Игрушка подводного Принца. Часть 2 (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas" - Страница 37

Ха-ха-ха, трижды!

Я специально «упаковалась», как он выразился, плотнее и сложнее, с точки зрения «раздеться»: в брюки под пояс и широкую блузку с рукавом.

Да к тому же, по парку/заповеднику в юбке не нагуляешься. Как в прочем и в шортиках — чего не хватало голой плотью перед Таем сверкать. Если он перевозбудится, мне придётся тяжко.

— Как и ты, когда я была на твоём острове, — парировала как можно спокойней. — И я не мщу, всего лишь предупреждаю, чтобы ты был максимально человеком и по своей неосведомлённости не сильно бросался в глаза другим. А теперь, — демонстративно на телефон глянула, — поторопись, у нас мало времени, нужно успеть очень много…

Тайфун не стал перечить.

Уже в машине в пару слов рассказала Таю план на несколько дней, добавляя ремарки, как он должен себя вести. Что типично для людей, и что ему не следует делать, ни в коем случае!

— У нас много заповедников, парков, но для начала прогуляемся по «Йосемитскому национальному». Он считается одним из самый красивых, больших и интересных. Без энтузиазма и долгих переходов, нас на месте будет ждать гида. Он без растяжки пути, покажет самые потрясающие виды. И немного просветит по истории. Увы, я не всё знаю, поэтому рассказ от профи будет куда интересней. И уверена, тебе понравится, — повинилась, набирая скорость для той трассы, куда только что свернула. — Этот парк в прошлом тысячелетии стал объектом всемирного наследия ЮНЕСКО — специализированное учреждение Организации Объединённых Наций по вопросам образования, науки и культуры. Это одна из тех организаций, которая на мировом уровне занимается такими вопросами, как проблемы дискриминации в области образования и неграмотности; изучение национальных культур и подготовка национальных кадров; проблемы социальных наук, геологии, океанографии и биосферы. Это как раз то, что волнует и тебя! — ещё больше упростила свою речь, но была рада, что владела такими сведениями и могла их чётко сформулировать. — И эта организация взяла под свою защиту «Йосемитский национальный парк». Он известен водопадами и гранитными монолитами, возвышающимися почти на один ярд над поверхностью парка. Площадь — чуть более 300 тыс. га. И ехать нам до него долго, приготовься.

— Мне нравится в машине, — ухмыльнулся Тай, расслабленно откидываясь на спинку кресла. — Немного странно, но нравится.

— Я говорила, что ездить на тачке — круто. А у нас она шустрая, так что прокатимся с ветерком, — улыбнулась задорно, нажимая на педаль до упора. Машина, набирая обороты, зарычала…

— Кстати, забыла спросить, у тебя нет фобий? Ну, страхов оказаться далеко от большой воды, например?

— Нет, но какой-нибудь источник желателен, на тот случай, если будет очень жарко, — пояснил Тай. — Ты хочешь от меня избавиться? — бросил косой взгляд.

— Какая чушь! — фыркнула, точно понимая, что амфибия так глупо шутил. — Если бы так, я бы тогда тебя в пустыню отвезла! А я волнуюсь. Не хочу, чтобы ты испытывал жуткий дискомфорт… неудобство, — торопливо поправилась. — А нет вражды с каким-то животным млекопитающим? Птицами? Рептилиями? — перечисляла, вдруг подумав, что могла промахнуться с туром для амфибии.

— Только с человеком, — ровно отозвался Тай. — Остальные живут строго по законам…

— А кто сказал, что мы нарушаем свои законы?

— Свои — не общие!

— А кто установил общие? — не придиралась, просто уточняла.

— Жизнь, природа… Необходимость уживаться, плодиться…

— Так и мы…

— Плодятся — удерживая популяцию, а вы… заполнили собой всю землю!

— О, так мы до теории паразитизма дойдём, — с горечью усмехнулась.

— Да, — на полном серьёзе кивнул Тай. — Как паразиты, ибо именно они распространяются ускоренными темпами, независимо от вымирания вида. — Смотри, — амфибия легко ногтем чиркнул по своему запястью, и ранка довольно быстро затянулась корочкой, — Заживление, — поясни Тай.

— Регенерация, — на наш язык перевела. — И что?

— Кожа и клетки восстанавливаются точно в том месте, где было повреждение. И клеток рождается столько, чтобы заполнить рану. Если убывает, должно пополниться. А вы… вас всё больше и больше, несмотря на те зверства, которые творите. И чем больше вас, тем больше вы творите зла.

Мне нечего была на это сказать, кроме:

— А разве это не закон природы? Выживает сильнейший и делает так, как считает нужным?

— Вы не сильнейшие. Скорее хитрейшие, подлейшие. Алчные…

— Лиса тоже хитростью и смекалкой добычу ловит, — напомнила разумно.

— Не развлечения ради, а чтобы голод утолить.

— Если тебя послушать, нам правда лучше сгинуть, — пробурчала, на дорогу смотря.

— Ваш вид живучий, поверь, из всех катаклизмов, что когда-либо обрушивались на Землю, именно ваш род показал самые невероятные способности к выживанию. Поэтому, даже случись между нами война, человеческий род на корню не будет уничтожен, останется несколько голов, и постепенно вы опять расплодитесь, — он убивал своим умозаключением, но, чёрт возьми, этот разговор у нас уже был не впервой.

— Знаешь, — задумчиво промычала, — нет нашей вины в том, какие мы. Люди, как и любой вид, выживает, вот только не всегда после страшных катаклизмов и войн остаются лучшие наши представители. Храбрецы, смельчаки гибнут в боях как герои, и часто… очень часто выживают трусы и приспособленцы… Так что я помню твои размышления на наш счёт, но бывает так, но не соглашусь. Никто не вправе решать, выживать нам или умирать. Да трусы, да хитрецы, но зато мы толкаем нашу планету к открытиям и прогрессу, потому что именно страх заставляет мозг рождать гениальные мысли и воплощать, на первый взгляд, казалось бы, нереальные проекты. И как по мне, зная, что при развязке войны из-за вашей ненависти к нам, Земля может не досчитаться именно таких гениев, нельзя уничтожать других. И не всегда порядочность и честность — залог ума и процветания. Увы, очень часто — для развития цивилизации, — это лишь посредственность и расходный материал. Как бы это грубо не звучало, трудовые пчелки.

— Вот видишь, и ты многое понимаешь.

— Увы, не всё. И, Тай, это мой мир. Мой род, — телефон удобнее перехватила, наспех нашла в ютубе видео по теме парков, заповедников планеты и включила просмотр: — Пока тянется дорога, глянь…

Чтобы успеть к оговоренному сроку, скоростной режим приходилось нарушать. Да и хорошо было… гнать по трассе и чувствовать себя свободой. За эти несколько часов, Тайфун просмотрел с десяток разных подборок об охраняемых зонах планеты. Об экологии и наших попытках спасти Землю. Я всячески избегала крови, разрушений, но быстро приноровился к технике и уже вскоре сам выбирал то, что хотел бы посмотреть, ведь для этого даже не нужно знать языка, жмёшь картинку — видео открывается…

Он ничего не сказал по окончанию пути, лишь вручил мобильный и вышел из машины, задумчивым взглядом смотря на потрясающий пейзаж, открывающийся с парковочной зоны парка.

— Волт Ирвиш, — к нам на встречу поспешил приятный, спортивный мужчина возраста Тая. Невысокий, подтянутый, улыбчивый. Он аж светился энтузиазмом.

Мы познакомились, обменялись рукопожатием и ещё раз напомнили, насколько у нас сжатые сроки.

— Жаль, что у вас так мало времени. Это ведь даже не экскурсия, а так… пробежка, — с улыбкой подосадовал. — Катастрофически мало для такой территории и тех мест, которые бы увидели, будь у вас неделя, или хотя бы три дня… Грубо говоря, смотровая площадка — Глейшер Пойнт, чтобы увидеть Йосемити свысока и Хаф Доум вблизи. Смотровая площадка Таннел Вью с видом на Долину. Прогулка по Долине рядом с водопадами Йосемити, Эль Капитаном и водопадом Брайделвейл. Боюсь, это всё, что успеем за такое время. А ведь есть ещё роща секвой Марипоса, дивная красота самой Долины или пешая прогулка в трейл до Тафт Пойнт. Водопады Вернал, Невада, Йосемити. Озера Миррор. Правда, на это бы ушёл целый день. Другой можно было бы посвятить дороге Тиога и посещению рощ Туолумне и Мерсед, а также заехать на дамбу О’Шонесси в долине Хетч-Хетчи, — его голос был пронизан восхищением и вместе с тем сожалением, что мы так много пропустим.