужчина в черном скинул в плеч мокрый плащ, который тут же подхватила миниатюрная девушка — черноволосая, кареглазая и очень красивая, отстегнул ножны, бросив их в ящик за которым пристально наблюдал одноглазый старичок в невообразимых размеров тюрбане, бросил на стойку толстую золотую монету и вошел в главный зал сквозь тихо звякнувшую бисерную занавеску.

Здесь было темно; горели лишь маленькие красные лампы на полу у лежанок. На лежанках среди разноцветных шелковых подушек с кисточками сидели люди — в темноте были видны только силуэты и маленькие оранжевые огоньки в чашках тонких длинных трубок.

К позднему гостю подошла еще одна девушка — высокая и красивая, в зеленой накидке, которая не скрывала абсолютно ничего, и подала бокал. Мужчина понюхал и выпил — это было вино, и, на удивление, неплохое.

— Массаж, курить, кушать? Что-нибудь экзотическое?

— Чай, гашиш и девочку. Девочку потом, через час. Отдельный зал, — еще одна золотая монета перекочевала в руку девушки в накидке. Та понимающе кивнула и жестом пригласила следовать за собой.

Девушка отвела его в маленькую уютную комнатушку рядом с лестницей в подвал, зажгла лампу и упорхнула, появившись менее чем через две минуты с большим серебряным подносом накрытом выпуклой крышкой-куполом, улыбнулась и упорхнула.

Мужчина снял с подноса крышку. Чайник, чашка, сахарница и маленькое блюдце на котором лежал рыже-зеленый брусок гашиша — судя по запаху, очень хорошего.

Он налил себе чаю, спокойно выпил, и беззвучно выскользнул в коридор — занавеска даже не звякнула.

Поворот, еще поворот. Темнота, в которой кто-то сопел, кашлял и ругался. Откуда-то доносились женские стоны и тихий звон чайной ложечки. Ага, а вот и ковер на стене.

За ковром скрывалась узкая дверца — информатор не соврал. Мужчина повернул ручку и призраком нырнул в дверной проем.

За дверью скрывалась комната — довольно большая. Здесь пахло кофе, потом и женской кожей; пол застилали ковры, там и сям валялись подушки и наспех сброшенная одежда. Большую часть комнаты занимала огромная кровать, на которой в данный момент лежали две голые девушки и молодой парень (на нем, впрочем, были желтые шелковые шаровары). Одна из девушек массировала парню плечи, а вторая подносила к маленькой трубке, которую парень держал в зубах тонкую горящую лучину.

Заметив нежданного гостя, парень в шароварах молнией метнулся к куче подушек в углу (там, очевидно, лежало оружие), но внезапно резко замер, опустил руки и растерянно улыбнулся.

— Асад? Как… Как ты меня нашел?

Нетерпеливым жестом он отослал девушек; они спокойно встали и вышли, улыбнувшись гостю и плотно прикрыв за собой дверь. Мужчина в черном чуть заметно качнул головой.

— Сирадж… Сколько времени прошло?

— Очень, очень много. — Парень в шароварах накинул на сухое мускулистое тело вышитую рубаху и недоверчиво склонил голову. — Как ты сбежал тогда? Ты знаешь, что случилось в “Гнезде”?

— Знаю. — Асад кивнул. — Я слышал, что ты выжил, но найти тебя оказалось непросто.

— Ты сам говорил, что не имеет значения, на кого работать. — Сирадж криво усмехнулся. — Лишь бы выжить. Халифат пал. Впрочем, это был вопрос времени.

— Что случилось с Аграбой? Она словно вымерла.

— Чума. — Сирадж рухнул на кровать и пошарив под подушкой достал широкую кожаную перевязь с метательными кинжалами-”рыбками”, которую принялся прилаживать себе на пояс. — Здесь — особенно сильно. Кодуны Пророка делали все, что могли. Многие ушли на север — на границе их отлавливали и убивали как животных. Теперь государства, как такового, не существует. И сколько времени займет восстановление Халифата — неизвестно.

— Ты теперь работаешь на Пророка?

— О да. Купаюсь в золоте и стою над законом… Ага, — Сирадж сощурился, — теперь я понял, как ты меня нашел. Убийство Отступника, да?

— Да, убийство колдуна Арахата. Такое смог бы провернуть только воспитанник “Гнезда”. Оставалось сложить это со слухами о том, что случилось той ночью в крепости.

— Дело не только в деньгах. — Сирадж принялся ходить по комнате взад-вперед, постепенно одеваясь. — Дело в Халифате. Страна разрушена, а теперь на ее костях хотят пировать шакалы, которые еще вчера пели дифирамбы тем, кто бросал им кости. И есть еще этот Мерлин, с которым мы, вроде как, в состоянии войны, но который боится нападать на нас из-за эпидемии. И правильно боится…

— Воины Аллаха не спасут Халифат уничтожая библиотеки и сжигая на кострах ученых, Сирадж.

— Не спасут! Не спасут! — внезапно заорал Сирадж. — Да, не спасут! А кто спасет? Пророк хотя бы смог объединить остатки Халифата под своим флагом!

— Предварительно уничтожив его?

— Асад, — Сирадж внезапно успокоился, — ну подумай сам: мы с самого детства были просто винтиками в огромной машине, которая нас ни о чем не спрашивала и особо не жалела. Теперь эта машина развалилась и наша задача — просто выжить… Кстати, а где ты был все это время?

— На севере. Обустроился как мог, потом вернулся сюда. Увидел, что здесь творится. Узнал что случилось… с остальными.

— Я ничем не мог им помочь. Рахим…

— Я знаю про Рахима. И ни в чем тебя не обвиняю.

— Так что, — Сирадж осторожно улыбнулся, — пожмем друг другу руки?

— Конечно. — Асад кивнул. — Давно пора.

Ладонь Сираджа была сухой и очень горячей.

Асад чуть сжал ее, услышал, как тихо щелкнуло устройство Мерлина, вздохнул и освободил руку из хватки Сираджа. Это оказалось непросто: яд уже подействовал, и мышцы сына библиотекаря свело судорогой. К счастью, у Асада получилось не поймать последний взгляд Сираджа, а через пару мгновений яд Мерлина дошел до мозга, и глаза Сираджа закрылись навсегда.

Асад отстегнул от ладони хитрую машинку Первого Колдуна, бросил ее на пол и раздавил каблуком, затем порылся в куче подушек, к которым бросился Сирадж в первую секунду его визита и нашел ножны с великолепным мечом внутри — настоящая синяя сталь, таких не делали уже несколько веков. Меч явно был очень дорогим, очень прочным и очень, очень острым.

Он повесил меч на пояс и вышел из комнаты.

Найти заднюю дверь оказалось несложно. Асад подождал, пока охранник отвернется, тенью метнулся в переулок, затем в другой, перемахнул через невысокий забор и оказался на заваленном мусоре пустыре.

Прямо перед ним стояла высокая фигура в черном плаще.

— Здравствуй, Асад.

Асад замер, но в следующий миг расслабил мышцы и глубоко вдохнул пахнущий дождем и гнилью воздух.

— Здравствуйте, наставник Рахим.

— Я упустил тебя на постоялом дворе. — Рахим поджал губы. — Дурак, нельзя было доверять этим идиотам-соглядатаям. У Пророка почти не осталось тех, кто способен делать работу качественно, так что, думаю, ему и его пародии на государство недолго осталось.

— Я тоже так думаю.

— Сирадж..?

— Вы опоздали, наставник.

— Похоже, — Рахим вздохнул, — мне придется покинуть Халифат быстрее, чем я рассчитывал. Мы разойдемся мирно, или?..

— Или.

— Все еще не можешь простить мне предательство? Думаешь, что я виноват в смерти мальчиков из “Гнезда”? Брось, Асад. Я — просто инструмент. Такой же, кстати, как и ты сам. Просто я работаю за деньги, а вот ты… за что работаешь ты? За идею? За миску супа? За…

К счастью, Асаду были знакомы эти фокусы. Он легко ушел от внезапного резкого выпада Рахима (“детский мат”, как называл его сам наставник), один движением выхватил меч из ножен и парировал второй, уже более хитрый удар из нижней плоскости.