Скандальные желания (ЛП) - Хойт Элизабет - Страница 2

А затем два мужских голоса дружно рассмеялись.

Сайленс с раздражением выдохнула и взглянула на сестру.

Темперанс закатила глаза.

– Свиньи! Джентльмены находят забавными самые странные вещи.

– Согласна. – Сайленс наклонилась, чтобы поднять брошенные маленькие пряди волос. – Мне так жаль.

– Ей никогда не подстригали волосы. – Темперанс приняла волосы дочери, и на мгновение сердце Сайленс замерло, когда глаза ее сестры увлажнились. Но затем Темперанс приободрилась. – О! Но недавно я видела очень милые маленькие чепчики для девочек на Бонд-стрит.

И Сайленс с облегчением выдохнула.

* * *

Позже этой ночью Сайленс лежала в кровати и наблюдала за тем, как ее муж раздевается. Почти сразу же после замужества она узнала, что Майкл предпочитает спать обнаженным, поразительное – и возбуждающее – открытие. Сайленс не могла заставить себя поступать так же и всегда надевала сорочку, хотя в большинство ночей муж без церемоний срывал с нее этот предмет одежды и бросал на пол.

– Они достаточно быстро отрастут, – проговорил Майкл, бросая бриджи на кресло.

– Но я не понимаю, почему Мэри вообще обрезала их? – печально спросила Сайленс. – И сделала то же самое со своей бедной кузиной!

– Она сказала, что хотела, чтобы ее волосы были похожи на мои. – Майкл самодовольно улыбнулся и снял нижнее белье – что на мгновение отвлекло ее. Он зашагал к их кровати, великолепный в своей наготе. – Полагаю, что Аннализу она остригла просто для забавы.

– Мне нужно поговорить с Мэри Дарлинг о том, что она считает забавным, – мрачно ответила Сайленс.

Майкл, ничего не ответив, забрался в кровать, его тепло согрело ее больше, чем одеяла или сорочка.

– Я скучаю по твоим длинным волосам. – Она протянула руку и запустила пальцы в его чернильно-черные коротко подстриженные кудри. Он обрил голову, чтобы на ней лучше сидел белый парик, который носил судостроитель Майкл Риверс, но Сайленс очень испугалась, когда теперь он отрастил волосы достаточной длины, чтобы они могли виться. – Мне очень нравились твои дикие пиратские завитки.

– В самом деле? – спросил он, переходя на резкий ирландский акцент. Майкл потянул за голубую ленту, стягивающую сорочку у нее на груди. – И это единственное, что тебе нравилось во мне, когда я был пиратом?

– Хм, нет, – охнула Сайленс, когда он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею. Ей в голову пришла одна мысль и на мгновение она едва не потеряла ее под губами мужа. Но, сделав героическое усилие, Сайленс оттолкнула его настолько, чтобы увидеть его лицо. – Ты скучаешь по тому времени, когда был пиратом – скучаешь по той жизни, которую вел до того как мы поженились?

Она наблюдала, как его широкий чувственный рот растягивается в снисходительной улыбке.

– Нет, милая. Прямо здесь у меня есть все, что мне нужно и чего я хочу в этой жизни. Хм, здесь и вон там, наверху. – Он поднял глаза к потолку. Детская Мэри Дарлинг располагалась этажом выше. Майкл опустил взгляд, став серьезным. – Никогда не думай, что я о чем-то сожалею, Сайленс, любовь моя.

Сайленс робко улыбнулась ему в ответ. Она обнаружила, что беременность сделала ее слезливой, причем в самые странные моменты.

– Так же, как и я – ни о чем не жалею, я имею в виду.

– Даже о том, что мы скрываемся?

Конечно же, с этим было трудно, особенно поначалу. Майкл был приговорен к смерти за пиратство, так что они были вынуждены очень тихо жить в Гринвиче как мистер и миссис Риверс. Несколько месяцев Сайленс могла только обмениваться самыми осторожными письмами со своей семьей. И лишь в прошлом году Майкл позволил ей нанести визит Темперанс – к тому же изменив при этом внешний вид. Но теперь, два года спустя после того, как пожар уничтожил экстравагантный лондонский дворец Микки О’Коннора, негодование из-за его побега с виселицы наконец-то улеглось. Пират Красавчик Микки был объявлен мертвым, погибшим в пламени дворца, а его слава перешла в разряд легенд.

Сайленс посмотрела на него сейчас, обхватив руками его любимое лицо, и ответила со всей честностью.

– Нет. Я не жалею даже о том, что мы скрываемся. Это более чем стоит того, чтобы быть вместе с тобой. Быть одной семьей с тобой и Мэри Дарлинг.

– Твое счастье – это фонарь, который освещает мою жизнь, – прошептал Майкл и поцеловал ее, его горячие губы без труда раздвинули ее.

Прошла еще минута, прежде чем она смогла по-настоящему вдохнуть.

– Мне очень понравилось то, что я наконец-то смогла пригласить сестру в мой дом.

– Значит, визит прошел хорошо? – спросил ее муж, уткнувшись носом ей за ухо.

– Ммм. – Сайленс закрыла глаза, а потом вспомнила кое-что, о чем хотела спросить его. – Майкл?

– А? – Он покусывал кожу чуть ниже ее уха, и от этих действий у нее появилось желание изогнуться ему навстречу.

– Темперанс сказала, что в приюте на это Рождество будет собрание. Все члены «Дамского синдиката» будут там со своими семьями. Как ты думаешь, мы сможем прийти туда?

Майкл поднял голову, его брови слегка нахмурились.

– Ты хорошо знаешь, что это опасно.

– Да. – Сайленс с сожалением закусила губу. – О, ты совершенно прав. Я не должна была спрашивать.

В качестве предупреждения он куснул ее за нижнюю губу.

– Позволь мне поразмыслить над этим, милая. Возможно, я смогу найти способ.

Она обвила его руками за шею и широко улыбнулась.

– Конечно, сможешь. Ты же самый умный пират из всех, кого я знаю.

В ответ на это ее муж зарычал, а вскоре сорвал с нее сорочку и начал поцелуями прокладывать путь вниз по ее телу.

– Темперанс говорит, что это будет мальчик, – мечтательно проговорила Сайленс, когда он уделил особое внимание округлости ее живота. – Ты будешь рад этому?

– Будет ли это парень или девчонка, я буду доволен, – пробормотал Майкл в ответ.

– Что ж, если это будет мальчик, я хотела бы назвать его Конкордом в честь моего брата. Как тебе такое имя? – Она слегка нахмурилась. – Тем лучше, что это будет мальчик – я не имею ни малейшего понятия, как мы назовем девочку.

Но Майкл наконец-то устал от ее болтовни, и, как только он добрался до кудряшек под ее животом, Сайленс тоже замолчала.

…Вот каким образом четыре месяца спустя Конкордия Темперанс Риверс получила свое необычное имя.