Полёт феникса (СИ) - Архангельская Мария Владимировна - Страница 32

Зал тихо ахнул.

— Ваше величество… — подал голос гун Вэнь. — Вы хотите… отдать торговцам ваши драгоценности?

— Вы же слышали, господин Великий защитник. Господин Ки не оставляет мне другого выхода.

— Но, ваше величество!.. — запротестовал один из трёх Великих наставников. — Недостойно императрице… каким-то барыгам! Вы унизите себя, ваше величество, вы унизите государя и трон!

— Что значит — недостойно? Недостойно заботиться о людях, которых Небо вручило нашему попечению? Разве я не зовусь Матерью Народа? — я дёрнула за шпильки и стащила с головы резное золотое сооружение, что венчало причёску, заставив волосы парика частично рассыпаться по плечам. Жест получился театральным, но здесь такие любят.

— Если надо будет — я продам Фениксовый убор, чтобы накормить голодающих!

— Ваше величество! — не сдавался наставник. — Утрата престижа императорской власти — большее бедствие, чем голод и засуха! Прошу ваше величество подумать трижды!

— Просим ваше величество подумать трижды! — подхватили сразу несколько голосов, и несколько лбов стукнулись о ковры. Не все, к счастью, но среди них были виднейшие сановники. Гун Вэнь, правда, как я отметила, к ним не присоединился, задумчиво глядя на меня. Я обвела просителей взглядом:

— Что ж, если кто-то желает предотвратить бедствие и покрыть расходы из своих средств, я, разумеется, не стану отказываться.

Ответом мне было молчание.

— Значит, решено. Господин управитель, я жду вашей оценки. Приступайте сегодня же.

— Подданный принял приказ, — поклонился сановник. Я удовлетворённо кивнула. Хоть один разумный, который не спорит, а сразу готов делать, что ему говорят.

Теперь предстояло самое трудное. Я сделала ещё один глубокий вздох, ещё раз обвела взглядом ровные ряды государственных чиновников. Зачем-то посмотрела на гуна Вэня.

— Будем молить Небо, чтобы новый урожай был обильным, и чтобы закупки помогли поправить дело. Но пока зерно будут везти, пройдёт время, а голод не ждёт. Торговцы поднимают цены и придерживают товар в надежде на большие барыши. Мне больно говорить, но и среди чиновников есть те, что ставят обогащение превыше долга. А потому, чтобы положить предел корысти и быть уверенными, что все голодные будут накормлены, насколько это возможно, повелеваю.

Ещё один глубокий вдох. Голос не должен дрожать, я должна выглядеть совершенно уверенной в своих силах.

— Отныне и до нового распоряжения всё зерно объявляется государственной собственностью и надлежит сдаче в государственные амбары. Если не хватит места, нужно соорудить новые. Сдать должны все — невзирая на ранги, должности и происхождение. За укрывательство зерна… — я на долю секунда заколебалась, но всё же отчеканила: — смертная казнь. Невзирая на ранги, происхождение и должности.

— Значит ли это, ваше величество… — произнёс Великий защитник.

— Да, — я, не мигая, посмотрела на него. — И вы тоже. И все прочие, здесь присутствующие.

По залу в который раз прокатился шелест, но громких протестов, как я опасалась, не было. Вероятно, все пока ещё были слишком ошеломлены.

— Министр Лао, вам надлежит провести внеочередную перепись населения в возможно более краткие сроки. Но всё же постарайтесь быть тщательными. Вам и распорядителю Синю надлежит посчитать меру зерна на человека, каковая будет регулярно выдаваться населению до конца года. Учитывайте также необходимость сохранить семена для следующего сева. Объявите: паёк будет выдаваться лишь тем, кто попадёт в перепись, а потому считайте всех, включая бродяг и нищих, если они изъявят желание встать на учёт и отправиться на работы по вашему усмотрению. Также учитывайте, что паёк будет одинаковым для всех. Невзирая на ранги, должности и происхождение.

Теперь гул голосов был заметно громче.

— Охрана государственных амбаров, а также всех перевозок зерна возлагается на армию, в столичном округе — на гвардию. Министр Цзир, господа главнокомандующие, вам надлежит выделить для этого потребное количество людей и составить расписание дежурств. В случае попыток грабежа разрешается принимать любые меры для их предотвращения. Контроль над переписью, раздачей пайков и выявление возможных ошибок и нарушений возлагается на Цензорат. На этом всё. Аудиенция окончена.

— Ваше величество!.. — воззвали сразу несколько голосов, но я с силой хлопнула ладонью по подлокотнику:

— Аудиенция окончена! Все возражения и замечания господа сановники могут высказать в письменном виде или на частных аудиенциях. А на сегодня всё.

Почему-то безмолвно стоящий в первом ряду гун Вэнь притягивал мой взгляд. Казалось — если согласится он, то я победила. Секунда — и когда я уже собиралась встать, гун по всем правилам отдал земной поклон.

— Подданные приняли приказ! — его звучный голос разнёсся над всеми, и остальные, нестройно и неуверенно, но всё же подхватили:

— Подданные приняли приказ!

— Её величество отбывает! — пропел Цза Чуали. Стоявшая в стороне служанка Лан торопливо протянула руку, помогая мне спуститься с помоста, её товарка подхватила мой шлейф. Головной убор, что я держала на коленях, принял Чуали. И, выходя из зала, я спиной чувствовала направленные мне вслед взгляды.

11

— Гун Вэнь вспомнил, что сыновья вана Лэя находятся в действующей армии, и, если боги будут к ним благосклонны, могут получить популярность и поддержку военных, — тихо сказал Шэн Мий. — Его же сын ничем себя пока не проявил. Славы и влияния Великого защитники хватит на двоих, но всё же это то, чего никогда много не бывает…

Я кивнула согласно, но рассеянно. Да, я тоже почти не сомневалась, что господин Руэ не оставил своих амбиций, разве что отложил их в долгий ящик. Но это не отменяло того факта, что в данный момент в его лице я обрела могущественного союзника. Именно он первым поддержал моё начинание, придав ему вес своим авторитетом. И не просто поддержал, но и как-то сумел убедить своих собратьев Верховников. Так что, когда нахлынул вал жалоб и попыток саботажа, чиновники неожиданно выяснили, что все сановники первого ранга оказались на моей стороне. И это несмотря на то, что я, как я поняла из запоздалых объяснений того же Шэн Мия, сделала неслыханное: лишила чиновников их привилегий, уравняв с простым народом. Да, под действием чрезвычайных обстоятельств и лишь на время — но до сих пор этого не делал никто.

Ведь император не зря зовётся Сыном Неба и обладателем Небесного мандата — Небо действительно простирает над ним свою благодать, и он сам служит проводником этой благодати для своего окружения. Например, получение рангов по "тени", то есть благодаря родству с высшими сановниками, начиная с родственников их величеств (так мой приёмный отец повысил свой ранг, когда его дочь, то есть я, стала императрицей) — я-то сперва увидела в этом узаконенное кумовство, но явление было куда сложнее. В этом мире чиновник был не просто функционером, он был носителем частицы той самой небесной благодати, участником процесса приведения государства, а с ним и всего мироздания, в должный порядок, фигурой почти сакральной. Не зря помимо административных чиновники частенько выполняли и жреческие функции, а император и вовсе был первосвященником в полном смысле этого слова, ведь только он мог отправлять обряды и приносить жертвы, обращённые напрямую к Небу. А все привилегии, которые давала чиновничья "тень", начиная от права не платить налоги и кончая возможностью откупиться от вынесенного судом приговора, были лишь зримым выражением вознесения государственного служащего над "просто" людьми — и компенсацией за повышенную по сравнению с ними ответственность.