Дело чести (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 60

После помолвки, Николай часто сопровождал Любаву на разные светские мероприятия. Вот и на бал к градоначальнику Трепову, они поехали вместе.

О грядущем бракосочетании Николая с Любавой знала уже вся Москва, и даже больше. Николай знал, что к назначенному дню свадьбы, уже готовятся приехать делегации из Германии, Ниххон, и некоторых других стран.

Любава не наследовала трон, так что её положение цесаревны было в общем довольно условно. Но она конечно же оставалась Рюриковной, и вот в этом качестве, её свадьба была государственным делом, хотя конечно и менее пышной чем прогремевшая год назад свадьба наследника престола Константина.

Трепов с супругой встречали гостей перед входом в зал, и когда церемониймейстер объявил генерала Белоусова и цесаревну Любаву, сделал несколько шагов навстречу приветствуя дорогих гостей.

Раскланявшись с хозяевами и подарив супруге обер-полицмейстера, украшенный бриллиантами пистолетик в качестве подарка к юбилею, Николай и Любава отошли в сторону.

В целом балы и светские вечера были бы скучнейшим времяпровождением, если бы не Любава, с которой оказалось просто интересно разговаривать. Она прекрасно разбиралась в истории, экономике, политике и многих других вещах, до которых практичному Николаю просто не было дела. Но вдруг выяснилось, что это тоже очень интересные темы и Николай слушал свою спутницу очень внимательно, от чего та иногда сбивалась.

— Коля, ты так внимаешь мне, как я, наверное, не внимала своим педагогам. — Она негромко рассмеялась. — Тебе действительно интересно, или ты так здорово играешь лицом?

— Ты рассказываешь действительно интересные вещи. — Ответил Николай. — Я к стыду своему, например, совершенно упустил из виду историю, и политику, а ведь это сейчас составляет большую часть нашей жизни. Словно ты открыла мне новый мир.

— К счастью для нас, этот процесс бесконечен. — Цесаревна улыбнулась. — Всегда найдётся то, что мы ещё не знаем. — Она помолчала, пережидая появление официанта, разносившего шампанское, подхватив бокал подняла и сквозь него посмотрела на жениха. — Скажи, ты не жалеешь?

— О чём? — Николай удивился.

— Ну как минимум о том, что уже не сможешь числить в любовницах сразу несколько красоток. А если я тебе надоем? Если ты меня разлюбишь?

— Странный для меня вопрос, но попробую ответить. — Николай отпил из своего бокала, смотря в глаза Любаве. — Я не очень хорошо понимаю, что такое любовь. Вот это всё. Вздохи, серенады, истерики… Я вообще никогда не думал ничем кроме головы, и даже юношеский прилив меня обошёл стороной. Но когда ты уехала, мне стало хуже. Мне стало не интересно жить, и появилось ощущение пустоты. Словно что-то было, но исчезло, или было оторвано. И когда ты рядом, мне намного спокойнее. Я не переживаю насколько опытна и самоотверженна твоя охрана, потому что если я с тобой, то я защищу тебя от всего. И вот если я чувствую твой запах, то во мне просыпается какой-то странный инстинкт. Мне хочется тебя догнать, и сгрести под себя, и чтобы никто даже близко не подошёл. И знаешь, что? — Николай улыбнулся. — Тебе никогда не придётся вытряхивать из моей постели других женщин. — Николай вздохнул. — Прости что так сумбурно…

— Мне тут не так давно в любви признавались. — Любава взяла Николая под руку и повела к широкому балкону, проходившему вдоль всей бальной залы. — Было очень мило. Всё так правильно и поэтично. А у тебя, выглядит словно огромный зверь спрятал свои страшные когти, и пытается погладить маленькую девочку так, чтобы не поранить. — Она резко шагнула вперёд, и повернулась к Николаю лицом. — Но в твоих словах правда стали, а в словах того мальчика ложь розовых пузырей. И, да. Тебе никогда не придётся вытряхивать из моей постели других мужчин.

Эпилог

Маршал от инфантерии, член государственного совета, и счастливый дедушка пятерых внуков Николай Белоусов, стоял у окна, глядя на Черное море, из окна своей летней резиденции, и размышлял, что жизнь в целом получилась интересная.

Раздавленная в двадцать шестом году Англия так и не поднялась вновь, хотя германские войска ушли оттуда в тридцатом. К этому времени все богатые люди покинули страну переселившись в Североамериканские Штаты, которые после такого вливания власти и денег резко рванули вперёд.

Бывшие британские доминионы стали самостоятельными государствами, но лавров метрополии не снискали, оставшись странами третьего эшелона.

Отношения Германии и России испортились по итогам скоротечной Тихоокеанской войны, где Россия помогала ниххонцам, а Германия с чего-то вздумала встать на сторону североамериканцев.

Но к тому времени, производство высокоточных станков и химического оборудования было уже налажено в России, и разрыв стал пустой формальностью, не сильно повлияв на экономику.

Сергий покинул трон в тридцать пятом, став почётным председателем госсовета, и наставником для пяти внуков. Двух сыновей и дочери Константина первого, и двух девочек, настоящих белокурых ангелов от Любавы.

В тридцатом, Николай поступил в Академию Генерального штаба, и закончил её в тридцать четвёртом, приняв должность командира Восемнадцатой Армии, защищавшей южные рубежи.

Внутреннюю стражу принял его бывший заместитель Тимошенко, получивший в тридцать первом генерал-майора.

В целом страна строго следовала заветам Феофана, не ввязываясь в крупные войны лишь обкатывая войска в локальных конфликтах, и основное внимание уделяя экономике.

Гром грянул в сорок пятом, когда подросшая и осмелевшая Германская империя, презрев наказ Вильгельма не воевать с Россией, решила поискать Lebensraum im Osten — жизненное пространство на Востоке.

Правда, военные приготовления ни для кого не были секретом и западные рубежи укреплялись на совесть. В ходе изнурительной четырёхлетней войны, Германия истратила всё активное население в бесплодной войне, и была впоследствии поглощена новым европейским образованием — Еврорейхом, объединившем большинство стран Европы.

К сорок шестому Николай командовал фронтом, получив маршальский жезл за Кенигсберг, и Гданьск, а Любава руководила медицинскими частями всей западной группировки, получив в конце войны вполне заслуженное звание генерала медицинской службы.

Союз трёх стран, Ниххон, империи Хань, и России, наоборот, всё укреплялся, и в сорок восьмом, весь Транссиб и КВЖД, были перестелены по магистральному стандарту, став транспортной хордой, соединившей Россию, Монголию, Ханьскую империю и материковую часть Ниххон, откуда, из порта Сеул, ходил огромный паром до Токио.

И войну шестьдесят пятого, они встретили вместе, плечом к плечу.

Варварская бомбардировка Хиросимы и Нагасаки, атомным оружием, заставила Россию выложить один из своих козырей, и стереть ответным ударом Нью-Йорк, превратив его в атомное пепелище.

Конструкторские бюро Курчатова Лангемака Королёва и Мясищева, создали ударный комплекс из самолёта, ракеты и ядерной боеголовки, так что самолёт отстрелялся по цели ещё над Аляской, и ушёл в своё пространство, не потревожив силы ПВО.

Собственно, после этого война сразу закончилась. Америка словно дешёвый хулиган, получив по голове сразу запросила мира, и в итоге отделалась сравнительно легко, заплатив деньгами за разрушенные города и убитых людей.

А связка самолёт — носитель — полезная нагрузка в следующем году вывела на орбиту первый спутник земли. И через пять лет в космос поднялся космический корабль с первым космонавтом — майором ВВС Виктором Белоусовым. — сыном доктора биологических наук, профессора Анны Белоусовой.

— Деда! — Влетевший в комнату мальчишка подскочил к Николаю, и ловко словно обезьянка взобрался ему на руки. — Я там в парке, такое увидел! Такое… Пойдём! — он так же быстро слез, и взяв за руку маршала, потащил за собой. — Ты такого точно никогда не видел!

Казань 2020.