Забирая жизни. Трилогия (СИ) - Бец Вячеслав - Страница 7

‒ Не знаю. Мы разделились. Так было больше шансов спастись хотя бы одному из нас.

Возникла короткая пауза.

‒ Окей. Давай дальше. Что значит «забирали людей»? Куда? Зачем? ‒ продолжил свой допрос Макс.

Андрей задумался, но совсем ненадолго.

‒ Я не знаю. Они просто сажали людей в грузовики и увозили.

‒ Куда увозили?

‒ Говорю же ‒ не знаю.

‒ А кто знает?

Манера, с которой сейчас задавал вопросы Макс больше походила на издевательство, но Андрей старался на это не реагировать и отвечать дальше.

‒ Не знаю. Поверьте, я действительно ничего не знаю об этом. Как-то раз кто-то в деревне рассказывал о подобном. Что «волки» приехали в какое-то поселение, погрузили всех в машины и увезли. Но никто не знает куда. И ни один из тех, кого увезли, не вернулся.

Оба мужчины молчали. Вопросы на короткое время перестали сыпаться, словно из рога изобилия, но ненадолго.

– Твоя Прохоровка ‒ далеко отсюда?

– Да, – коротко ответил парень.

– И много там жителей?

– Теперь не знаю, – вздохнул Андрей. – Наверное, уже ни одного.

Его ответы становились все более расплывчатыми. Водитель допускал, что парень им не доверяет, и размышлял стоит ли надавить на него, но решил пока этого не делать.

Вскоре Макс продолжил прервавшийся было допрос.

– Расскажи-ка нам ещё раз, кто такие эти «волки» и где берут такую технику, – предложил он.

Андрей, за время разговора почувствовавший себя чуть свободнее, скептически посмотрел на собеседника. Эти странные вопросы все равно вызывали в нем сомнения, хоть он и обещал себе ничему не удивляться.

– Это шутка? – недоверчиво спросил он.

– А я похож на шутника? – вопросом на вопрос ответил автоматчик и в голосе его прозвучал металл.

Андрей снова задумался о том насколько странные эти двое. Со времён эпидемии прошло уже почти десять лет. Все вокруг изменилось до неузнаваемости. «Степные волки» уже лет восемь контролировали все территории в радиусе километров, наверное, ста, если не больше. За эти годы с ними невозможно было ни разу не иметь дела, но эти двое вели себя так, как будто только сегодня узнали о том, что Деда Мороза нет, как будто почти ничего, что происходило: голод, бандитские разборки, убийства, грабежи и вымогательства ‒ их не коснулось.

– Что-то я ничего не понимаю, – Андрей почесал затылок.

– Понимать не надо – надо отвечать, – жестко направил его Макс.

От такого напора Андрей немного струхнул. Да, лучше ему не забывать кто здесь кто.

– Конечно, я буду, – он энергично, насколько мог в своем ослабленном состоянии, закивал головой. – С чего начинать?

– Начни с того откуда взялись эти парни в НАТО-вской форме и откуда у них «Хамви».

Несколько непонятных слов запутали Андрея, но не нужно заканчивать «Гарвард», чтобы понять о чём спрашивал Макс. Догадался и Андрей.

– Повторюсь ещё раз – эти, как вы выразились, парни, называют себя «Степные волки». Они хозяева всего, что я знаю на ближайшие километров сто… и те ещё отбросы, – в голосе парня чётко слышалась нескрываемая ненависть. – Они управляют всем, заставляют работать на них, отнимают часть заготовленной еды, могут увезти с собой женщин из деревни, причём не брезгуют ни женщинами в возрасте, ни малолетними. Иногда потом привозят их обратно, еле живых. Иногда мертвых. Чаще не привозят вообще… Могут приехать пострелять ради забавы, пугать, угрожать, насиловать. В общем – делают то, что им вздумается.

– Беспредельщики, – вставил водитель.

– Что? А, да… наверное, – согласился Андрей, которого голос водителя выдернул из нахлынувших вдруг воспоминаний.

Прохоровка всегда была под защитой Акима и «волки» ни разу не позволяли себе нападать на неё. Это было частью сделки – Прохоровка неприкасаема, но она не принимает к себе беженцев и переселенцев из других деревень, потому многое из того, что он только что описал этим двоим, он знал лишь по рассказам самого Акима и редких мимолетных гостей деревни. Что же изменилось?

Он снова вспомнил свою деревню и приезд «волков», вспомнил тот кошмар наяву, который никогда уже не сможет забыть. Сначала, не обращая внимания на просьбы и мольбы, они заставили отдать им абсолютно все припасы, даже то, что хранилось для посева. Затем стали загонять людей в грузовики. Не щадили никого – мужчин били, над женщинами издевались, некоторых насиловали прямо на глазах у их детей и мужей, а пытавшихся заступаться просто убивали. Всех способных работать взрослых, а также здоровых детей, словно скот погрузили в грузовики и увезли. Стариков и маленьких детей убили. Жестоко, на глазах у всех. Крики и истерики матерей… Он никогда этого не забудет.

– Рассказывай дальше, – поторопил автоматчик. – Я так и не услышал, откуда у них посреди российской глуши американский военный «Хамви» и НАТО-вская форма?

– Этого не знаю. Одежда, как одежда. Разумеется, качественная, не то, что наша, ну и тёплая очень.

– От-ку-да? – по слогам повторил свой вопрос автоматчик.

Андрей от такого давления разволновался и задумался ещё сильнее. Он вспомнил, как однажды кто-то из бандитов пожалел мальчишку из его деревни и подарил ему свою куртку, бушлат кажется… Такой одежды им точно было не достать – прочная, тёплая, приятная на ощупь… Внезапно Андрея осенила догадка.

– Знаете что – может, они получили всё это через гильдию? – то ли спросил, то ли констатировал он.

– Гильдия? Это что ещё такое? – чуть ли не в один голос спросили водитель и его товарищ.

Взгляд Андрея был достоин картины. Однако он не осмелился задавать вопросы.

– Торговая гильдия, – пояснил Андрей очевидный для себя факт, – занимается торговлей.

– Парень, да ты гений! Ну, прям все встало на свои места! – воскликнул Макс, а затем его тон стал жестким. ‒ Я тебе прямой вопрос задал ‒ отвечай нормально ‒ что за гильдия? Чем торгуют? Неужели деньги до сих пор в ходу?

Андрей покачал головой, в очередной раз напоминая себе свой зарок ничему не удивляться. Всё происходящее, все, к чему он привык и что является для него обычной картиной, для них – новость. Что ж, хотят ответов – получат.

– Нет, денег уже нет. Ну, по крайней мере, в том значении, какое они имели когда-то. С торговцами расплачиваются бартером: территориями, сырьём, произведенными товарами, техникой, информацией, услугами, много чем ещё. И-и… Их армия – одна из самых лучших. Уже лет пять никто не рискует диктовать гильдии свои правила.

– Хм… И что именно они поставляют?

– Гильдия? – переспросил Андрей.

– Да.

– Подумайте, что вам надо и подайте запрос торговцам – у них это есть. Вопрос только в том, что вы готовы дать взамен, – парень, глядя в пол, вскинул брови и покачал головой. – Да, у них есть все. Даже дрожжи, если надумаете открыть хлебопекарню.

Андрей кисло усмехнулся, но улыбка быстро сползла с его лица – при словах о еде он почувствовал, как неприятно выворачивает наизнанку его желудок.

– Я давно не ел. У вас есть что-нибудь съестное? – с надеждой спросил парень.

Водитель какое-то время испытующе смотрел на Андрея через зеркало заднего вида, а потом, пожав плечами, остановил машину и полез в бардачок. Макс всё это время, не моргая, следил за пассажиром.

– Извини, парень, – вскоре развёл руками водитель. – Тут ничего нет. Наши запасы тоже закончились. Накормим тебя как приедем.

Андрей сокрушенно вздохнул и бросил на бардачок разочарованный взгляд.

Машина снова заревела двигателем и тронулась с места, быстро набирая скорость.

– Скажи, а регулярная армия ‒ от неё что-то осталось? – спросил автоматчик.

Андрей не заметил, как напряглись его собеседники. Оба они с нетерпением ждали ответа на этот вопрос.

– Это военные? Которые были до эпидемии?

– Да.

– Не знаю. Я слышал, что большая часть выживших военных создали банды или растеклись по ним. Хотя, говорят, что некоторые остались там, где их застала эпидемия, и те, кто выжил, сейчас держаться автономно и очень дружны с гильдией. В нашем регионе военных не осталось совсем, хотя… – Андрей подумал несколько секунд, стоит ли говорить, и, указав рукой на скалы, возвышающиеся впереди на горизонте, продолжил. – Когда-то говорили, что где-то в этих местах есть долина, она находится прямо между скал, в своеобразном природном колодце.