Черный дождь. Дилогия (СИ) - Скороходов Артём - Страница 50

Минут через пятнадцать паромобиль остановился и снаружи пару раз стукнули. Приехали. Закрытый гараж, рядом стоит еще несколько грузовиков. За стеной раздавался ритмичный многоголосый шум, как будто сотня небольших паровозов пыталась уехать, но у них ничего не выходило. Молча следуя за провожатыми, мы зашли в неприметную дверь и очутились в огромном ткацком цеху. Здесь стояло несколько десятков станков, которые, вращая большими металлическими колесами, шипели и стучали здоровыми рамками, на которых были натянуты разноцветные нити. Между станками ходили механоиды, внимательно следящие за процессом.

– Пароволк! Как же я рад тебя видеть! Ты как раз вовремя. Готов продолжать? – распахнув руки, ко мне шел Марк по прозвищу Чекан. Он почти не изменился, только одет теперь был как мелкий лавочник, на подбородке топорщилась маленькая черная бородка, а на носу сидели круглые очки в тонкой оправе.

– Здравствуй, Марк! – я пожал протянутую руку. – Всегда готов.

Тихий невзрачный человек, который представился как Шевро, обстоятельно расспросил меня про действия во время и после Стачки. Он хотел меня так же расспросить про мое прошлое, но вмешался Марк и увел меня в дальние помещения. Там из склада с рулонами ткани мы по замаскированному проходу пробрались в подвал.

В небольшом помещении с низким потолком стоял большой печатный станок. Он крутил огромное колесо, шипел паром и выдавал каждую секунду страницу отпечатанного текста. Я с интересом глянул, что там написано.

Братья и сестры!

Прогнивший режим, погрязший в кумовстве и коррупции, еле стоит на своих трухлявых ногах. Остался последний шаг, чтобы снести его во славу народа и трудящихся. Мы, простые работяги, несем на своих натруженых спинах это проклятое семя, пьющее нашу кровь. Встаньте плечом к плечу с нами и помогите... смерть угнетателям... всеобщая стачка... революция...

– Марк, слушай, слово «натруженных» пишется с двумя «Н», – сказал я.

– Серьезно? – парень схватил листовку и начал изучать ее, морща лоб. – Вот черт! Рудольф! Ну сколько можно?!

Сумрачный молодой человек с черными мешками под глазами подошел из глубины комнаты к нам. Изучил листовку, чертыхнулся, остановил печатный станок и вдруг зашелся глубоким, жутким кашлем. Я подошел к нему и дотронулся до его плеча.

– Рудольф, давно у тебя этот кашель?

– Да вчера чего-то началось, – успокоившись, ответил он. – Простуда, ничего серьезного.

Тут я заметил, что в логах у меня мелким шрифтом бегут какие-то строки, выделенные красным шрифтом.

Заражение Старой Чумой – неудачно. Иммунитет к болезням, передаваемых воздушно-капельным путем.

Вот блин! Я отдернул руку.

– Слушай. По-моему, это не простуда. Ты слышал про Доброго Дедушку? – спросил я.

– Чума-то? Да не, брось, какая чума. Ерунда. Ее лет пятьдесят уже как победили.

Я молчал.

– Да нет. Не может быть, – Рудольф побледнел еще больше.

Марк помрачнел, близко не подходя, сказал:

– Язык покажи.

Рудольф напрягся, медленно, с испуганными глазами вытянул язык. Тот был покрыт яркими желтыми пятнышками.

– Дерьмо! Рудольф! Как ты умудрился-то! – воскликнул Марк, потом секунду подумал и начал раздавать приказы: – Так. Быстро. Ни на кого не дышать. Бегом в аптеку, покупай лекарство и в свою комнату. И не выходить из нее, пока не выздоровеешь! Лиза! Исправляй ошибки в листовках. Допиши внизу, что в городе эпидемия Старой Чумы. Напиши, что власти скрывают, что она поражает только бедняков, а буржуи хотят нашей смерти. Наплети что-нибудь помрачнее, ты умеешь. Позови Луциаса. Хотя нет, я сам.

На фабрике было найдены еще три работника с желтыми пятнами на языке, которым немедленно выдали деньги и отправили к аптекарю. Марк лютовал. Листовки надо было развести и распространить по всему городу, по всем районам кроме зеленых. Один грузовик, загруженный бумагами, прикрытыми сверху тканью, отбыл, но этого было чертовски мало. Через три дня планировалось большое восстание, и надо было сделать так, чтобы об этом узнали все трудящиеся и «честные люди». Посмотрев на мой язык, Марк попросил меня о помощи:

– Серый, помоги, пожалуйста, с распространением. Надо чтобы за эти два дня каждый житель города увидел эти листовки. Надо их клеить на заборы, стены, распространять на предприятиях, везде, где их могут увидеть. Часть мы раскидаем завтра с дирижабля, часть уже отправили в восточные кварталы города. Поможешь?

Вам предложено задание «Апрельский посев». Помочь с распространением листовок революционной фракции «Черный Апрель». Не попадитесь полиции.

Награда: вариативно от количества использованных листовок.

Штраф: розыск за преступление перед властями Города Сов.

Отказ: Понижение репутации перед революционной фракцией «Черный Апрель» и лично перед Марком Чеком –10.

Все эти игры в подпольщиков меня не особо будоражили, но мне нравился Марк. Он был смел, харизматичен и активен. Он вызывал симпатию. Почему бы не помочь хорошему человеку.

– Помогу, конечно, Марк. В каких квартал совсем глухо, где помочь?

Из капюшона высунулся Тушкан, который клацнул зубами и уставился на окружающих.

– Твой питомец, да? – с интересом спросил Марк. – Разумный? А его нельзя приспособить к листовкам?

Мы приделали небольшой рюкзак на спину Тушканчику. Он аж приплясывал в возбуждении и, когда его нагрузили увесистой пачкой листовок, Тушкан тявкнул и убежал наружу.

Я собирался выходить из игры, когда у меня высветилось системное сообщение.

Ваши изделия стали широко известными! Вы теряете особенность «Мастер!». Вы приобрели особенность «Безумный мастер». Отношение к вам всех жителей Города Сов –15. С этого момента некоторые НПС будут обращаться к вам «Мастер» или «Инженер». Те НПС, что встречались с вашими творениями, могут вам грубить и проявлять агрессию. На всех ваших изделиях по умолчанию будет стоять ваше клеймо.

Это что такое? Почему минус к отношению, что вообще происходит. Надо поговорить с Кацентодд. Чувствую, это ее проделки. Поймаю ее завтра.

/logout

Глава 17

– ИИВУК, погляди что там с восьмой нодой, опять мониторинг дергается.

– Хорошо, Сергей, – вежливо ответил Гораций.

Зазвонил мобильный. Кто там? Поглядев на высветившийся номер, я вздохнул. Это была мама. Как выяснилось, с неумолимостью атомного ледокола она двигалась ко мне в берлогу, причем с моими сестрами. Ну хоть отец смог избежать этой участи, укрывшись в гараже. Мне было указано, что они прибудут через полчаса, и я должен купить по дороге суши и быть дома. Никакие отговорки, что до конца рабочего дня еще двадцать минут, а потом еще столько же мне надо на дорогу, не принимались. Предвидя бурю, я положил трубку. Сейчас начнется перекладывание моих вещей с места на место, уборка всего необходимого по разным норкам, где я потом полгода ничего не найду.

Я быстро завершил дела и уже думал, что пора собираться, как проснулся Гораций:

– Сергей, я понял, в чем причина сбоя мониторинга. Надо немного изменить настройки, я скинул изменения вам на экран.

Все-таки он молодец, подумал я, принимая исправления. Хорошая вещь такой вот помощник. Неудивительно, что они пользуются все большей популярностью. С другой стороны, компьютеры отнимут работу у людей и всё. Нейронка зарплату не просит, в отпуск не уходит, один раз купил и получил беспроблемного круглосуточного работника. Эти размышления привели меня к тому, что надо все-таки разобраться с настройками сети. Как и любая технология, она выглядит очень сложно, но ровно до того момента, пока ты не разберешься. После этого все становиться простым и логичным. Надо собраться с духом и подняться на этот Эверест. Ну, не Эверест и не подняться, но надо, Серега, надо.