Виват, квартерон! Трилогия (СИ) - Баковец Михаил - Страница 159

Олеся с Димкой прикрывали нас со спины, встав в арьергарде. Фаранга шла перед ними. Целительницу и алхмичку я поставил в самый центр, сразу за собой и Алонзо, а перед нами двигалась Нэйфиса. Три гремлина шли по бокам. Благодаря высокой Ловкости (а для точного метания гранат и стрельбы из арбалета эта характеристика требует высокой прокачки), низкому росту и тщедушной комплекции лопоухие коротышки почти бесшумно передвигались в зарослях. А уж гремлин‑охотник мог бы дать сто очков форы любому местному жителю ниже себя уровнем.

Стоит сказать огромное спасибо Сцитте. Без её отличных эликсиров ночного зрения дорога по джунглям в темноте не была бы такой комфортной. А так мы видели окружающий мир почти как днём. Лишь краски сильно потускнели да дальность видимости существенно уменьшилась. Впрочем, с учётом того, что в лесу и ясным днём далеко не посмотришь, последний минус можно было вообще не учитывать.

Три часа пути прошли в тишине. Если бы не усиливающееся давление ауры острова, то этот поход можно было бы, не приукрашивая, назвать ночной прогулкой в городском парке. Под конец мы все ощущали на себе тяжёлый и недобрый взгляд невидимого существа. Будто кто‑то смотрит на нас сквозь прицел винтовки, оттягивая момент нажатия на спусковой крючок и выбирая убойное место на теле.

– Мне так плохо не было даже рядом со своими мачехами, – произнесла Рапунцель. – А это те ещё змеи были.

«И после перерождения стали почти натуральными змеями, – хмыкнул я про себя, вспомнив Королев из Семи Подземных Городов. – Бр‑р, век бы их не видеть».

– Скоро всё закончится. Мы почти уже на месте, – сказал шевалье, ответив и целительнице, и всем нам, думающим, когда же закончится этот скучный марш‑бросок.

По правде говоря, я предугадывал некий ритуал ровно в полночь, в котором главную роль шевалье отводит своему проклятому спутнику. Но сейчас уже начало третьего часа ночи, а мы всё шли и шли.

После обещания Алонзо мы двигались ещё пятнадцать минут, пока не вышли на огромный пустырь, в центре которого стояла гора. В свете луны она казалась серебряной или засыпанной снегом. С той стороны, откуда мы вышли к ней, виднелись несколько входов в гроты или пещеры.

Здесь особенно сильно ощущалась аура острова. Не ошибусь, если предположу, что источник её располагается внутри этой странной горы. Хуже то, что Алонзо обязательно потащит нас внутрь… паранойя вновь оживилась.

– Шевалье, постой, – остановил движение отряда Димка. – Мне нужна пара минут на разведку.

Наш наниматель с видимым неудовольствием на лице обернулся, открыл рот, собираясь, по всей видимости, возразить, но после мига запинки кивнул и остался стоять на месте, всем своим видом показывая, что задержка сильно ему мешает и следует минимизировать её.

Получив «добро» от него, брат достал лампу с джиннией и быстро потёр её медный бок, призывая девушку.

– Мой повелитель, я вся в твоё… – начала говорить томным тоном Гюльчатай, едва появившись на свежем воздухе.

– Хватит, – оборвал её Димка. – Поднимись повыше и внимательно посмотри на эту гору. Потом расскажешь, что заметила. И не задерживайся, у нас каждая минута на счету.

– Слушаюсь и повинуюсь, – поджала та губки и стремглав унеслась ввысь. Буквально пару минут спустя она вернулась обратно.

– Ну? – поторопил её брательник, видя, что та не торопиться с докладом.

Та сердито фыркнула и стала рассказывать о том, что увидела сверху.

– Гора очень занимательно выглядит сверху. Выглядит как человеческий череп, зарытый до ноздрей в землю, а ещё у него три глаза. Вон та расселина на самом верху выглядит третьим глазом в центре лба, который рассекли клинком. На обратном склоне всё испещрено каналами и выступами породы с валунами, и всё это напоминает извивающихся змей.

Тут я непроизвольно вздрогнул.

«Ох, не к добру я вспомнил совсем недавно про Королев из подземелий», – мелькнула мысль. Мигом позже от Рапунцель по нашей связи пришли отголоски страха. Видимо, и она нашла много общего в описании горы и своих мачех.

– Всё? – в их разговор вмешался Алонзо. – Поговорить можете на ходу, а сейчас мы теряем время.

– Пошли, – кивнул в ответ брат. Гюльчатай отправлять назад в лампу не стал. Или та не захотела уходить сама. Сейчас она шла рядом с Димкой, прижавшись к его левому боку чуть ли не вплотную.

Когда мы подошли к горе и стали взбираться на самый вверх, к «третьему глазу», то я особо и не удивился данному моменту. Всё и шло к… в общем, к чему‑то подобному. Паранойя затихла, а вот интуиция буквально била в колокол, предупреждая о скорых неприятностях.

Вблизи расселина оказалась внушительной. В неё мой брат вошёл лишь чуть‑чуть наклонив голову. И это только, так сказать, в глазницу. Трещина, проходящая через неё под углом сверху вниз слева направо, делала вход в гору ещё просторнее.

Внутри обнаружилась просторная пещера с высоким потолком. В стене напротив входа чернело отверстие прохода вглубь горы. Выглядело оно результатом человеческих (или иной разумной расы) рук.

– Ждём здесь, – быстро сказал Алонзо, запнулся и добавил. – И готовимся ко всяческим неприятностям. Может, придётся сражаться с сущностью божественного порядка.

– Об этом в договоре не было, – сказал я. – Подобные моменты следует оговаривать сразу. Я сейчас могу развернуться и уйти с отрядом, оставив тебя разбираться со всем дерьмом в одиночку.

Шевалье явно машинально положил руку на эфес шпаги, потом осознал перспективы конфликта со мной и оставил оружие в покое.

– Святовит, я не обманывал вас. О возможности столкнуться с подобным существом стал догадываться только сегодня, когда пристали к берегу. И то узнал от него, – он мотнул головой в сторону «мумии», стоящей рядом и изображающей статую. Проклятого не волновало ничего, если судить по его поведению. – Я мог бы промолчать и не говорить о подозрениях, но как сам видишь – не стал. О чём сейчас сожалею.

– Ну, ну, – покачал я головой. Словам нанимателя я не поверил ни на грамм. Фальшь так и сквозила в его речи. Но и уходить, оставив его здесь, не стал. Дело в том, что слишком много шансов заполучить себе на пятки эту самую божественную сущность. Учитывая же, что шхуна выброшена на берег и на ней кипит ремонт, то думаю, что и так всё понятно с перспективами. Лучше попытаться встретиться с врагом здесь. Если повезёт и тварь спит в данный момент, то после выхода из спячки не сразу войдёт в полную силу. Как‑то так.

– Вам даже сражаться не придётся. Всё сделаю я, – тоном, в котором было заметно раздражение, сказал Алонзо. – Вы мне нужны на тот маловероятный случай, если ситуация пойдёт по непредусмотренному варианту.

– Она уже пошла не туда, раз для тебя стала неожиданностью появление божественной сущности, – язвительно произнёс я.

– Игорь! – вмешался в спор брат и осуждающе посмотрел на меня. – Что вы как базарные бабы.

– Всё уже, – я поднял руки на уровень груди, – забыли. Алонзо, что нам делать? Идти туда? Что нас там ждёт хоть примерно? – я указал на тёмный прямоугольник прохода вглубь горы.

– Идти не придётся, подождём здесь, когда он вернётся, – дал мне ответ шевалье. – А дальше уже посмотрим по результату.

Только он смолк, как проклятый, которого он подразумевал, говоря «он», быстро зашагал к проходу. Переступив порог, он будто канул в чёрную дыру – настолько тьма там была густой. С ней не справлялось даже наше магическое ночное зрение.

Прошло полчаса, когда из прохода выступила знакомая забинтованная фигура. Вернулся проклятый не пустой. С собой он принёс небольшой ларец из полупрозрачного минерала. Всю его поверхность украшала резьба, изображающая змей, черепа и кости.

– Ну и гадость! – отшатнулась в сторону выхода из пещеры Гюльчатай.

Я и сам почувствовал омерзение и страх к предмету в руках «мумии».

– Поставь его туда и выйди наружу, – Алонзо показал проклятому на левую стену. А когда тот повернулся к нему спиной, в руке у шевалье появился длинный чёрный стилет с треугольным клинком на гранях которого светились алым цветом непонятные закорючки. Практически без замаха мужчина вонзил это оружие по самую рукоятку под левую лопатку проклятого. Тот мешком повалился на каменный пол пещеры, накрыв собой свою добычу.