Бесноватый Цесаревич (СИ) - Яманов Александр - Страница 52

Авангард каравана в лице десятка конногвардейцев мы увидели минут через тридцать. Возглавлял авангард мой старый знакомый Васильчиков, который успел уехать в столицу и вот опять вернулся. Наш пострел везде поспел. Тепло поздоровались, уточнили, как прошла дорога. Васильчиков вместе с нами выдвинулся навстречу каравану, десяток остался ждать команды на продолжение движения.

Минуты через две встретили уже сам караван. Александр пересел на коня и скакал в окружении конногвардейцев. Из его обычного окружения присутствовал только Кикин и Александр Салтыков, что был крайне удивительно. Здесь или наш воспитатель подсуетился, или брат послушал моего совета и приблизил младшего Салтыкова. Надеюсь, что поляков Александр за собой не потащил. Немного позже я узнал, что вместе с караваном прибыл Новиков, который хотел согласовать выпуск нашего первого номера газеты.

Караван остановился. Приветствие и представление сопровождающих, как меня, так и Александра офицеров, заняло несколько минут. Я заодно поздравил Александра с прошедшим Днём Рождения. Он хохотнул и сказал, что это надо было умудриться родиться в последний день поста. И вообще, не праздновал свои именины потому, что готовился к дороге и последние дни прошли в суматохе. Присутствующие начали поздравлять Александра, я же воспользовавшись остановкой, подъехал к карете, в которой ехали Лиза, Юля и Шаховская. Спешился, поздоровался с дамами и переместился в начало каравана к брату.

Александр рассказал, что ехали немного дольше из-за повышенных мер охраны. В сопровождении у каравана был целый эскадрон и наверняка разные агенты Тайной экспедиции. Мне пришлось опять рассказывать историю с нападением.

Кроме авангарда, перед караваном двигался ещё десяток конногвардейцев, которые останавливали встречные повозки и перемещали их на обочину. Благо навстречу попалось всего пара саней. К безопасности действительно отнеслись очень серьёзно.

У рогатки нас встретила делегация во главе с губернатором. Часа в три, под колокольный звон и большое скопление народа въехали в Новгород. Оцепление осуществляли солдаты Выборгского полка. Александр очень приветливо кивал и улыбался народу, народ кланялся и восторженно приветствовал наследника престола. Явление самого сказочного царевича. Сомневаюсь, что простой народ испытывал прямо-таки восторг. С другой стороны, для крестьян это возможность расторговаться своим нехитрым товаром при большом скоплении людей, плюс развлечение для тех, кто привёз семьи. Возможно, это я излишне циничен.

Далее последовал небольшой сумбур с размещением гостей в Путевом дворце, хорошо хоть подготовились мы основательно. Основная часть конногвардейцев разместилась в Кремле. Только часам к десяти удалось собраться на ужин в гостиной. Кроме Александра с Лизой и Юлии, присутствовали Шаховская, Софья и Елизавета Голицыны, Браницкая с дочкой, Анна Жегулина, Анна Толстая, Варвара Головина, Васильчиков, Кикин и Салтыков. Я удивился, что Александру удалось привезти такой маленький состав гостей. Спрошу позже у Юли, как ему это удалось.

Ужин прошёл быстро. Особо не рассиживались, все устали с дороги. Примерно часа через полтора все разошлись по своим комнатам. Не знаю, какая будет реакция у Александра, но я приказал разместить их вместе с Лизой. Апартаменты у них были из трёх комнат, но спальня общая. Если что, сошлюсь на множество гостей. Юля против одной кровати не возражала, мы тянуть не стали и сразу опробовали, усталость нам не помеха.

— Мне было очень страшно. Ваш отец был в жутком гневе, хотел отправить на поиски разбойников гвардию после того, как гонец доставил новость о нападении, — начала рассказывать Юля о событиях в столице, положив голову мне на левое плечо, — Еле удалось его убедить, что ты жив и пусть Тайная экспедиция займётся этим вопросом. Сначала Император не хотел даже слышать о нашей поездке. Но потом изменил своё мнение. По его словам, наследник престола не должен чего-то бояться в собственной стране и начал настаивать на обязательном посещении Новгорода. Александр тоже сильно переживал, но мне показалось, что хотел отложить поездку, если я правильно поняла Лизу. Постепенно все успокоились, хотя до сих пор это главная новость в столице.

Узнаю непостоянный характер Павла. Хорошо, что он не послал на поиски нападавших половину армии, вот бы смеху было. Также резанули слова Юлии о сомнениях Александра. Ей-то было неоткуда знать, что весь такой из себя рыцарь и красавец, на самом деле трусоват и это проявится в будущем на полях Аустерлица. Вернее, теперь не факт, что проявится. Нужно учитывать в будущем, как честолюбие Александра, который мечтает о лаврах полководца, так и полное отсутствие у него предпосылок чего-то добиться в армии.

— А как Александру удалось отказать желающим ехать в Новгород вместе с ним? Наверняка таких хватало, — спрашиваю и начинаю легонько поглаживать Юлин живот плавно переходя на грудь.

— О, — восклицает моя супруга, — Нам всем пришлось выдержать самую настоящую осаду и несколько штурмов. Но Александр был непреклонен — едет только его ближайшее окружение и конногвардейцы. Говорят, Его Величество запретил ехать Чарторыйским и вообще всем, кто сейчас находится на службе. Поэтому из мужчин поехал только Салтыков, Кикин и Васильчиков как командир конногвардейцев. Думаю, у них прибавилось врагов при дворе и в гвардии. Нам с трудом удалось отстоять Браницкую, её чуть было не отправили в ссылку. Но мы с Лизой умоляли оставить её как очень полезную для фонда и Его Величество согласился. Что ты делаешь, Костья? — хихикнула Юля.

Что я делаю? Соскучился как по близости с женщиной, так и по своей здешней супруге. Постепенно она стала занимать очень важное место в моей жизни. Долго мы ещё не могли успокоиться. Угомонились ближе к утру.

Проснулся часов в семь, может, немного раньше. Не выспался, но куда деваться? Утреннюю пробежку решил пропустить. Сделал небольшую разминку. Юля уже проснулась, но вставать не собиралась и наблюдала за моими упражнениями. Я быстро оделся в соседней комнате, предупредил Юлю, что день у нас сегодня насыщенный и пошёл в кабинет, который стал штабом по подготовке гуляний. Там меня уже ждали Астафьевы, дежурный офицер присланный фон Миллером и секретари губернатора и городского головы. Обсуждение и согласование последних вопросов предстоящих мероприятий заняли часа полтора.

На завтрак немного опоздал, все уже расселись и приступили к трапезе. Зашёл в столовую, поздоровался и сел на своё место. Судя по недовольному виду Александра и отстранённому поведению Лизы, ночь они провели не так весело, как мы. Но ничего, расселять я их не планирую, возможно, наладят свои прежние отношения. За завтраком особо не разговаривали. После того как поели, все начали собираться к поездке в город. Предупредил всех, чтобы слуги взяли запасные комплекты верхней одежды. Это вызвало много вопросов, но я отвечать не собирался, чем заинтриговал всех ещё сильнее.

— Ааааа, — мимо пронеслись санки, с отчаянно визжащими от счастья Лизой и Юлей. Ниже ближе к Волхову их осторожно поймали дежурившие солдаты.

А начиналось всё чинно, благородно и где-то даже скучно. Место для гуляний выбрали недалеко от Кремля напротив безымянного островка. На постаменте собрались губернатор, городской голова со своей свитой и предводители губернского дворянства, напротив них расположился Александр со своей свитой. Сцену приветствия придумал я, в чём меня полностью поддержала Мария Степановна. Постамент был оцеплен солдатами, вокруг него столпились сотни людей. Впереди стояла чистая публика, а далее мастеровой люд и крестьяне. Все внимательно слушали речь губернатора и ответное приветствие Александра, с восторгом встретив его слова о начале гуляний. Александр со свитой обошёл и осмотрел все наши придумки, задал несколько вопросов. Судя по лицу, настроение у него стремительно улучшалось.

Далее началось самое интересное. На разукрашенных санях, запряженных тройкой скакунов, подкатил самый настоящий Дед Мороз. Народ был в лёгком шоке, такого шоу здесь не видели никогда. Одетый в красный халат, с длинной белой бородой, посохом и мешком за плечами просто классический Дед Мороз. Для местного народа это было не просто в новинку, а сродни настоящему волшебству. Дед сошёл с саней, подошёл к постаменту, рядом с которым специально поставили кресло, накрытому медвежьей шкурой и развернулся к зрителям. Народ замолчал. Это для меня ситуация была стандартная, а вот местная публика прониклась моментом. Дед Мороз, а вернее, переодетый Томас Фитцнер, произнес: