D.R.E.A.M.E.R. Гепталогия (СИ) - Нелин Дмитрий - Страница 73

— Как только я оказываюсь в Ардении, все окружение, мои доспехи, оружие — все это меняет меня. Я становлюсь злее, жестче, а возвращаясь сюда, понимаю, что я не совсем такая-то на самом деле. И да, я люблю тебя, но Ираэль не скоро сможет смириться с этой новостью. Вот что меня пугает.

— Да забей, — я усмехнулся, — пройдет время и все устаканится само собой. Я полажу с тобой и тут и там.

— Правда? — Она улыбнулась.

— Ну, давай начнем тут, а там можешь бить меня по почкам, какая мне разница. Там даже моя гордость почти не страдает. А вообще, ты сильно изменилась за эти несколько дней. Стала более открытой, что ли. Это так на тебя повлияли мы с Ицхаком и нижний уровень?

— Да, — честно призналась она.

— Никогда бы не подумал, что такая сильная девушка, как ты, может быть настолько впечатлительной. Я думал, что ты отнесешься к этому более равнодушно, но я ошибся. Бывает. Ладно, нам пора завтракать да выдвигаться в офис, наверное.

— Не стоит торопиться, — ласково сказала она, — пойдем лучше в ванную. Вместе.

— Ну, тоже неплохо, — согласился я.

Однако нашим желаниям не было суждено сбыться. Мне пришла эсэмэска от Кости.

«Есть контакт с родителями. Тряси Ицхака. Ищейка. Ты посредник. Ирина с тобой». Вот и все. Отличное начало дня. Дело, не терпящее отлагательств. Пока мы завтракали, я переписывался с Ицхаком по Телеграму, а тот, в свою очередь, с ищейкой, который явно круто шифровался. Встреча была назначена через час на старом кладбище в одном из склепов.

— Жуть какая, — Ирину аж передернуло, — я думала, что мы встретимся в ресторане каком-нибудь.

— Ну, загадочная личность предпочитает немноголюдные места. Кто зимой по кладбищам ходить будет? Дубак же. Еще бы машину на учет поставить, она на номерах хоть?

— Да. Ничего страшного, покатаешься так по ДКП. Выходим.

На улице сегодня и правда было холодно. Ирина надела толстый свитер и утепленный бомбер, камуфляжные штаны, обулась в высокие берцы с мехом — все, готова к труду и обороне.

— Ты в юности, наверное, со скинхедами тусила? — спросил я, глядя на ее белые шнурки, которые она лихо закрутила вокруг ботинок.

— Да, было дело, собственно, там драться и научилась. Я просто от рождения здоровенная была, в батю пошла, он вообще вэдэвэшником был, правда, потом пошел по контракту служить и погиб во второй чеченской компании. Он очень жалел, что у него не родился сын, поэтому относился ко мне весьма грубо и жестко. Наверное, это и повлияло на мой характер. В итоге я стала пацанкой, ну а потом понеслось взросление. Секции карате, борьба. На тренировки скинов ходили к омоновцам, ну, ты в курсе, наверное, кто и зачем за этим всем стоял. Забавное было время — дикое, жуткое, опасное. Я тогда была влюблена в одного парня, ну и он ко мне тоже неровно дышал. Закрутилось, завертелось. Вместе бухали, трахались, дрались на рынках. Здоровенный такой был мужик, тоже немного полноватый, я его Булькой звала ласково.

— Бультерьер, что ли? Странное погоняло для скина.

— Да у него собака такой породы была, которую он постоянно с собой таскал. Очень добрая псина, но только с теми, кого он хорошо знает.

Мы проверили свое оружие и вышли из квартиры.

— Дай угадаю, — сказал я, — все закончилось хреново, да? Ну, как это обычно и бывает.

— Да, его зарезали вместе с псом на детской площадке. Подвесили на качелях и выпотрошили. Голову так и не нашли. Выследили его.

— Да, за что боролись, на то и напоролись. Я лично отрицательно отношусь ко всей это расовой нетерпимости.

— Мне тогда очень стремно было, но ничего, пережила, ну и ушла из скингерл. Поняла, что и меня такая же судьба ждет, а может, и похлеще, но силы-то у меня ого-го. Нет, не подумай, я не испугалась, просто поняла, что дерьмо это все. Мужиков больше заводить не хотелось, память травмирована надолго была. Ушла в качалки, стала там вымещать всю свою ярость и злость, коих у меня на троих хватает. А потом появились реконструкторы, и я поняла — отличное движение! Можно нацепить на себя доспехи и лупить всех подряд железками. Не сказать, что я прямо круто так машу мечом, но мужики меня не жалеют. Бьют по-настоящему, как равную, а это и хорошо.

— До сих пор тусишь с ними? — Мы вышли из подъезда, и я улыбнулся, завидев свою новую тачку.

— Уже почти нет. Просто хожу на тренировки иногда, но турниры и выездные бои остались в прошлом — нет времени. — Ирина остановилась возле моей новой машины. — Крутая тачила. Только погляди на ее злую рожу. Настоящий маскл кар. Американская легенда. Я тоже думала «Рэм» взять следующей тачкой.

Да, подарок был хорош. Сам бы я себе такой не купил. Жаба давила бы до конца жизни.

— Особенно крутым получился вот этот изгиб у заднего крыла, — я провел пальцем по линии бокового окна, — прямо олдскул, все, как я люблю, хотя машина 2017 года.

— И валить она должна хорошо. Ну, что кто поведет? — спросила Ирина.

— Давай ты. Я, во-первых, такой машины боюсь, а во-вторых, еще не совсем отошел от своего иссушения, у меня может быть заторможенная реакция. Убьемся еще.

— Хорошо. — Я бросил девушке ключ, пискнула сигнализация, и мы сели в американскую легенду на новый лад.

— Сзади места совсем нет, — недовольно сказала Ирина, — если придется кого-то везти связанным, не поместится толком.

— Так это и не тачка для выезда на стрелки, это же спорткупе!

— Уверена, что и багажник у нее только для дамской сумочки.

— Ну, вот вряд ли, все-таки это не кабриолет.

— Поехали, я знаю, где находится кладбище. — «Челленджер» заревел всем своим табуном под капотом и резво рванулся с места, да так, что меня вжало в сиденье.

— Не ссы, тут всего — то 380 кобыл и коробка-автомат, так что по определению он быстро ехать не может, а веса почти две тонны. Стандартный америкос. Надо было СРТ брать.

— Извините, я вообще не просил Костю о тачке.

— На первое время сойдет, не то что твой старый сарай. Я бы на твоем месте поджигателям бы еще и заплатила, и руку пожала, — усмехнулась Ира.

Тут она права. Я сам недавно думал, как бы от него избавиться. Мы мчали по Москве, и я в который раз удивлялся тому, что нас начали пропускать. Правильно, ты же не на шохе дырявой, а на крутой тачке. Мигнул поворотником, перестроился. Тебе фарами моргнули. Пропускают даже там, где правилами сказано обратное. Уважение? Ха, вряд ли. Скорее, страх. Есть у нашего народа какое-то холопство, которое до сих пор не смогли из него вывести. Видишь большой черный «мерседес» — уступи ему дорогу. В нем бандиты сидят. Простой человек такую машину не купит, он «октавию» возьмет в кредит или «сандеро» там. С девяностых идет эта тема. Посмотрите на правительственные тачки — большие, черные мерины с мигалками. За версту видно — шишки едут. Сторонись, холоп, или тебе проблемы нужны? Так вот у нас и повелось. Есть тачки для быдла, а есть для элиты. У обычного человека денег нет. Он по определению нищ и веревкой подпоясан. А деньги либо у бандитов, либо у власть имущих, хотя в наше время это уже синонимы.

— Сколько стоит этот пепелац? — спросил я.

— Не знаю, миллиона три-четыре, наверное, а может быть, и все пять, как моя.

— М-да, а Костя свой «майбах» взял за десятку.

— Он может, — согласилась Ирина, — ему по статусу положено. Он из высшего круга, что называется. Там такие люди, что к ним на драной козе не подъедешь. Я одно время с ним ездила в качестве охранницы, когда мы только все это начинали. И вот представляешь — загородная вилла размером с дворец. Парковка забита крутыми иномарками, и я в вечернем платье, а в сумочке стволик и кастетик.

— Чего, ептыть? — Я заржал, как конь. — Ну то есть — правда? Платье, сумочка? Не представляю тебя в таком прикиде, вот совсем. Скажи, что ты еще танцевать умеешь всякие там вальсы.

— Брось, там никто не вальсирует, Сережа, просто нажираются, как на даче у Кости, только вместо водки шампанское и коньяки по несколько сотен тысяч рублей за бутылку. А вместо сосисок всякие деликатесы. Я там впервые черную икру попробовала.