Полёт феникса (СИ) - Архангельская Мария Владимировна - Страница 59

— Ох, я расспрашивала об этом свою матушку, и она рассказала, что не помнит, чтобы кто-нибудь из её детей не толкался. Но все мои братья выросли почтительными и прилежными.

Я покивала.

— Кстати, со мной приехал господин Гань. Он ещё пару-тройку месяцев назад хотел заглянуть к тебе и справиться о твоём состоянии, но его не впустили.

— Так это был он? Мне доложили, что кто-то хочет меня видеть, но я была не в том состоянии, чтобы принимать гостей. Пусть старшая сестра не волнуется, всё давно прошло, и на ребёнке никак не сказалось.

— Это отрадно, но как же так получилось, что тебе даже не назвали имени просителя?

— Должно быть, слуги, зная, что я лежу в постели, не стали вдаваться в детали, — Кадж с улыбкой развела руками. — Разумеется, я выговорю им за нерадение.

— Что ж, это дело прошлое, и хорошо, что с тобой всё обошлось. Но раз уж господин Гань здесь, то пусть заодно тебя и посмотрит.

— Зачем? — Кадж приподняла брови. Я кинула украдкой взгляд на наложницу Гу, но та сидела не шевелясь, только переводила взгляд с кузины на меня.

— Ну как зачем? Он хочет знать, что с тобой всё в порядке. Это естественно для врача.

— В этом нет необходимости. Лекарь Уэнь каждую неделю отправлял ему отчёты, разве он их не читал?

— Читал, разумеется, но всё же в таких делах лучше убедиться самому. К тому же я всё равно думаю оставить его тебе — ведь тебе уже скоро рожать, а я ведь обещала прислать лучших врачей к твоим родам. Наложница Гу, позови господина Ганя сюда.

Кадж приоткрыла рот и быстро облизнула губы. Гу Хэй не шевельнулась.

— Но госпожа Шэйн предпочитает лекаря Уэня, — сказала она.

— Что такое? — я приподняла брови. — Кажется, я отдала приказ.

— Лекарь Уэнь — прекрасный врач, — упрямо произнесла наложница Гу. — Господину Ганю незачем пытаться забрать всю славу себе.

— Сестра Хэй… — сказала Кадж, однако её кузина не унималась:

— Вы не преступница, чтобы её величество так с вами обращалась! Госпожа Талантливая супруга не рабыня, а особа первого ранга, и сама решает, кто её осматривает и лечит.

— Однако… — задумчиво произнесла я. — Кто-то тут, похоже, так и не удосужился воспитать свою родственницу. Что ж, если наложнице Гу лень подняться и сделать пару шагов до двери, не беда. Лан, приведи сюда господина Ганя.

Служанка выскользнула из комнаты. Гу Хэй дёрнулась было, приподнимаясь, но Кадж осадила её жёстким тоном:

— Сядь! Её величество права — нет нужды в торчащих ветках и сучьях.

— Но… — наложница запнулась. Я с интересом ждала продолжения, однако его так и не последовало. А потом в комнату вошёл Гань Лу. В сопровождении двоих евнухов из своей службы.

— Ваше величество, — поклонился он. — Госпожа Шэйн.

— Вы хотели осмотреть госпожу Талантливую супругу, — я махнула Ле Лан рукой, и та, поняв меня без слов, вышла. — Действуйте.

— Слушаюсь. Госпожа, позвольте ваше запястье.

Побелевшие губы Кадж сжались, взгляд скользнул по бесстрастным евнухам, вполне способным скрутить сопротивляющуюся женщину. А потом она встала.

— В этом нет нужды, — повторила Талантливая супруга. Скинула с себя халат, подхваченный вскочившей Гу Хэй. Развязала пояс. Не смущаясь присутствием лекаря, задрала юбку — тот, впрочем, отвёл глаза. Не прошло и полминуты, как из-под подола на устилающий пол ковёр выскользнула пристёгнутая где-то в недрах одежд подушка. Кадж выпрямилась и сложила руки на талии, прижав враз обвисшее платье.

— Недостойная готова выслушать приговор вашего величества.

Вот это самообладание, невольно восхитилась я. Приговорить её я не могла — жизни наложниц были в моей власти, но вопросы жизни и смерти супруг решал только император. А вот приказать арестовать и допросить с любой возможной строгостью — вполне. А в заключении с преступной женой много чего может произойти, и если она вдруг возьмёт да и повесится с позора, едва ли кто-то станет допытываться, сама она так решила или ей помогли. Тем более, что, несмотря на высокий ранг, расположением его величества Кадж не пользовалась, это знали все. Но если она и доживёт до встречи с венценосным супругом, то и от него ждать милости едва ли приходится.

Я хмуро побарабанила пальцами по подлокотнику сиденья. А ведь это благодаря мне, подруженька, ты получила свой первый ранг. Если бы не я, Тайрен о тебе, скорее всего, и не вспомнил. В лучшем случае — стала бы рядовой супругой. Но сводить счёты… Это занятие всегда казалось мне недостойным. Да, Кадж попыталась меня обмануть, но я уже была готова, так что, хотя чувство было мерзким, злости я не испытывала. Нам обеим было за что поблагодарить друг друга, и, положа руку на сердце, мы обе поддерживали отношения в первую очередь из соображений выгоды, а не привязанности. Кадж была мне удобна, потому и заняла своё нынешнее положение. И пусть ни о каком доверии отныне и речи быть не может, но лишаться ещё одного знакомого и привычного лица мне не хотелось.

Как бы там ни было, а когда-то она первая протянула мне руку. Получив сливу, подари взамен персик.

— Ты родишь девочку, — объявила я, хлопнув по подлокотнику, и подняла ладонь, глядя на Гань Лу. Тот не сразу понял, но быстро сообразил и помог мне подняться. — Полагаю, младенца женского пола за оставшееся время вы найдёте.

И, не дожидаясь ответа от всё так же спокойной, хотя и бледной Кадж и ещё более бледной Гу Хэй, пошла к выходу.

Уже оказавшись на крыльце, я сообразила, что выехать из дворца на ночь гладя, конечно, можно… Но выглядеть будет странно. Выручил управляющий, который подбежал и сообщил, что покои для моего величества и моих слуг уже готовы. Кивнув, я последовала за ним, Гань Лу шёл следом, по его лицу ничего нельзя было прочесть. Если он и не одобрял моего решения, то никак этого не показал. А как обеспечить молчание подчинённых — уже его забота.

Что ж, может это и было рискованно — стать соучастницей, но если дело когда-нибудь и вскроется, решать будет Тайрен, а в его прощении я практически не сомневалась. Повинюсь и скажу, что пожалела дуру. Тем более, что девочка не мальчик, должно сойти. А использовать эту историю против меня никто из её участников не посмеет. По ним она в любом случае бьёт куда больше, чем по мне.

На ужин меня не пригласили, а если бы и пригласили, я бы отказалась. Провожать меня утром так же не вышел никто, кроме слуг, лишь управляющий передал извинения от хозяйки, которые я с готовностью приняла. Уже когда я готовилась сесть в карету, ко мне подошёл господин Гань:

— Ваше величество, прошу разрешить сомнения этого лекаря… Раз всё остаётся как было, то и лекарь Уэнь продолжает служить под моим началом?

Я кинула задумчивый взгляд на казавшийся почти вымершим дворец.

— Что ж, открыто его обвинить мы действительно не можем. Но… если вы найдёте предлог, чтобы избавиться от него без шума, я не стану возражать.

Гань Лу поклонился и отошёл. Карета тронулась, впереди ждал Таюнь, Внутренний дворец и привычные хлопоты. Впрочем, Добродетельная супруга должна справиться, я не ждала неприятных сюрпризов из-за отлучки на пару дней.

А действительно ли Кадж совершила ошибку, когда рекомендовала мне на место второй супруги первого ранга Чжан Анян? — вдруг подумалось мне. Когда именно она начала планировать свою интригу? Я уже и не помнила толком, с чего началась их постоянная вражда, но ведь умница Кадж даже и не пыталась ужиться в мире с соперницей. И вот, когда выпал подходящий случай для задуманного, не нужно было искать предлога, чтобы держаться подальше от столицы и двора. Он был готов уже давным-давно.

Но не спрашивать же теперь. То есть, конечно, спросить-то можно, но желание сделать вид, будто ничего не случилось, было сильнее любопытства.

Известие о "родах" Кадж пришло в столицу в десятый день месяца начала лета. Тайрену на юг полетело послание о рождении у него дочери, пока остававшейся безымянной. Быстрого ответа я не ждала — боевые действия были в самом разгаре, и у новоиспечённого отца, наверняка разочарованного появлением на свет ещё одной девчонки, могло ещё долго не найтись времени на то, чтобы дать ей имя.