Звездный свет (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 94

— Это бомба. Её запустят из лаборатории. В час ночи начнётся обратный отсчёт, до этого времени вам нужно покинуть Лианы и отойти на безопасное расстояние. В час пятнадцать красный огонёк мигнёт дважды, и одна за другой бомбы взорвутся, распыляя смесь с кровью Елены, после чего оборотни и остальные смогут пройти в Итан и покончить со всем этим.

На словах всё было просто.

— Вы уверены, что это безопасно?

— Да.

— А как мы будем крепить их к корням?

— С помощью этого, — он открыл коробку с миллионом зажимов. Когда он достал один из них, сфера со смесью мгновенно к нему прицепилась, как намагниченная. Всё вместе это выглядело как паук с кучей ножек. — Они обязательно что-то почувствуют, Блейк. У них есть нервные окончания, которые отреагируют на укол, но тут же вернутся в спячку под действием наркоза.

Он показал нам, что достаточно просто слегка прижать зажим к Лиане, и он, врастая в корень, сделает всё остальное.

Да, они определённо это почувствуют.

Как только в лаборатории подадут сигнал, бомбы взорвутся и выпустят смесь на корни Лиан. Они все погибнут.

Остальная часть армии, вместе с оборотнями, сможет попасть в Итан, и тогда у Горана с его Вивернами не останется ни единого шанса против всех этих отважных людей и существ.

— Только могу я попросить вас об услуге? — спросил учёный.

— Слушаем.

— Я слышал, что в самом ядре Лиан растут розовые и фиолетовые цветы. Сможете взять с собой несколько?

Блейк кивнул, не задавая вопросов.

— Спасибо.

— Нет, это вам спасибо, — Блейк протянул руку, и учёный пожал её.

Это была наша последняя встреча с ним.

Сегодня мы осуществим этот план. Блейк вошёл со мной и мешком с бомбочками.

— Нам нужно кое о чём поговорить, Елена, — сказал он, когда мы зашли глубже в Лианы.

Я не представляла, где мы… Были ли мы рядом с Титом или Арисом.

— О чём? — спросила я, когда мы начали крепить бомбы к основаниям корней. Они шипели, словно мы им прокалывали кожу, но больше никак не реагировали.

Мне было жаль их. Честно.

Блейк сорвал маленький розовый цветок. Он делал это каждый день, поскольку учёный хотел провести на них несколько опытов, чтобы узнать, как их можно использовать.

А вдруг это и есть недостающий ингредиент?

— Если я не выживу…

Я резко повернула голову.

— Даже не думай об этом, Блейк, — я покачала головой. Я совсем не хочу об этом думать.

— Елена, смерть — это самое естественное…

— Нет, ты слишком молод, и ты не умрёшь, слышишь? — широко шагая, я прошла мимо него. Мы только недавно узнали, что, когда находишься внутри, Лианы ничего не могут тебе сделать. Только когда кто-то подходил к ним извне они становились агрессивными и нападали, стараясь откусить кусочек плоти.

Я не смогу жить дальше, не могу даже представить, как буду жить, зная, что он пожертвовал собой ради меня.

— Ладно, сейчас ты не готова это услышать. Тогда в другой раз.

Он прошёл мимо меня, сорвал ещё пучок фиолетовых цветов и направился дальше.

— Я никогда не буду готова услышать это, потому что ты не умрёшь! — крикнула я ему вслед. Он замер.

— Давай мыслить здраво, Елена. Мы до сих пор не знаем, что это за недостающий ингредиент.

— Так я была права, да?! — заорала я. — Ты не веришь, что это Луи, вообще ни капельки.

— Нет, это не Луи. Знаю, его яд силён, но учитывая, всё, что я знаю о призыве существ… — Блейк сделал глубокий вдох. — Когда кто-то призывает кого-то, он принимает все меры предосторожности, Елена. Горан учтёт всё, что могло бы убить Саадедина, и сделает его невосприимчивым ко всему этому.

— То есть как это — сделает невосприимчивым?

— Просто ещё одно заклятье. Никакой яд, если Горан использовал именно этот термин, ему не навредит. Это как приготовление торта. Каждый ингредиент добавляет какое-то свойство. И Горан составил список вещей, к которым у Саадедина должен быть иммунитет. Ягоды Луи, я готов поклясться, были на первой же строчке. Мой отец говорил, что Горан был алхимиком. Все зелья для короля Альберта готовил он, и в большинстве из них он использовал ягоды Луи.

— Ты хочешь сказать, что он изготовлял для моего отца яды, Блейк?

— Нет, это не единственное их свойство, Елена. Если смешать ягоды с другими ингредиентами, они могут перестать быть такими ядовитыми и начать исцелять, подпитывать… стать чем-то чудесным.

Я пыталась уложить это в своей голове. Это всё бесполезно. Мы никогда не найдём ингредиент, которого не было в списке Горана. Один из нас умрёт.

Слёзы наполнили мои глаза, когда я это осознала.

Блейк подошёл ко мне и заключил в объятья. Я почувствовала, как его скользят по моей макушке.

— Знаю, тебе нелегко представить, что ты сможешь справиться и жить дальше, когда меня не будет.

— Ты не…

— Елена, выслушай, что я хочу тебе сказать. Ты должна попытаться меня выслушать, пожалуйста.

Я замотала головой.

— Что бы ты ни хотел сказать, это всё равно что прощание, Блейк. А я не дам тебе такого шанса. Ты не умрёшь!

— Хорошо, — он обнял меня крепче и больше ничего не говорил. Я и не хотела больше ничего слышать. Он уже почти сдался, а ведь мы ещё даже не встретили Саадедина.

Мы разместили последние бомбочки и пошли домой.

Когда мы, наконец, вышли из Лиан, Блейк направился к учёным, а я вернулась в свою комнату в штабе Лиги драконов.

Уже меньше, чем через четыре дня мы отправимся в Итан. Один из нас умрёт.

Я закрыла дверь, потому что не в силах больше справиться с этим. Не могу представить свою жизнь без Блейка. Даже если он изменился ради меня всего несколько месяцев назад. Он стал для меня всем, единственной опорой в этом слетевшем с катушек мире.

Я зависима от него. Только с ним я чувствую себя целой. Мой отец был прав, когда я сказала ему, что у меня никого нет, в день своего восхождения, а он ответил, что это не так. У меня был он, Блейк. Но теперь я могу лишиться и его тоже. Отец знал, что нечто мощное скоро нас разлучит, что это причинит мне столько боли, и поэтому он попросил меня не пытаться его освободить. Он не хотел, чтобы мне было больно, но ещё он не желал моей смерти. Он сделал это не ради своего народа. Он заставил меня пообещать ради себя самой. Если я освобожу народ Итана, то потеряю всё. Всё, что я люблю.

Тяжесть в груди была невыносима. Такое чувство, будто я задыхаюсь. Слёзы начали стекать по щекам. Я не могу жить без Блейка.

После всех этих мыслей я заснула, и мне приснился наистраннейший сон. Мне снилось, будто я брожу по коридорам замка — того замка, который я видела лишь однажды, в другом сне, где я была с Люцианом после того, как заявила права на Блейка. Он вёл меня по этим коридорам, но на этот раз я была совершенно одна.

Внезапно меня схватила некая невидимая сила. Я не успела понять, что происходит. Я взлетела по лестнице и пронеслась через вестибюль с многочисленными пересечениями лестниц, вверх по одной из них, скрытой за стеной.

Я чувствовала себя призраком, но боль в голове и животе говорили мне, что я вполне себе живая.

Внезапно я остановилась и сделала несколько глубоких вздохов, чтобы меня не вырвало.

Я находилась за какой-то колонной. Откуда-то дул свежий холодный воздух, и это помогло мне подавить тошноту.

Я услышала разговор мужчин и выпрямилась, продолжая прятаться за колонной.

Они шли по какому-то другому пути. По луне и летающим птицам я поняла, что нахожусь где-то высоко в башне, и только супер слух позволяет мне услышать каждое их слово.

— Это её слова, — сказал мужчина голосом, как у моего отца.

— Ты уверен, что она сказала «Горан»? — спросил другой. Король Гельмут.

— Она сказала, они могут заглянуть в наше будущее. И они увидели это.

— Горан? — повторил король Гельмут.

Мой отец, должно быть, кивнул, потому что ответа я не услышала.

Что это значит? Кто-то предупредил моего отца? Почему тогда он не послушал?