Яга - не баба (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 47

- Пусть пока это остается в тайне, - ответил я.

Не то, чтобы по-прежнему не доверял Арине, но слишком многое было поставлено на карту. Так что лучше промолчу, а друзья поймут, не обидятся. Так мы и шли, пока огненный мост не остался за спиной. Забрались в ступу – она от веса меча-кладенца будто просела, но сам я с легкостью поднимал его над головой. Что ж, пора.

Ступа летела низко-низко. Я вглядывался в пространство вокруг нас, чтобы заметить любую опасность, но было тихо. Даже странно. Неужели Черногор так легко отступил? Я в это не верил. Не верили и мои спутники.

- Что-то тут не так, - мурлыкнул Васька.

- И мне так кажется, - ответил я, а когда не заметил на поляне избушку, подозрения перешли в уверенность. Неужели снова враги? Главное, что избушка успела сбежать, а остальное мы решим. Но что же теперь, лететь до Терпегории? Я пустил ступу вниз, чтобы рассмотреть следы битвы. Руслав приземлился за мной и обратился в человека.

- Странно все это, - сказал ворон.

- Еще бы не странно! – мурлыкнул Васька. – Избы нет, но и следов нападения нет.

- Я что-то чувствую, - вдруг замерла Арина, а потом в испуге воскликнула:

- Они здесь!

Я схватил её за руку и потащил прочь, вот только даже добежать до края поляны мы не успели, потому что с неба упала черная сеть. Я забился, пытаясь выбраться, но сеть только обматывала туже. Нет, надо успокоиться! И высвободить из ножен меч. А над головой послышался голос, который я предпочел бы не слышать:

- Вот и свиделись, Венислав. Жаль только, в последний раз.

Глава 30. Быть или не быть?

ГЛАВА 30

Быть или не быть?

Быть или не быть? Этот Гамлетовский вопрос некстати пришел на ум, пока я пытался выбраться из ловушки. Где-то рядом кричала Арина, ругался Руслав, истошно орал Васька, шептала проклятия Хельга, а я пытался освободить меч-кладенец. Если что и могло справиться с колдовской сетью, так это он. Но пока что руки горели, будто сеть пылала огнем, и было так больно, что перед глазами плясали алые искры.

- А вот и наши гости, - присоединился к первому голосу второй, куда более низкий. – Арина, дочка, когда Черновей сказал мне, что ты предала нас, я не хотел верить. Но теперь вижу, что это правда. Как печально!

- Мы ни в чем не виноваты, отец! – раздался ответ Ариши. – Черновей тебе врет.

- Врет? В чем же? Или не этот юноша мешал мне вернуться из-за грани, да и до сих пор вертится под ногами, как вошь? Или не этот ворон напал на моего сына? Почему я вижу тебя с ними, Арина?

- Я люблю Венислава, - прозвучало тихо, но этот ответ будто придал мне сил, и я наконец-то сумел вытащить меч из ножен. Только пока что выжидал нужного момента. А Черновей и Черногор рассмеялись.

- Любовь, - хмыкнул древний колдун. – Я знаю, что это такое. Только любовь ни к чему хорошему не приводит, дочка.

- Неправда! – сопротивлялась Арина.

- Правда. Счастье от любви – это иллюзия, мне ли не знать. Я любил вашу мать, а она сбежала с другим.

- Ты же сказал, что она умерла.

- Лучше бы умерла! А теперь не стой у меня на пути, дочка.

Значит, Арину они освободили от сетей. Я рубанул мечом по черным нитям, и они затрещали, поддались. Легкие обожгло свежим воздухом, и я смог подняться на ноги. А Черногор уставился на меня. Он был действительно страшен, этот колдун, вернувшийся из-за грани. Его лицо напоминало восковую маску, а черные глаза горели потусторонним огнем. И сейчас вся его сила была направлена против нас. А я разрубил нити над Руславом. Он сжимал в объятиях Хельгу. Ведунья справилась быстро: поднялась на ноги, выхватила из плена Ваську, пока Руслав стал со мной плечом к плечу.

Арина и Черновей замерли рядом с отцом. По щекам Арины катились слезы, и я чувствовал, что готов убить за каждую слезинку.

- Ты достаточно погулял по нашему миру, Черногор! – крикнул я. – Пора возвращаться за грань.

- Что это за букашка? – прищурился он. – А, великий воин Венислав, который даже меч неправильно держит.

Правильно или нет, а сражаться буду до последнего. Я крепче перехватил рукоятку.

- Сейчас посмотрим, кто из нас букашка, - процедил сквозь зубы. А в сердце жило беспокойство. Если враги здесь, то где же тогда бабуля?

Черногор даже не сдвинулся с места. Он всего лишь махнул рукой, и поднялся такой ветер, что пожухлая трава, еловые иголки, редкие листья полетели нам в лицо.

- Черновей мой! – расслышал я голос Руслава. Да пожалуйста! Мне бы с Черногором расправиться. И я ударил мечом – так, как видел в фильмах. Меч ударился не о врага, а о землю. Земля затряслась, задрожала. Что же я наделал! Не хватало еще самому разрушить этот мир.

Послышался смех Черногора. Я не видел, как сражается Руслав. Заметил только, что он вороном взмыл в облака. Хельга держалась за его шею – он не рискнул оставить её на земле? Или что-то задумал? Нет, нельзя отвлекаться. Мой противник передо мной.

И мы закружили по поляне. Точнее, я передвигался небольшими перебежками, а Черногор шествовал важно и чинно.

- Я тебя достану, дрянь! – шептал под нос, не сводя глаз с Черногора. А тот только посмеивался. Конечно, что ему какой-то мальчишка вроде меня? Он  у нас грозный и великий, сильный и могучий, и прочее, и прочее. Я ударил мечом, и по земле пролегла глубокая трещина.

- Меч-кладенец? – удивленно взметнулись брови врага. – Ну-ну, и что ты с ним будешь делать, малыш? Сам поранишься.

- Я тебе не малыш.

И я снова ринулся в атаку. Черногор махнул рукой, и порыв ветра сбил меня с ног, протащил по земле. Казалось, не встану, но я заставил себя подняться на ноги и ударил еще раз, и еще, и еще. А когда ударил он, я пролетел несколько метров и упал, вспахав землю.

- Папа, нет! – послышался возглас Арины, а потом болезненный вскрик. Черногор отшвырнул её, и моя любимая замерла изломанной игрушкой. Сила всколыхнулась, как волна. Я поднялся и всадил меч в землю. Почва задрожала, по ней разбежались трещины. Я видел, как упал, не удержавшись, Черновей, а Руслав рухнул на него, раздирая когтями тело.

- Васька, - заметил черную спинку, - Руславу надо отдать сам знаешь что.

И выхватил из кармана маленький осколок горюн-камня. Большой-то остался у Яги, а у меня в кармане – только крошево. Васька прыгнул, увеличился в размерах, слизнул камешек и помчался к Руславу, а я снова ударил по земле мечом. Вот только Черногор даже не пошевелился.

- Не пойму, за что ты сражаешься, букашка, - сказал он. – Это не твоя страна и даже не твой мир.

- Но здесь мои друзья, - ответил я, краем глаза наблюдая, как Хельга увлекает Арину в безопасное место. Жива!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

- Друзья… Они предают, комарик.

- Значит, это были не друзья, - ответил я и кинулся на врага.

Черногор наконец-то воспринял меня всерьез и выхватил свой меч. Наше оружие встретилось, раздался звон и посыпались искры. Да, меня сложно было назвать искусным мечником. Я вообще никогда не держал меча в руках! Но сейчас клинок танцевал и пел, и поддерживала его моя магия. Видимо, в этом и особенность кладенца – он не зависит от моего искусства, а делает любого воином. Но Черногор не отступал. А мне всего-то и надо было – капельку его крови!

Вдруг раздался полный боли крик. Мы с Черногором обернулись разом. Черновей катался по земле, а над ним стоял Руслав. Черновей махал руками, читал заклинания, но ничего не мог поделать. Видимо, горюн-камень забрал его силу. Руслав замахнулся, призывая черные всполохи, но к нему кинулась Арина:

- Нет, пожалуйста, не убивай!

Хельга перехватила её, но поздно. Руслав отвлекся, Черновей подскочил на ноги и выхватил короткий кинжал. Я бросился к ним, но слишком поздно. Кинжал вошел в грудь друга. Тот взглянул на клинок удивленно, будто не понимал, как так могло получиться, и медленно опустился на землю. Ему нужна была помощь! Немедленно!