Нет места под звездами (СИ) - Кос Анни - Страница 49

— Никто, — быстро отозвалась она. — Он — никто. Его имя тебе ни о чем не скажет. Кроме того, я не знаю, где он сейчас, и не уверена даже, что он жив.

— Хочешь сказать, что отдалась малознакомому человеку, который бросил тебя после одной ночи? — изогнул изящную бровь Сабир. — Я был лучшего мнения о твоих принципах. Знаешь, каждый раз, когда я надеюсь, что наконец понял тебя, ты преподносишь мне сюрпризы. И произошло это…?

— В конце лета.

— До или после смуты? — он развернулся и оперся бедрами о широкий подоконник, теперь его темные глаза пронизывали Мейрам насквозь.

— До, — чего ей стоило не дрогнуть под этим взглядом, одному небу ведомо.

— Он имел отношение к заговору? Подумай хорошо, прежде чем солгать.

— Никакого, — уже тверже ответила Мейрам, — клянусь стихиями. Просто человек, далекий от двора, но слишком очаровательный и уверенный в себе.

— Так рьяно его защищаешь, — император ей не верил и не скрывал этого. — Может, лучше спросить тебя по-другому? С господином главной тайной службы ты будешь более откровенна?

Мейрам не нашлась с ответом, только побледнела еще больше. Но император уже обуздал свой гнев и взял себя в руки.

— Ты же понимаешь, что теперь придется расплачиваться за эту слабость? Мы не в том положении, чтобы позволить сброду, который смеет называть себя знатью, опять судачить об императорской семье. Твое дитя не может принадлежать только тебе. Особенно если в нем пробудится дар четырех стихий.

— Так ты позволишь ему появиться на свет? — внезапная надежда зажглась в ее сердце и даже предала сил.

— А что прикажешь мне делать? Поступить по закону? Выставить на площади у позорного столба, рассказать всем о твоем падении и предать публичной порке? Не переживешь ее, слишком слабая, — в голосе императора вновь зазвенела злость. — Ты можешь еще мне понадобиться, а счастливое будущее этого ребенка станет залогом твоей покорности и верности. До тех пор, пока ты станешь выполнять мою волю, его жизни ничего не будет угрожать.

Мейрам сникла, откидываясь на подушки. Сабир заговорил вновь.

— Официально будет объявлено о попытке отравления. Быть может, я даже найду и накажу виновных в этом коварном преступлении. Вскоре ты уедешь домой, в свое имение, и пробудешь там до родов. Сиф Йонна выделит людей, чтобы охранять тебя и следить за каждым шагом, они же увезут дитя и передадут его на воспитание в надежные руки, — при этих словах Мейрам не удержалась и всхлипнула. Сабир подошел к ней, сел на край постели, коснулся ее плеча, провел рукой по волосам, в беспорядке рассыпавшимся по шелковому покрывалу. — А ты вернешься ко мне и будешь моей опорой и поддержкой. Верно, любимейшая сестра?

— Я смогу навещать ребенка?

— Время покажет, зависит от твоего поведения. И не советую пренебрегать моей милостью.

Император встал и направился к выходу, но оглянулся у самого порога.

— Не лей слезы понапрасну, в столь деликатном положении это вредно. В конце концов, вполне возможно, что в твоем чреве зреет будущее империи.

***

Все произошло в точности так, как сказал Сабир. Мейрам увидела своего ребенка лишь раз — сразу после родов. Мальчик: здоровый, красивый, светловолосый. В нем смешалось поровну от отца и матери. “Слава стихиям, — подумала она, — он не похож на моего брата. Быть может никто и не узнает.”

— Саад, — тихо прошептала она, целуя крохотное, сморщенное, красноватое еще личико. — Я нарекаю тебя именем Саад.

Мейрам никому не позволила забрать ребенка, укачала его на руках, а потом, положила около себя. Она знала, что малыша тотчас унесут тотчас, как она заснет. У них двоих был только этот крохотный кусочек счастья, эти драгоценные минуты вместе. Наперекор огромной усталости она продержалась несколько часов, стараясь зафиксировать в памяти черты его лица, едва заметные особенности, каждую незначительную деталь. “Небо знает, когда я увижу тебя снова, — думала она засыпая. — Но теперь я узнаю тебя, что бы ни произошло. И ты помни меня. Однажды я вернусь за тобой.”

Через несколько дней в поместье приехал придворный лекарь. Он привез новости, которых Мейрам ждала с нетерпением и плохо скрываемым страхом.

— У мальчика нет дара всех стихий, — лекарь не стал откладывать важное на потом. — Только сильные Вода и Воздух, как у вас. Слабая Земля. Огня нет вовсе. Конечно, со временем они могут пробудиться и обрести новую силу, но со способностями Адиля не сравнятся никогда.

Мейрам почувствовала, как облегчение и радость накрывают ее с головой. Она порывисто обняла и расцеловала старого лекаря в обе щеки.

— Спасибо вам за добрые вести! Благодарю!

— Я не сделал ровным счетом ничего, — смутился лекарь. — Но поздравляю вас от всего сердца. Саад очень милый ребенок. Я рад, что он не станет угрозой первенцу императора.

— Большая удача для всех, включая меня. Как он сейчас?

— Его увезли, я не знаю куда, мне не позволили сопровождать повозку, — старик тяжело вздохнул. — Но я видел тех, кому поручено заботиться о нем. Хорошие, приятные люди. Пара, лишенная счастья иметь своих детей, они искренне радовались этому крохе, для них он — дар, вне зависимости от того, кем являются его настоящие родители.

— Они знают?

— Нет.

— Хорошо, — она кивнула.

— Я могу ошибаться, но ваш брат проявил милосердие по отношению к вам и ребенку, подобрав для малыша любящее окружение вдали от столицы. Этим людям выделили приличное содержание, новый дом, обеспечили всем необходимым. Саад будет расти в любви и достатке. Знаете, я много лет при дворе, еще со времен жизни вашего отца, и видел разное за эти годы… И рад, что в этот раз мои страхи оказались напрасными.

— Мне остается только довериться вашему чутью, — вздохнула Мейрам. — Но не стоит заблуждаться. Сабир никогда не делает ничего просто так, у его поступков всегда есть причины, как минимум две. Уверена, что за Саадом будут присматривать хорошо, и в том числе — люди тайной службы.

Лекарь ничего не ответил, только сжал пальцы Мейрам, давая понять, что ее слова услышаны и истолкованы верно.

— Я останусь пока с вами, понаблюдаю за вашим состоянием. Если вы оправитесь быстро, то мы вернемся ко двору до начала следующей луны.

— Надеюсь, так и будет.

33. Коварство лилий

Возвращение в столицу прошло тихо и незаметно. Сиятельный император любезно поприветствовал сестру, но ни больших торжеств, ни даже скромного домашнего праздника не было. Для всего двора Мейрам просто вернулась из долгого путешествия, куда отправилась с целью поправить здоровье после отравления. По обвинению в покушении на сестру императора еще несколько месяцев назад казнили двоих членов малого совета. Злая ирония: две невинные жизни в обмен на две другие.

Во дворце все осталось по-старому, разве что прислуживали Мейрам теперь совершенно незнакомые люди, назначенные лично господином Сифом Йонной и одобренные императором. Ни малейшего шанса на то, чтобы сделать лишний шаг, передать записку или выскользнуть из дворца без охраны, у Мейрам не осталось.

Единственной отдушиной оставались разговоры с императрицей. Она, как и прежде, благоволила сестре своего мужа. От нее не стали держать в секрете новости о рождении ребенка. Арселия ни на секунду не усомнилась в том, что дитя Мейрам не будет угрозой Адилю, потому что как никто другой во всем дворце понимала всю боль и счастье этого неожиданного материнства.

Мейрам тихо вздыхала про себя, удивляясь тому, как Арселии удается сохранить столь чистую душу в окружении сплошной грязи и интриг. И мысленно благодарила все стихии за то, что однажды Мушарафф бен Рушди переступил порог дома родителей Арселии. Не разразись та песчаная буря, не приведи она караван работорговца в уединенное жилище, многие судьбы в Золотых Землях сложились бы гораздо трагичнее.

Шли недели, затем месяцы. Она смирилась, простилась с прошлым, спрятав драгоценные имена любимого мужчины и рожденного ребенка в самых дальних уголках памяти. И решительно переключила свое внимание на совершенно иные дела.