Не ходите, девоньки, ночью в лес одни (СИ) - Джонсон Лия - Страница 8

— Меня вообще девушки отталкивают. Зверь почувствовал свою пару, и теперь его воротит от запаха любой другой самки.

Вот тут от любопытства даже появились силы встретить его взгляд. И даже пропустила мимо ушей это грубое, режущее слух «самка».

— То есть, ты хочешь сказать, что вы, оборотни, не способны на измену? — Пытливо сощурила глаза.

— Девочка, для того, кто хочет изменить, способы всегда найдутся. Но разве приятно носиться за пустотой, когда где-то ходит та, от запаха которой улетают мозги? — Прохрипел мужчина, нюхая мои волосы.

— Не называй меня девочкой! Чувствую себя студенткой рядом с преподавателем. А такие фантазии меня, знаешь ли, не заводят. — Буркнула я. лишь бы скрыть волну жара, что накрыла меня от его действий.

Это было так примитивно, но так чувственно. Что-то такое запредельное, что сворачиваются внутренности.

Медведь рассмеялся, вызывая новый рой мурашек, и склонился ещё ближе, переходя с волос на мой лицо. Длинные грубые пальцы нежно выводили узоры на коже, очерчивая скулы, подбородок, мочки ушей.

Я знала, что он делает. Он медленно подбирался ближе, проникая под мой защитный купол, плавно вторгаясь в личное пространство, чтобы не спугнуть меня ненароком, не оттолкнуть. Я знала это, но всё равно позволяла. Потому что просто не находила в себе силы прекратить восхитительное безобразие.

— Ты хоть сам понимаешь, как всё это звучит? — Разглядывая его привлекательные черты, спокойно спросила я. — Из ниоткуда появляется идеальный мужчина, что хорош собой, неплохо обеспечен, готов жениться и увезти в свой дом, ничего не требуя взамен, ещё и на измену чисто инстинктивно не способен. Красивая сказка, мечта любой девушки. Но так ли это всё хорошо на самом деле?

Адриан внезапно улыбнулся, приподнимая мою руку и чувственно целуя тыльную сторону ладони, запястье, сгиб локтя.

— Ты убедишься во всём сама. Рядом с нашим поселением есть гора, у которой время от времени появляется северное сияние. У нас, полярных медведей, пар утверждают именно там. Когда сияние появляется, глаза истинных загораются одинаковым цветом. Тебе не нужно будет видеть, чтобы понять. Ты почувствуешь это здесь. — Прошептал мужчина, кладя ладонь мне на сердце, что металось, как сумасшедшее.

Горячее прикосновение обожгло, как раскаленное железо, и даже плотная ткань свитера не спасла меня от этой сладкой пытки.

— Поселением? Ты говорил, что вы живете семьями. — Прошептала срывающимся голосом, придвигаясь ближе, лишь бы почувствовать больше этого обжигающего тепла.

— Да, но моя семья очень большая, и она объединилась ещё с несколькими многочисленными семьями. Потому мы стали называть себя поселением. Мы сильные и у нас общие законы. Это надежно. — Шептал медведь, прислоняясь ещё ближе.

Его ловкие руки давно пробрались под свитер и на этом останавливаться явно не собирались. А я медленно плавилась, закатывая глаза от удовольствия, и лишь его голос удерживал моё сознание на плаву.

— Сейчас у нас живут двенадцать медвежат. Они очень прыткие и задорные. Тебе понравится проводить с ними время. Уверен, ты полюбишь их. И может тогда, однажды, ты подаришь мне несколько моих.

Тяжело дыша, я на секунду задумалась о том, как бы выглядели наши с ним дети. Думать о том, что они с самого детства будут обрастать шерсткой, было странно, но отвращения не вызывало. Я представила мохнатые попы мишек с маленькими плюшевыми хвостиками и улыбнулась. Интересно, какого цвета будет их окрас? Все белоснежные? Или бывают и другие?

— Возможно, однажды и подарю. — Тихо прошептала, чувствуя, как напрягаются мышцы мужчины у меня под руками. А когда это он успел перебраться наверх? — Но тебе придется ещё долго об этом просить. И более убедительно. — Шаловливо усмехнулась, опуская одну из рук на крепкие ягодицы.

— Я буду очень стараться. — Рыкнул мужчина, вжимаясь в меня бёдрами.

Его губы опустились на нежную кожу шеи, и я не сдержала мягкого стона, торопливо стягивая свитер с широкой сильной спины. Это было так хорошо, так сладко, так горячо. Мы загорались лишь от прикосновений друг друга, и не нужно никакого северного сияния, чтобы почувствовать этот комок тепла в груди, что увеличивается с каждым новым движением.

Одежда испарилась, словно сгорела от искр в воздухе. Инстинкты подталкивали нас на самые примитивные и откровенные действия, грязные звуки влажных тел подстегивали толкаться сильнее, извиваться самыми немыслимыми способами. Ещё никогда за всю жизнь мне не хотелось остановить время и вечность, переживать один и тот же отрезок, наслаждаясь каждой его секундой.

И если этой страсти недостаточно, чтобы согласиться на всё на свете, тогда я не знаю, что ещё нужно человеку для желания любить и быть любимым.

Эпилог

Новогодние праздники с Адрианом получились незабываемыми! Как истинный скептик, я никогда не верила, что можно так быстро потерять голову, за короткое время позволяя человеку практически всё. Придерживалась банальным нормам, считая, что должно пройти время, прежде чем люди позволят друг другу какие-либо вольности, что «любовью с первого взгляда» себя оправдывают лишь девушки легкого поведения, не умеющие держать себя в руках.

Но сейчас мне абсолютно всё равно, даже если я сама кажусь этой самой похабной барышней. Мне просто хочется приковать своего мужчину к кровати и никогда больше оттуда не выпускать. И самое лестное, что наши желания взаимны.

Проводили время мы здорово — из спальни почти не выходили. Думала, нанежимся и продолжим новогоднее веселье. А, нет! Много хотела! Только попробовала от него на немного оторваться, как вместе с чемоданами была закинута в такси и доставлена в аэропорт. А там уже был поздняк метаться. Из северной Канады вернуться не так-то просто.

Потому что, оказавшись там, уже никогда больше не захочешь куда-либо ещё!

Я не знаю, как другим людям. По своим подругам знаю, что девушкам больше по душе тропики, моря, океаны — в общем, всё, что даёт коже привлекательный бронзовый оттенок. Но вот мне дайте круглогодовые горы снега, и буду в восторге двадцать четыре часа в сутки!

Поселились мы в самом отдаленном от цивилизации и Богом забытом месте, окруженном горами и ледяными проливами. Благо, в медвежьем поселении были оборотни, отвечающие каждый за определенные бытовые дела, потому об электричестве и пропитании волноваться не пришлось, и я просто беззаботно наслаждалась времяпровождением.

Сверхъестественный народ мне понравился. Они все, как настоящие медведи, были неуклюжими и немного бестактными, но зато честными и прямыми, чем невольно вызывали уважение. Никто не пытался себя выставить лучше, чем есть на самом деле, говоря мне в лоб о своём мнении по отношению ко мне, Адриану и вообще всему на свете.

А ещё они были просто невероятно талантливыми и работящими! Весь свой городок оборотни построили своими руками! В основном он состоял из маленьких разноцветных частных домиков, каждому на свой вкус, но были и небольшие многоэтажки, что использовались, в основном, для развлекательных целей. Их яркий раскрас очень контрастировал с белоснежными сугробами и бледно-серыми ледяными горами, и выглядело это необычно, но волшебно.

Самым большим событием для меня стало знакомство с местной детворой. Сколько же у меня было эмоций, когда все двенадцать начали один за одним перекидываться и сбивать меня с ног маленькими снежными бурями, ластясь пушистыми короткохвостыми попами. Это было, словно на тебя высыпали коробку плюшевых британских короткошерстных котят. Эдакие очаровательные подушечки с лапками.

Думать о будущих детях, как о забавных зверьках было странно, но я уверена, что если сильно приспичит, справлюсь. А, судя по хитрой медвежьей морде, покорившей всю меня без остатка всего за неделю, приспичит сто процентов, ещё и как!

Адриан свою родину любил очень сильно, но жить здесь желания не имел. Однотипная окружающая обстановка круглый год была ему не по душе. Да и девушек здесь уже на дух переносить не мог, так как каждую из них его пробивная мамаша успела подсунуть ему раз под двести, опасаясь, что любимый сыночек навеки останется один и оставит её без внуков. Потому он и ушёл бы из семьи, подавшись во странствия.