Властелин Колец (Перевод В. С. Муравьева, А. А. Кистяковского) - Толкин Джон Рональд Руэл - Страница 194

– Хоб-биты? – неуверенно повторил Теоден. – Странно изменился ваш язык, однако же имя это вполне вам подходит. Хоббиты, значит! Нет, россказни россказнями, а правда их чудней.

Мерри поклонился, Пин встал и последовал его примеру.

– Приятны слова твои, государь, – сказал он. – Надеюсь, что я их правильно понял. И вот ведь чудо из чудес! В долгом нашем странствии не встречал я никого, кто бы знал хоть что-нибудь о хоббитах.

– Недаром предки мои родом с севера, – сказал Теоден. – Однако не буду вас обманывать, мы тоже о хоббитах знаем мало. Всего-то нам известно, что далеко-далеко, за горами и синими реками, будто бы живут невысоклики, в норах под песчаными дюнами. Но о делах и деяниях ваших речи нет; говорят, не знаю, правду ли, что нечего про них и рассказывать, что вы избегаете людского глаза, скрываясь во мгновение ока и что не имеете равных в подражании любым птичьим голосам. Наверняка можно бы и еще про вас что-нибудь порассказать.

– Можно бы, государь, золотые твои слова, – сказал Мерри.

– Вот хотя бы, – сказал Теоден, – я и слыхом не слыхивал, что вы умеете пускать дым изо рта.

– Ну, это как раз неудивительно, – заметил Мерри, – этому искусству мы не слишком давно научились. Тобольд Громобой из Длиннохвостья, что в Южном уделе, впервые вырастил у себя в саду истинное табачное зелье, и было это по нашему счисленью примерно в тысяча семидесятом году. А о том, как старина Тоби набрел на эту травку…

– Ты бы остерегся, Теоден, – вмешался Гэндальф. – Хоббитам только дай волю – они усядутся хоть на поле битвы и давай обсуждать кушанья и стряпню, а заодно порасскажут о деяньях своих отцов, дедов и прадедов, девятиюродных родичей с отцовской и материнской стороны. В другой раз послушаем, как они пристрастились к табачному зелью. Мерри, где Древень?

– Я так понимаю, где-нибудь в северной стороне, – задумчиво сказал Мерри. – Он пошел водицы испить – чистой, сказал он, водицы. И онты вместе с ним доламывают Изенгард – вон, где-то там. – И Мерри махнул рукой в сторону дымящегося озера. Они прислушались – и точно, оттуда доносился дальний грохот и рокот, будто лавина катилась с гор. Слышалось протяжное хру-у-умм хуу-мм! – как бы торжествующая перекличка рогов.

– А Ортханк, стало быть, оставили без охраны? – сурово спросил Гэндальф.

– Там вода плещется на страже, – возразил Мерри. – Да и не одна вода. Скоростень и еще там ребятушки с ним – они ох как стерегут башню. Да ты погляди как следует – думаешь, это все торчат Сарумановы столбы? А Скоростень, по-моему, – вон он где, возле скалы, у подножия лестницы…

– Да, там стоит высокий серый онт, – подтвердил Леголас, – застыл и руки свесил, не отличишь от воротного столба.

– Уже изрядно за полдень, – сказал Гэндальф, – а мы, в отличие от вас, с раннего утра ничего не ели. Однако же мне бы надо сперва повидаться с Древнем. Он ничего мне передать не просил – или у тебя за питьем и кушаньем память отшибло?

– Он как раз очень даже просил, – сказал Мерри, – и давно бы я тебе это передал, если б меня не перебивали посторонними вопросами. Мне велено сказать вам, что ежели повелитель Ристании и Гэндальф соизволят съездить к северной окраине Изенгарда, то они там имеют встретить Древня, и он будет очень рад с ними свидеться. Смею ли прибавить, что там для них приготовлена отличная трапеза из припасов, отысканных и отобранных вашими покорными слугами. – И он опять поклонился.

– Давно бы так! – рассмеялся Гэндальф. – Что ж, Теоден, поехали со мной, поищем, где там Древень! В обход придется ехать, но все равно недалеко. Зато, увидевши Древня, многое уразумеешь. Ибо он – Фангорн, древнейший и главнейший из онтов. Переговоришь с ним – и услышишь первого из ныне живущих.

– Да, я поеду с тобой, – сказал Теоден. – До свидания, холь… хоббиты! Может, еще увидимся у меня во дворце. Вы тогда мирно усядетесь рядом со мною и расскажете обо всем, о чем душа пожелает: и о деяниях ваших предков, обо всем, что памятно из них; поговорим заодно и про старину Тобольда, про его ученье о травах. До свидания, государи мои!

Хоббиты низко поклонились.

– Вот он, значит, повелитель Ристании! – вполголоса проговорил Пин. – Старик хоть куда. А учтивый какой!

Гэндальф и конунг с дружиной отправились на поиски Древня в объезд разрушенных изенгардских стен, а Леголас, Гимли и Арагорн отпустили коней щипать, какую найдут, травку и уселись рядом с хоббитами.

– Догнать мы вас, голубчиков, догнали, но как вас сюда занесло – это уму непостижимо, – сказал Арагорн.

– Вот-вот, – подхватил Леголас, – пусть сильные мира сего обсуждают великие дела, а мы, охотники за хоббитами, возьмем-ка их в оборот, раз попались. Ведь что получается – мы их, можно сказать, проводили до самого леса, и все равно загадок не оберешься.

– А нам, наоборот, про вас, охотничков, интересно, – возразил Мерри. – Древень – это который самый старый онт – нам кое-что поразъяснил, теперь очередь за вами.

– За нами? – возмутился Леголас. – Кто за кем гнался? Мы за вами – вот давайте вы сперва и рассказывайте.

– Не сперва, а потом, – сказал Гимли. – После еды оно лучше пойдет. У меня голова с голодухи побаливает, да и время, кстати, самое обеденное. Соберите-ка вы нам, бездельники, какой ни на есть обед: хвастались ведь добычей. Поем-попью -глядишь, и подобрею.

– Сейчас мы тебя задобрим, – пообещал Пин. – Пить-есть-то где будете – здесь или все-таки, для пущего уюта, в Сарумановой бывшей караулке, вон там, под аркой? Мы-то здесь расположились, чтобы вас не проморгать.

– И проморгали, ротозеи! – сказал Гимли. – Но я в гости к оркам, даже к мертвым, не пойду и не стану подъедать за ними объедки.

– А кто тебя зовет в гости к оркам? – осведомился Мерри. – Нам они и самим, знаешь ли, слегка осточертели. В Изенгарде всякой твари было по паре: у Сарумана и у того хватало мозгов не очень-то доверять оркам. Ворота люди стерегли – похоже, это его лейб-гвардия. Ну, так или иначе, а кормили их не худо.

– И табачным зельем снабжали? – ехидно спросил Гимли.

– Нет, не снабжали, – рассмеялся Мерри. – Но это уже другая, послеобеденная история.