Тайна Белой Розы (ЛП) - Пинтофф Стефани - Страница 28

— Возможно, он забыл о наших планах, — печально улыбнулся я, — но если бы вы ему напомнили…

— Конечно, сэр, — кивнул метрдотель. — Одну минуту.

Мужчина исчез, оставив меня стоять у входа в большую комнату, которая, тем не менее, была уютной: тепло плюшевых красных ковров и драпировок с золотым узором контрастировало с темным блестящим деревом, которое окутывало комнату от балочного потолка до обшитых панелями стен.

Центральное место в комнате занимал большой камин, украшенный замысловатой резьбой. Сама комната была пропитана запахами алкоголя и сигар — признаками десятилетий адвокатской деятельности.

Я никогда раньше не заходил в Адвокатский клуб, несмотря на то, что Алистер долгое время был его членом. Возможно, он думал, что это место слишком эксклюзивно для меня; в этом мы с ним были абсолютно не похожи, поскольку Алистер чувствовал себя непринужденно в любом Нью-Йоркском обществе, в отличие от меня.

— Профессор вас ожидает. Пожалуйста, следуйте за мной, сэр, — сдержанно кивнул мне метрдотель.

Он провел меня мимо большого витражного окна, мимо полудюжины столиков, за которыми тихо переговаривались мужчины, в уединенный альков в глубине комнаты, где с экземпляром журнала «Мир», потягивая односолодовый виски, сидел Алистер.

Я сел напротив него и заказал чёрный кофе у официанта, который материализовался, как только ушёл метрдотель.

— Никогда не замечал, чтобы ты интересовался жёлтой прессой, — заметил я, окидывая Алистера взглядом.

Обычно Алистер узнавал новости из «Нью-Йорк Таймс» или «Трибьюн», а не в «Джорнал» или «Мир», которые гонялись за сенсациями. Хотя я был уверен, что ни в одном из их утренних номеров не будет сказано об убийстве судьи Портера. Тем не менее, я наблюдал за Алистером в поисках любого признака того, что он уже был в курсе.

Их не было. Алистер рассмеялся, как ни в чём не бывало, и повернул ко мне журнал.

— Ради новостей — никогда. Но их воскресные комиксы — совсем иное дело. Кто-то оставил на столе в клубе прошлый номер, и я решил посмотреть, как там дела у Жёлтого малыша.

Я слегка улыбнулся. Алистер имел в виду один из самых популярных цветных комиксов в мире — и, без сомнения, одну из немногих тем, не связанных с наукой, которые привлекли внимание Алистера.

— Если ты здесь, значит, нашёл что-то интересное? — спросил он, не высказывая никаких признаков обеспокоенности.

С одной стороны, я был рад, что ещё не слышал об убийстве судьи. С другой, именно мне придётся теперь передать ему дурные вести.

Алистер заказал еще одну порцию односолодового виски. Затем, отодвинув в сторону газету и недоеденную порцию запеченного лосося, он поймал мой взгляд — и тут же встревоженно нахмурился.

— Что случилось, Зиль? — тихо, но твёрдо спросил он.

— В котором часу вы вчера расстались с судьей Портером? — я наблюдал за любыми признаками того, что он лжет.

Но мы слишком хорошо знали друг друга. Что-то в моем голосе или в поведении выдало меня.

— Почему ты спрашиваешь? — Теперь его голос был холоден, как лёд — но я не знал, от страха или от беспокойства.

— Я должен знать, когда ты видел его в последний раз, — повторил я.

— Черт побери, Зиль! — Алистер стукнул кулаком по столу, звякнув посудой и столовым серебром. — Ты можешь вести себя как друг, а не как полицейский?

Несколько людей повернули головы в нашу сторону.

— Тише, — я постарался говорить спокойно, — я не могу сказать больше, пока ты не ответишь на мой вопрос. Мне нужно знать, где и когда ты в последний раз видел Ангуса Портера.

Алистер резко выдохнул.

— Твой вопрос может означать только одно: мой друг мертв. И ты решил рассказать мне об этом подобным образом?

Теперь уже все посетители клуба начали на нас коситься. Я понизил голос до шёпота и произнёс:

— Ты сам не даёшь мне возможности тебе что-то рассказать, как бы мне этого не хотелось. Прошу тебя, ответь: где и когда вы вчера расстались с судьёй Портером?

— Мы были у меня дома, — бесстрастно ответил Алистер. — Мы проговорили почти до полуночи. Миссис Меллоун все еще была на ногах и наводила порядок на кухне. Она проводила его, как и лифтер, и охранник на выходе. — Он покачал головой. — Ну же, ради Бога…

Алистер снова начал повышать голос, и мне пришлось его перебить:

— Прошлой ночью судья Портер был убит выстрелом в голову в номере 503 отеля «Бреслин». Его руки были крепко связаны, а на ночном столике рядом с трупом лежали Библия и белая роза.

Алистер замер.

— Проклятье. — Это слово, громкое и мучительное, вырвалось неосознанно откуда-то из глубины его души.

Официант вернулся, принёс Алистеру виски и мне кофе, и бросил на нас обеспокоенный взгляд.

— Прошу вас, джентльмены. Помните, что вы здесь не одни, — напомнил он.

Алистер, казалось, ничего не слышал, хотя и взял предложенный официантом стакан. Легкая дрожь его руки заставила карамельную жидкость пойти волнами, но Алистеру удалось ничего не расплескать. Он поднес стакан к губам, сделал большой глоток и резко поставил его на стол. Вся кровь отхлынула от его лица; он встал с кресла, извинился и вышел.

Я допил кофе и несколько тревожных минут ждал его возвращения. Я плохо справился с задачей, но разве существовал какой-то «мягкий» способ сообщить ему о произошедшем?

Наконец, Алистер вернулся.

— Мне жаль, — тихо произнёс я.

— Он был хорошим человеком.

Алистер вытер лицо салфеткой и сделал еще один глоток виски.

— О чём вы с ним говорили прошлым вечером? — поинтересовался я.

Его кристально-голубые глаза невидяще уставились куда-то поверх моего плеча.

— Мы говорили о Хьюго и вспоминали старые времена. Ничего больше.

— Может, вы обсуждали дело? — настаивал я.

— После того, как ты ушёл, не обсуждали. — Он сделал ещё глоток.

Я пристально посмотрел на Алистера.

— Хочешь сказать, что судья Портер не обнаружил ничего нового? Ничего, что могло бы заставить его встретиться с кем-то или пойти куда-то…

— Конечно, нет, — резко оборвал меня Алистер.

— Как ты можешь быть так уверен? Он был убит через пару часов после того, как ушёл из твоего дома, а место преступления — почти точная копия места убийства судьи Джексона. Должна же быть причина, почему…

— Ты сказал, что его застрелили, — произнёс Алистер, обхватив голову руками. — Что у него были связаны руки. Это важные различия. Я уже не раз говорил тебе, что убийцы не склонны менять свои методы. Метод — это для них всё, — его голос снова начал повышаться, а лицо раскраснелось. — Видок был прав, утверждая, что у каждого преступника есть определенный поведенческий паттерн — или стиль, — который остается неизменным на протяжении всего совершаемого им преступления.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на него исподлобья.

— Вот именно. В этом-то и трудность. Ничто на месте преступления не совпадает с предыдущим. Но белая роза и Библия в комнате мертвеца — нечто слишком удивительное, чтобы быть простым совпадением.

Алистер покачал головой.

— Пистолет — совсем иное оружие, нежели нож. Чтобы держать свою жертву рядом, перерезая ей горло, нужен один тип личности. А пистолет отсылает нас к совершенно другому типу людей: оно требует меньше силы, необходимо лишь умение метко стрелять.

Я бросил на него недоверчивый взгляд.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что не веришь в связь этих убийств? Ангус Портер был другом и коллегой Хьюго Джексона — не говоря уже о том, что он консультировал нас по этому делу. Если ты предполагаешь, что мы имеем дело с двумя разными убийцами, тогда единственный аргумент, который имеет смысл, заключается в том, что оба убийцы мотивированы одной и той же причиной и пытались донести одно и то же сообщение.

— Ты имеешь в виду, два разных анархиста?

— Это объяснило бы разный выбор оружия, тут я согласен. И тот факт, что судья Портер консультировал судью Джексона по делу Дрейсона, объясняет, почему он стал целью. Но совпадений все равно слишком много.