Глаз дракона (СИ) - Дмитренко Татьяна - Страница 41

Домой мы возвращались в нашей старомодной карете, растирая ноющие бока. Падать меня учили, только вот наука не впрок пошла, тело так не приобрело нужных рефлексов, значит, после ужина буду снова тренироваться падать, кувыркаться и крутить колесо.

Наставник Баррион с пониманием отнёсся к просьбе Змеёныша и Тиррен из рода Грау обещался прибыть к ужину сразу, как только приведёт себя в порядок.

— Грау… — бормотал наш дракон, восседающий напротив Змеёныша, — вот только который из них?

— Знакомое имя? — спросила я.

— Нами командовал один из этих… редкостная тварь. Звали его Грау-вешатель.

— А имя помнишь?

— У них все имена на «тау» начинаются, традиция такая. Того Грау звали Тариэгом.

Ивар кивнул. Вот и славно, попросим дракона поприсутствовать на ужине незаметно, пусть посмотрит на мальчишку, может, и камень его среагирует на кровь Грау? Поживём-увидим.

Отмытые, приодетые, настороженные, мы слонялись по столовой в ожидании дорогого гостя.

Юный Грау прибыл без опоздания, точность, она вежливость королей не только в Париже… и, кстати, он прекрасно владеет собой — его нисколько не задело присутствие за столом простолюдинки и четырёх магов невнятного происхождения. Напротив, малец обнаружил прекрасные манеры. Юный, очень серьёзный господин из хорошего рода в гостях у равного себе дворянина не мог бы вести себя достойнее. Впервые вижу кареглазого человека в Нутаве, надо бы узнать все ли Грау носят такие глаза.

Мальчишка не слишком складный, но рост хороший, ладони явно мозолистые, значит с мечом занимается часто, волосы светло-русые, отливающие пеплом на свету, редкое сочетание цветов. Точно не нутавец. Именно! Во-первых, он полный пансионер, во-вторых, явно не из бедных, поскольку тот артефактный браслет, что он небрежно носит на предплечье, даже Змеёнышу не по деньгам и в-третьих, покрой камзола очень уж нездешний, воротник-стойку тут не носят.

Мальчишка превосходно держит себя в руках, ни одного косого взгляда, ровно журчащая, грамотная речь. Словом, достойный сын достойного рода. Пока сюзерен провожал гостя в кабинет, я выдернула из-за шторы Истена.

— Что скажешь, дракон?

— Малец не из здешних Грау, это точно.

— Думаешь, из Аргуна?

— Все может быть, — задумчиво проронил Истен, — но мать явно не аргунка. Такая масть только у полукровок бывает.

— Что за полукровки?

— Мать степнячка, — всё ещё задумчиво пробормотал Истен и, заметив моё недоумение, добавил, — клан Бронзового Леопарда, там такие светловолосые девушки не редкость… Но, чтобы Леопарды отдали невесту на сторону, такого просто быть не может.

— Теперь может, — я тоже задумалась над этим феноменом и поторопилась догнать гостя, поскольку прибыл он явно по мою душу.

Оба они, хозяин и гость, уже устроились в креслах, утонув наполовину. Подобные предметы интерьера явно не рассчитаны на подростков, и я сделала очередную зарубку в памяти, надо заказать кресла по размеру, трёх штук нам за глаза хватит.

— Итак, — Ивар взял беседу в свои руки, — прежде чем мы начнём выяснять непонятное, предлагаю договориться о том, что в частной беседе мы зовём друг по имени и на «ты».

Мальчишка наклонил голову.

— Говори, где, когда и кто видел Экриму.

Тиррен заговорил… Длинное и непонятное повествование озадачило Ивара. Меня, именно меня, а не кого-то другого, везли караваном из Аргуна в Нутаву шестеро неразговорчивых мужчин. Шестеро, двое из которых явно были магами, поскольку оба заряжали амулеты, опутывающие девчонку по рукам и ногам.

Стремянной Тиррена обнаружил процесс зарядки амулетов совершенно случайно, а самоё девочку увидел наш гость, когда она вырвалась из рук своих конвоиров и одним жестом упокоила крестьянина, метнувшегося ей наперерез. Сбежать малышке не дали, маг или кто иной, ловко метнул аркан и её остановили. Свидетелей почти не было, Тиррен мгновенно укрылся за фургоном, в котором её везли, едва увидел пролившуюся кровь. А непонятные стражники, состоящие при девчонке или кем они там считались, убитого мужика проворно оттащили с дороги в лес.

Если убитого кто-то искал, то Тиррену об этом неизвестно, как остался неизвестным и сам способ убийства несчастного крестьянина. Но меня он запомнил хорошо — худой, оборванный, крепко недокормленный зверёныш с седыми космами до плеч…

Девчонка выла, как волчонок и отбивалась от трёх мужиков с недетской силой и проворством. Словом, господин Тиррен в недоумении до сих пор, отчего вдруг зверёныш выжил, как сбежал от магов и почему оказался в числе учеников весьма престижной столичной школы. Причём, недоумение оказалось того свойства, которое не могло заставить его промолчать о минувшей встрече.

— Если тебя везли в Нутаву, — спросил Ивар, — то как ты оказалась в Варге? Это же противоположное направление.

— Караван шёл из Аргуна в Нутаву, — напомнил Тиррен.

— Спросите чего полегче, господа, — я с силой растёрла онемевшие вдруг руки, — с Варгом вообще ничего непонятно. Сам представь, дорогой гость, каково мне было очнуться под телегой посреди кромешного боя непонятно кого и неизвестно с кем.

Кровь, выпущенные кишки какого-то бедолаги, в которые я не только наступила ногами, но и приземлилась спиной. Резня, устроенная непонятно кем и зачем, а потом, похоже, и магия, перемешавшая убитых с землёй… и людей, и лошадей, и повозки. Смрад обгорелых тел, вонь опорожнившихся кишок, кровь, тела погибших, песок, трава, дохлые лошади, перевёрнутые фургоны. А потом темнота…

— После этих событий Экрима оказалась в Нутаве в качестве моего вассала. Это, если коротко. Прочие приключения к вашему роду отношения не имеют.

— Ты забыл добавить, что меня ещё и памяти лишили. Теперешняя моя жизнь началась под телегой, с верёвкой на шее, с путанкой на ногах и в ошмётках изрубленных тел… а через сутки добавилось завывание падальщиков, — меня снова передёрнуло от воспоминаний, — ты сам можешь что-нибудь добавить, Тиррен?

Я пристально взглянула в глаза Грау, не зря же он так заинтересовался незаметной просторождённой. Есть что-то ещё, ибо наследник известного клана просто так в гости к бастарду не придёт. А этот аристократик, не моргнув глазом, выдержал испытание обеденным столом рядом с плебеями, не косился на нас, не поджимал губ, охотно поддерживал беседу ни о чём. И это настораживает, ведь подобных ему с младенчества муштруют, как простым деткам и в страшном сне не приснится. Вот и не должен наш мажорик проявлять такую толерантность, ему в самый раз губы поджать, демонстрируя знатность рода, они же с детства усваивают слегка пренебрежительные манеры по отношеню к нижестоящим, а я стою так низко, что дальше вроде и некуда…

— Ты же не от широты душевной в гости пришёл, — медленно сказал Ивар, — спрашивай или говори сам. В чём твой интерес?

Тиррен опустил на колени сжатые кулаки.

— Девчонка орала, что сумеет достать всех Грау, сколько их есть на свете. Я сам слышал.

Ивар задумался, а я еле успела подобрать челюсть. С каких это пор дворяне боятся криков детей и какие именно Грау сумели наступить на хвост плебейке?

— Да вот какие-то сумели, — пробормотал Ивар, — и заметь, испугались тоже, не зря же у нас господин Тиррен гостит.

Вот же чёрт, опять вслух подумала!

— А вот кстати, о каких аргунских однофамильцах шла речь?

Мальчишка сделал большие глаза.

— О ком?

— Я о сородичах твоих говорю, что родом из Аргуна. Имена я орала или нет?

Тиррен вильнул взглядом, и мой сюзерен подобрался.

— Ты давай, исповедуйся, надежда рода, — посоветовала я, — сказавши «ар», говори и «бел». Нечего тут глазки строить. Кого я назвала по имени? Батюшку твоего?

Взгляд снова вильнул, слабо пока деткам лицо держать, а в покер тут не играют. А вот кстати, почему?

— Кри, ты опять не здесь?

— О, прошу прощения, — покаялась я, — значит глава аргунских Грау точно приложил свою ясновельможную руку к моим приключениям. Вот спасибо ему великое.

Полагаю, этому сопляку, как сыну рода, не приходилось прислуживать пьяным в таверне, и заодно их блевотину с полов отскребать голыми руками, не случалось. Стало быть, его не окатывали с ног до головы помоями, вертелом в спину не тыкали, не ловили за руку пьяные постояльцы в попытках донести до сознания замарашки, что пиво было разведённым и оплачено быть не может. Всякое случалось в этой таверне, а особенно приятно вспоминать, как двинула ногой в висок насильника, пожелавшего осчастливить вторую кухонную девчонку и уже пристроился к ней в интересной позе. Я врезала торопыге по башке, да ещё со всей дури, откуда что взялось. И вырубила ведь! Наша вторая поломойка ему шибко понравилась, поэтому девчонка исчезла из таверны так резво, что пятки в попу влипали… Но самое смешное не это, а вот спать в хлеву на топчане без матраца, да объедки жрать, а то и вовсе двое суток без еды работать едва ли не наравне с мужиками… это повеселее будет. О прочем я и вовсе не упоминаю, варговские нравы здесь известны. Понимаешь теперь, мальчик, насколько крепко я люблю твоего батюшку? Это не считая того, что меня куда-то везли с его подачи…