Бумажный тигр (II. - "Форма") (СИ) - Соловьев Константин Сергеевич - Страница 86

Лэйд потряс головой, чтобы разрозненные кусочки мыслей слепились во что-то упорядоченное, но тщетно, с тем же успехом он мог бы попытаться собрать из хлебных крошек, усыпавших его колени, новую булку.

— Хотите сказать, мы в опасности?

Полковник Уизерс не относился к людям, которые усложняют свою мысль многозначительными оборотами, пытаясь смягчить тон или сгладить неприятные впечатления. Иногда Лэйду казалось, что он вовсе не относился к людям.

— Да, — спокойно подтвердил он, — И в серьезной. С каждым днем Канцелярия фиксирует все больше тревожных сигналов. Необъяснимых случаев, жутких происшествий, неприятных совпадений. Это похоже на дрожь, улавливаемую сейсмическими датчиками, верный признак приближающегося землетрясения. Кто знает, каким оно будет, первое в мире землетрясение в Новом Бангоре?..

Лэйд выставил перед собой открытую ладонь.

— Стойте! Если ситуация в самом деле так серьезна, как вы пытаетесь меня уверить, отчего вы сами не занялись этим?

— Отчего вы считаете, что не занялся?

— Всю последнюю неделю вы провели, выгуливая по острову мальчишку, точно праздный гид! Вместо того, чтобы… — Лэйд почувствовал, как язык становится сухим и мягким, как старая губка, которой стирают с доски мел, — Ох, черт… Уилл!

— Да. Уилл. Славный парень Уилл из Лондона, — полковник Уизерс мягко потер затянутые в плотную черную ткань ладони и Лэйду показалось, что между ними щелкнуло несколько белых искр, — Начинающий художник, бездарный поэт, самозабвенный мистик, невольный убийца…

— Вы знали! — воскликнул Лэйд, забывшись, — Знали!

Полковник Уизерс поморщился, точно от этого возгласа у него заныла голова.

— Бога ради, мистер Лайвстоун. Я же не какой-нибудь делопроизводитель второго класса, я первый заместитель секретаря Канцелярии. Разумеется, я знал. Как только проблемы сделались очевидны, а прогнозы отчетливы, я затребовал всю информацию о странных случаях и досадных происшествиях на острове за последние полгода. Поверьте, не требовалось иметь семи пядей по лбу, чтобы понять — все неприятности начались аккурат в тот самый день месяц назад, когда Уилл впервые ступил ногой на землю Нового Бангора.

Лэйд бесцеремонно швырнул птицам остатки булки и те негодующе заверещали, сцепившись между собой за право обладания этим сокровищем. Беспечные птахи, подумалось Лэйду, это все, что их заботит…

— Значит, все эти… — он неопределенно пошевелил в воздухе пальцами, как бы нащупывая подходящее слово, — Процессы — что-то вроде раздражения? Его реакция на присутствие нового гостя?

— А какой еще вывод я полномочен сделать в этой ситуации?

— Это значит… — Лэйду опять захотелось тряхнуть головой, — Левиафан… злится?

— Можно сказать и так, — полковник Уизерс запрокинул голову и несколько секунд молча разглядывал плывущие над Сомерс-парком облака, блеклые, истончившиеся и похожие на только что выстиранные, но не отглаженные платки, — Присутствие нашего друга Уилла, кажется, пришлось ему не по душе. И он реагирует на него, как организм реагирует на инородное тело, пробившее защитные барьеры. Знаете, как это обычно происходит у людей… Повышение температуры, озноб. Потом лихорадка, бред, горячка, судороги…

— Но это нелепо! — Лэйд сам не заметил, как повысил голос, — Уилл оказался в Новом Бангоре потому, что услышал зов. Как и мы все в свое время. Это значит, Он призвал его. Выделил из прочих. Как призвал меня, пьяницу Шеппарда, кровососа Пульче, членов клуба «Альбион» и…

— Если он был, этот зов, — спокойно обронил полковник Уизерс, не отрывая взгляда от облаков, — В том-то все и дело, мистер Лайвстоун. Если он был…

Лэйд ощутил, что безотчетно впился пальцами в скамейку, будто та в один миг утратила всю свою прочность, сделавшись трухлявой и ненадежной. А еще ощутил легкий приступ головокружения.

— Вздор! — вырвалось у него, — Конечно, слышал. Только так он мог попасть на остров. Ведь…

Полковник Уизерс внезапно повернулся к нему всем корпусом. И Лэйд вдруг ощутил, что прилип к сиденью, точно растопленная солнцем восковая фигура, прилип всем телом. Во взгляде полковника не было угрозы, там было что-то другое. Лэйду показалось, что он ощущает негромкий гул, вроде того, что бывает поблизости от гальванических проводов высокого напряжения. Гул, от которого окружающий воздух будто бы делается более плотным и колючим, потрескивающим невидимыми разрядами. И сейчас эти разряды мягко коснулись его кожи, родив тревожный беспокойный зуд по всему телу.

— Скажите, мистер Лайвстоун, вы не заметили в вашем новом знакомом чего-то странного?

Возможно, полковник Уизерс и не умеет читать мысли. Возможно, можно солгать, глядя ему в лицо, и не превратиться после этого в налет золы на скамье. Но Лэйд знал, что не станет искушать судьбу. Всегда можно найти более безболезненный способ уйти из жизни, чем лгать представителю Канцелярии.

— Сегодня в Олд-Доноване он чуть не лишился жизни. Но по какой-то странной случайности выжил.

Полковник Уизерс кивнул, точно это и ожидал услышать.

— Я не удивлен. В жизни мистера Уильяма довольно много случайностей. Проблема лишь в том, что с недавних пор эти случайности стали проблемой для Канцелярии и всего острова. За последний месяц он должен был умереть самое меньшее трижды.

— Трижды?! Что вы хотите сказать?

— Я всегда говорю именно то, что хочу сказать, — спокойно заметил полковник Уизерс, — Иначе моя работа была бы еще сложнее. Уилл трижды избежал смерти, сам того не подозревая. В первый раз его пырнули ножом какие-то бандиты в Скрэпси. Сам Уилл полагает, что ему просто повезло, лезвие прошло мимо, не задев, но уверяю вас, я отчетливо видел, как оно вошло аккурат ему между ребер.

— Вот дьявол…

— Дьявола там не было, — спокойно возразил полковник Уизерс, не посчитав нужным даже обозначить улыбку или шутливый тон, — Уверяю, я бы это заметил — мы с этим джентльменом знакомы, хоть и не накоротке.

Глупая шутка, совсем не в духе полковника Уизерса. Но Лэйд предпочел проигнорировать ее — сейчас его интересовали вещи посерьезнее.

— А дальше?

— Во второй раз его должна была сожрать какая-то скатоподобная дрянь в Клифе. Весьма голодная и злая, судя по всему. Но он вновь вышел целым и невредимым. Ни одной прорехи на костюме. Удивительное везенье.

— И не говорите, — мрачно обронил Лэйд, — На его месте я бы начал покупать лотерейные билеты.

— Третий раз был прозаичнее — в Редруфе его чуть не снес идущий полным ходом локомобиль, водитель которого вздумал побаловаться рыбьей чешуей. Удар на скорости в сорок пять миль должен был оставить от нашего приятеля пятно на мостовой, однако даже не испачкал пиджака, проехал насквозь, как сквозь облачко. Так что если вы думаете, будто можете меня всерьез удивить тем, что произошло в Олд-Доноване, вынужден вас огорчить. Я не удивлен.

Трижды, подумал Лэйд, зачем-то оттопырив три пальца и пристально глядя на них. Нет, четырежды. И это только доподлинно известные случаи. Уму непостижимо. Он раз за разом выносил помилование безвестному ученику гравёра вместо того, чтобы смять и раздавить, как заблудившегося ночного мотылька.

Это могло означать лишь одно.

— Остров оберегает его… — пробормотал Лэйд вполголоса, — Вот оно что. Укрывает его от гибели. Я слышал о таких случаях.

Полковник Уизерс медленно покачал головой. Несмотря на то, что он был легче Лэйда самое малое фунтов на восемьдесят[150] и ниже на голову, движение это казалось внушительным и грозным, точно это сам многотонный гранитный Горацио Нельсон величество покачал головой с вершины своей колонны[151].

— Я знаю, о чем вы говорите. О людях, которые невольно обрели покровительство Нового Бангора, хоть сами о нем не просили. Как правило, об этом любят болтать никчемные шарлатаны и самозваные демонологи, воображающие себя опытными оккультистами. И, как правило, они ни черта не смыслят в этих делах, а их истории представляют собой полнейший вздор, рассчитанный на экзальтированных особ и доморощенных мистиков. Я тоже слышал подобные. О пулях, которые внезапно отскакивают от груди и о прочем в том же духе.