Звездный свет (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 11

Он сделал глубокий вдох, в его глазах снова появились слёзы.

— Никакая боль, даже когда ты сломила меня, и я уступил, не сравнится с той, что я испытал, когда это началось. Констанс сказала, что эта связь должна была сформироваться уже давным-давно и поэтому работают все эти кровные штуки. Я провёл в отключке две недели. Когда я очнулся, то всё ещё не мог слышать твои мысли, это как поездка на лифте, но только равновесие так и не возвращалось. Я никогда ещё не пытался уцепиться за что-то так сильно. И когда через некоторое время я решил, что ты умерла, то мне самому захотелось сдохнуть.

Я молча смотрела на него. Значит, его выходка с Лианами была одновременно и попыткой самоубийства, и желанием найти меня.

— Я влюбился в тебя ещё до дента, так что ты даже представить себе не можешь, что со мной стало после дента, и насколько бессильным я себя чувствовал, когда ты пропала, а я не мог тебя найти. Я чувствовал себя раздавленным. Много раз я думал, что ты уже мертва, но благодаря моей сестре и Бекки надежда всё ещё была жива во мне.

— Бекки? — я вскинула брови, и он засмеялся.

— Твои друзья успели стать моими за те четыре месяца, пока тебя не было. Тебе нереально повезло, что они у тебя есть, Елена.

— С её готовностью вставить свои пять копеек, когда тебе этого не хочется.

— Особенно когда тебе этого не хочется.

— Ага, мне это хорошо знакомо.

— Мне тоже было непросто. Я чувствовал себя бесполезным, потому что не мог тебя найти. Я месяц пытался без передышки, пока не рухнул на одну из ферм рядом с Титом. Они сказали мне, что это от истощения, и я проспал целую неделю. Когда я проснулся в больнице, Эмануэль решил присоединиться к моим поискам. Меня всё время вело к Лианам, и это казалось каким-то бредом. Я принимал это за подсознательное стремление покончить с собой из-за твоей смерти, но Эмануэль не давал мне сдаться. Он неоднократно повторял мне, что ты всё ещё жива. Я отчаянно старался верить в это. Они проводили на мне тесты, чтобы понять, почему я тебя не слышу. Я даже пошёл к одному из Древних. К тому, с которым ты регулярно общалась.

Я прищурилась.

— Ты о дедуле?

Он усмехнулся.

— Он сказал мне, что ты его прапраправнучка по материнской линии.

Я улыбнулась.

— У него тоже не было ответов на мои вопросы, он просто наговорил всякой мудрой хрени. Меня сводило с ума не знать, жива ли ты ещё или нет. Тогда Эмануэль рассказал мне, что они с королём Гельмутом могут… ну, они как-то пробовали, и это вызвало у него адскую головную боль. Но он поделился этим знанием со мной, и я подумал, что, может, у меня тоже получится.

Мой взгляд остановился на его губах. Было ли это тем, о чём я подумала?

— Он показал мне, как почувствовать твоё сердцебиение.

Мои глаза распахнулись. Я правильно его расслышала?

— Моё что?

Он улыбнулся.

— Мне нужно очень хорошо сосредоточиться, прислушаться к своему, и тогда я начинаю чувствовать твоё.

— Серьёзно?

Он кивнул и поднял брови.

— Хотя Эмануэль не был удивлён, что тебе не нужно моё присутствие, — он вздохнул. — Впрочем, это было непросто, поскольку я едва мог расслышать своё собственное, но я был упрям. Я хотел получить доказательство тому, что ты жива. Я думал, это уже никогда не случится, но затем одна из Лиан вцепилась в меня своими клыками, и яд запустил процесс. И всё оказалось так просто. После этого я повторял сто раз на дню, и это не вызывало у меня ни малейшего труда.

— Погоди, так ты можешь почувствовать ритм моего сердцебиения, даже когда мы далеко друг от друга?

— Да, это само по себе потрясающе, но ещё позволяет мне понять, когда ты в опасности и что… — боль отразилась на его лице. — Я не знаю, как тебе объяснить, Елена, что я чувствовал, когда не знал где ты, не мог прийти и спасти тебя. Таких слов просто не существует. Я разрушал всё вокруг себя, когда твоё сердцебиение ускорялось, и пока ты не вернулась, бывали моменты, когда я думал, что ты вот-вот погибнешь, и я не смогу тебе рассказать ничего из этого, что ты умрёшь, так и не узнав, как много ты значишь для меня. Той ночью тебе нужен был огонь, и я это почувствовал. Я никогда ещё не ощущал это так сильно. Никогда не испытывал такой боли и даже не знал, что могло её вызвать. Тогда Мастер Лонгвей сказал мне выпустить твои способности или обратиться в дракона. Я так и сделал, и боль прошла. Я попытался найти тебя вновь, но это полностью истощило меня, — он покачал головой. — Если бы я знал, то давно бы уже отдал тебе эту магию, Елена. Тебе бы не пришлось пройти через всё это.

Новая слеза побежала по лицу, он отвернулся, чтобы я не видела. Я вытерла свои слёзы. Не знаю, что со всем этим делать.

Он потёр своё лицо, глаза всё ещё блестели от слёз.

— Я больше не слышал твоего сердцебиения и тоже хотел умереть. Поверь мне, я прокрутил все способы в своей голове и уже начал планировал самоубийство на следующий день. Констанс пришлось меня усыпить, поскольку я начал озвучивать эти мысли, до жути напугав всех остальных. Когда я очнулся утром, то попытался вновь услышать твоё сердцебиение, но ничего. Раздался стук, и Констанс сказала, что тебя нашли, что ты находишься в больнице Тита. Я не дослушал до конца, а сразу же вылетел оттуда.

— Откуда? Из академии?

Он вновь улыбнулся.

— Да, Елена, из академии. Мне нужно было знать, что видел тот бедолага, который тебя нашёл, и выяснить правду.

Я вспомнила их. Один, который был драконом, пребывал в ужасе. Я посчитала, что это был гнев Эмануэля, но никогда бы и подумать не могла, что это был Блейк. А значит, Эмануэль солгал мне в тот день.

— Так это не Эмануэль выяснил правду?

Он покачал головой.

— Я попросил Эмануэля сказать, что это был он. Мне пришлось умолять его дать тебе клятву, и сам дал ему клятву, что он не почувствует ничего, если с тобой снова что-нибудь случится. Пока ты не позволишь мне самому принести клятву тебе, которая бы аннулировала его клятву. Никогда не думал, что ты доверишься раньше моему дракону, чем мне. Но я хватался за любую возможность. Прости, что обманул тебя. Это была идея Лео. Он сказал, что ты, возможно, доверяешь моему дракону благодаря Каре.

— Всё в порядке. Часть меня всегда знала, что это ты. Похоже, мы оба хороши в притворстве.

Уголки его губ поднялись вверх.

— То, что ты сделала для меня, Елена… Ты окончательно избавила меня от тьмы, и я никогда не смогу тебе отплатить, но я могу предложить всю свою любовь, свою преданность и своё сердце, если ты этого захочешь. Я не собираюсь принуждать тебя к чему-либо. Честно говоря, я последний, кто достоин быть с тобой, после того, как я с тобой обращался.

Я тяжело сглотнула, понимая, что он имеет в виду. Он поделится со мной своей сущностью, и моё старение замедлится. Он придвинулся ближе, присев передо мной на корточки, и нежно обхватил моё лицо ладонями:

— И я дам тебе это хоть сейчас, если хочешь, потому что жизнь без тебя… — он покачал головой, не договорив. — Прости за тот поцелуй. Я не знал…

Он замолчал.

Не знал чего?

— Я буду тем, кем ты хочешь меня видеть — хоть братом, хоть другом. Тем, кто тебе больше нужен. Я никогда не причиню тебе вреда, как тогда на горе. Я скорее покончу с собой, чем предам твоё доверие.

Слеза покатилась по моей щеке, когда его слова пробрались в самое моё сердце. Это его извинение за то, что он вёл себя со мной как кусок говна все эти годы. Он прижал меня к своей груди.

— Пожалуйста, не плачь. Ты уже пролила достаточно слёз, — короткий хриплый стон сорвался с его губ. — Я бы всё отдал, чтобы вновь услышать твои мысли. Я проебался, и не знаю, как это исправить. Просто не знаю.

— Я никогда не слышала твоих мыслей, за исключением тех раз, когда ты сам их мне передавал.

В его голосе звучала улыбка, когда он заговорил:

— Да, я был тем ещё мудаком. Я исправлюсь, Елена. Обещаю. Я сделаю всё, чтобы вернуть эту связь.

Он обнял меня крепче.