Бумажный тигр (II. - "Форма") (СИ) - Соловьев Константин Сергеевич - Страница 100

— Секретарем? — спросил Уилл. Так торопливо, что напомнил Лэйду воробья из Сомерс-парка, пытающегося улизнуть с хлебной крошкой в клюве, — Значит, у зловещей Канцелярии все-таки есть руководитель? Кто же он?

— Никто не знает, — индифферентно отозвался Лэйд, — Подпись не читаема. Или складывается в такие надписи, что немудрено свихнуться, пытаясь их разобрать. Как бы то ни было, почте пришлось подчиниться. Никто не идет против воли Канцелярии, даже когда эта воля противоречит законам коммерции, логики, здравого смысла или мироздания. Почтальоны в срочном порядке начали учиться свисту, за марками был установлен строгий контроль и так далее в этом роде.

— Забавно, — согласился Уилл, — По крайней мере, пока никто не умер, и уже одно это немало меня воодушевляет.

— Спустя три дня полк морской пехоты Его Величества, расквартированный на острове, получил от Канцелярии депешу в обход своего прямого командования, которая в категорическом тоне требовала отменить традиционные марши, заменив их торжественной сарабандой[170], как более соответствующей духу времени и полезной для физической подготовки личного состава. Говорят, у полковника Морриса едва успели выбить пистолет — старик всерьез планировал застрелиться. Но и этим дело не кончилось. Сорок три ресторана по всему острову на той же неделе получили от Канцелярии Нового Бангора строгое предписание — заменить всю соль в подаваемых блюдах тростниковым сахаром, добавить в меню пудинг из древесной стружки и вписывать в каждый счет три с половиной пенса за поминовение души сэра Фредерика Марриета[171]. Разумеется, и это указание было исполнено ими в самый короткий срок.

— Но ведь это… нелепо, — осторожно заметил Уилл, — Я имею в виду, даже последнему дураку станет очевидно, что подобные распоряжения в лучшем случае не несут смысла, а в худшем походят на розыгрыш!

— Вы просто не привыкли к тому, какая сила заключена в слове «Канцелярия», Уилл. У этой силы не принято ничего уточнять, как не принято уточнять у тропического урагана его планы и соображения. Докеры из Клифа не сомневались ни минуты, когда получили от Канцелярии указание заливать вместо балластных вод сельтерскую с клубничным сиропом, а библиотека острова не колеблясь вырезала из всех своих книг страницу под номером триста шестнадцать. За одну неделю подобных распоряжений, ордеров и предписаний было направлено несколько десятков, и все — самого причудливого свойства. Обычно-то Канцелярия старается не вмешиваться чрезмерно в жизнь острова, но тут будто прорвало какие-то невидимые трубы…

— Значит, все это исполнялось?

— Несомненно. Немедленно и без уточнений. Единственным, кто набрался достаточно смелости, был брандмейстер Нового Бангора, который не мог взять в толк, отчего пожары с этого дня полагается тушить лиловыми чернилами и чем кардинальские сутаны лучше в качестве одежды пожарных, чем привычные брезентовые робы. Он был достаточно отважен, чтобы сделать уточняющий запрос в Канцелярию — и внезапно получил ошеломляющий ответ.

— Все это было фальшивкой?

— Да, — торжественно сказал Лэйд, — Вплоть до последней бумажки. При том, что печати Канцелярии выглядели подлинными, а сами документы не имели никаких признаков подделки. Фальшивки, но ювелирного качества, о котором не могли мечтать даже лучшие фальшивомонетчики. И такое странное использование таланта, если не сказать — пугающее! Поверьте, в Новом Бангоре найдется гораздо больше желающих засунуть руку в пасть голодной акуле, чем разыграть кого-то, действуя именем Канцелярии. А вот Альф-Глашатай не испугался. Простите, забыл сказать. Глашатаем Альфом таинственного отправителя прозвали журналисты «Серебряного рупора», который более известен в Новом Бангоре как «Луженая глотка». Тогда они еще потешались, не зная, что уже следующий номер газеты выйдет, согласно ордонансу Канцелярии, на чистом суахили… Что до самого Альфа-Глашатая, в скором времени ему суждено было стать кошмаром Канцелярии.

— Значит, он не остановился?

— О, напротив. Он начал орудовать с таким размахом, как будто под его началом было два десятка машинисток, дюжина деловодов и целый штат секретарей. Предписания, инструкции, формуляры и приказы посыпались как из рога изобилия — все составленные на безукоризненном канцелярском наречии, соответствующим образом завизированные, проштампованные, зарегистрированные, согласованные и оформленные. Шляпный магазин получал от Канцелярии указание не обслуживать лысых в интересах национальной безопасности. Сразу два банка объявили о том, что с этого момента принимают в число имеющих хождение валют на острове еловые шишки. Парикмахеры острова, проснувшись одним прекрасным утром, обнаружили, что на них с этого дня возложены обязанности судебных приставов. Но по-настоящему черным временем это стало для полиции острова — согласно строжайшей директиве на полторы недели нижние дамские панталоны стали частью обязательной формы для всех констеблей Нового Бангора. После подобного унижения у всех «бобби» наливались кровью глаза, стоило кому-то поблизости помянуть Альфа-Глашатая.

— Как по мне, этот парень явно не дорожил жизнью.

— Слабо сказано. В короткое время он стал злейшим врагом Канцелярии. Крысы полковника Уизерса тщетно щелкали челюстями, устраивая облавы по всему острову, от подпольных рыбных притонов Скрэпси до респектабельных гостиниц Редруфа. Но самое страшное заключалось в том, что несмотря на все их усилия, вполне достаточные, чтобы перевернуть Новый Бангор кверху дном, точно старый жестяной таз, неугомонный Альф не собирался сдаваться. Многие уважаемые компании и государственные учреждения острова оказались в крайне неудобном и щекотливом положении. Никому не улыбалось принять к исполнению явственно фальшивый приказ, сделав себя тем самым объектом насмешек, однако, с другой стороны, много ли отыщется смельчаков, способных открыто проигнорировать волю Канцелярии?.. Это может показаться весьма забавной историей, однако ведомство полковника Уизерса неожиданно для себя оказалось в ловушке, причем ловушке, которую само сооружало бесчисленно долгое время. Вы ведь знаете, что такое Канцелярия.

— Иногда у меня возникают сомнения, что на этом острове найдется хотя бы один человек, который знает, что такое Канцелярия.

Если это было шуткой, то Уилл счел возможным не сопроводить ее улыбкой.

— Ну а вы? — поинтересовался Лэйд, — Уж вы-то точно могли составить об этом представление. Мало кто может похвастаться тем, что целую неделю провел в обществе полковника Уизерса!

— Это был интересный опыт, — сдержанно согласился Уилл, — Но едва ли он многое мне дал для понимания того, что представляет собой организация, которую он представляет. Иногда мне казалось, что Канцелярия — нечто сродни тайной полиции. Иногда — что тайная оккультная ложа, заключившая в стальную хватку весь остров и навязавшая ему свою власть. Иногда… В конце концов я настолько запутался, что бросил попытки разобраться в ее природе и устройстве. Канцелярия есть — и это данность Нового Бангора. Данность, которую нам, жителям острова, приходится принимать без возражений и уточняющих вопросов.

Нам — жителям острова… Лэйд коротко выдохнул через нос, ощущая, как внутри души, точно кровь в раскаленных внутренностях фаларидского быка[172], вскипает злость. Этот слюнтяй уже вознамерился считать себя жителем Нового Бангора! Он, человек, которого на причале ждет корабль…

Нет, приказал себе Лэйд, спокойно. Спрячь колючки, Чабб, тебе ли не знать, что злостью дело не решить. Ты уже пробовал — вчера — и остался ни с чем. Тебе придется держаться прежней тактики. Показывать Уиллу те стороны Нового Бангора, которые его сопливая душа склонна игнорировать или не замечать. Демонстрировать ему истинный лик чудовища, которого он в силу романтического малодушия, наделил не свойственными ему чертами.